Еще темнее
Шрифт:
– Я был очень занят.
– Уж вижу. У тебя новенькая?
– Это Анастейша Стил.
Элена лучезарно улыбается Ане, которая пристально наблюдает за нами. Ана понимает, что мы говорим о ней, и отвечает слабой улыбкой.
Проклятье.
– Твоя маленькая южанка?
– Она не южанка.
– По-моему, ты ездил за ней в Джорджию.
– Там живет ее мать.
– Понятно. Она определенно твоего типа.
– Угу. – Отойдем от темы.
– Познакомишь меня с ней?
Ана говорит с Гретой – кажется, спрашивает ее о чем-то. Интересно, о чем?
– Я не думаю, что это удачная мысль.
– Почему же? – Элена явно разочарована.
– Она называет тебя миссис Робинсон.
– Правда? Смешно. Впрочем, я удивлена, что такая юная особа умеет быть вежливой. – В голосе Элены звучала насмешка. – Еще меня удивило, что ты рассказал ей про нас. А как же конфиденциальность? – Она постукивает по губам своим ярко-красным ногтем.
– Она не захочет разговаривать.
– Пожалуй, да. Ладно, не беспокойся. Я исчезаю. – Она поднимает кверху руки – мол, сдаюсь.
– Спасибо.
– Но ты уверен, что это хорошая затея, Кристиан? Ведь однажды она уже причинила тебе боль. – На лице Элены мелькает тень озабоченности.
– Не знаю. Я скучал по ней. Она скучала по мне. Я решил, что попробую подстроиться под нее. Она согласилась.
– Под нее? Ты уверен, что сможешь? Ты уверен, что этого хочешь?
Ана все еще глядит на нас. Она встревожена.
– Время покажет.
– Что ж. Я всегда готова тебе помочь. Удачи! – Она одаривает меня ласковой, но при этом расчетливой улыбкой. – Не пропадай, заглядывай ко мне!
– Спасибо. Ты собираешься сегодня вечером к моим родителям?
– Вряд ли.
– Тоже неплохая мысль.
На ее холеном лице мелькает удивление, но Элена тут же предлагает:
– Давай-ка повидаемся на этой неделе, когда можно будет говорить свободнее.
– Конечно.
Элена сжимает мне руку выше локтя, и я возвращаюсь к Ане. Она все еще ждет меня, нахмурив брови и скрестив на груди руки, возле администраторши.
Сердится. И это плохо.
– Все в порядке? – спрашиваю я, хотя прекрасно вижу ее недовольство.
– Не совсем. Ты не хотел меня знакомить? – говорит она в ответ. В ее голосе звучат одновременно сарказм и негодование.
Господи. Она поняла, что это Элена. Каким образом?
– Но я думал…
Ана перебивает меня:
– Что ж, и умные люди иногда… – Она замолкает, не договорив фразу, потому что слишком злится. – Мне хочется уйти отсюда. – Она топает ногой о мраморный пол.
– Почему?
– Ты знаешь почему, – рычит она и смотрит на меня так, словно я самый большой идиот, какого она встречала в жизни.
Грей, ты самый большой идиот, какого она встречала в жизни.
Ты ведь знаешь, как она относится к Элене.
А ведь все складывалось так хорошо.
Грей, попробуй исправить ситуацию.
– Прости, Ана. Я не ожидал ее здесь увидеть. Она никогда сюда не приезжает. Она открыла новый салон в Браверн-центре и сидит обычно там. Сегодня кто-то заболел, вот она здесь и появилась.
Ана резко поворачивается и выскакивает на улицу.
– Грета, Франко нам не понадобится, – говорю я и торопливо иду следом за Аной. Мне досадно, что она слышала наш разговор.
Ана шагает по тротуару, наклонив голову и обхватив себя руками за плечи. Я вынужден ускорить шаг, чтобы ее догнать.
Ана. Стой. Ты погорячилась.
Она просто не понимает природу наших с Эленой отношений.
Догнав Ану, я иду рядом с ней. Меня одолевают сомнения. Что я делаю? Что я говорю? Пожалуй, Элена права.
Мне это надо?
Я никогда не терпел такого поведения от рабынь. Более того, ни одна из них не позволяла себе таких капризов.
Но мне плохо, когда она на меня злится.
– Ты приводил сюда своих саб? – интересуется она.
Вопрос явно риторический, она уже и так знает.
– Некоторых приводил, – спокойно отвечаю я.
– И Лейлу?
– Да.
– Но ведь салон, похоже, новый.
– Я недавно закончил ремонт.
– Понятно. Так что, миссис Робинсон встречала всех твоих рабынь?
– Да.
– Они знали про нее?
Все не так, как ты думаешь. Они не знали про наши отношения доминант – сабмиссив. Они думали, что мы просто друзья.
– Нет. Никто из них. Только ты.
– Но я не саба.
– Нет, конечно. Об этом не может быть и речи. – Потому что я точно не потерплю таких фортелей ни от кого, кроме тебя.
Внезапно она останавливается и резко поворачивается ко мне. Ее лицо – мрачнее тучи.
– Неужели ты не понимаешь, как все это мерзко? – спрашивает она.
– Да. Прости. – Но ведь я в самом деле не знал, что Элена окажется в салоне.
– Я хочу постричься, желательно там, где не будет твоих сотрудников или клиенток. – По голосу я понимаю, что она готова расплакаться.
Ана.
– Ну, я пошла. Пока.
– Ты ведь не сбегаешь от меня? Нет?
Поднимается паника. Вот так. Сейчас она уйдет, и у нас не будет ни единого шанса.
Грей, ты все испортил.
– Нет, – воскликнула она с отчаянием в голосе. – Я просто хочу подстричься, черт побери. Где-нибудь. Я хочу сесть в парикмахерское кресло, закрыть глаза и забыть про всю фигню, которая тебя сопровождает.