Чтение онлайн

Рабоче–крестьянская молодежь танцевала, притопывая и гикая, пока не выдохлась. И тут баянист заиграл вальс. Из зала сразу всех словно ветром сдуло, и только с десяток пар вальсировали, радуясь молодости, музыке и тому, что пространства для танца сколько угодно. И тогда Фридрих Фонрен увидел у стены двух девушек, одна из них, высокая, показалась ему знакомой. Он подошел к ней, пригласил на танец и спросил:

— Где я мог вас видеть?

Аделина, а это была она, засмеялась и ответила:

— Вы бы и сестру на улице не узнали. Я жила у вас в доме целый год.

— Аделина! — узнал ее наконец Фонрен — Но вы теперь совсем взрослая и такая красивая! Вы танцуете?

— Русские народные танцы не умею. Да и вальсировать научилась совсем недавно, с девчонками. С Вами, наверное, не смогу.

— Надо признаться, я тоже еще никогда с девушкой не танцевал. Все с мамой… Я предлагаю завтра, в воскресенье, встретиться утром у входа в парк имени Горького.

— Как поживает ваша мама? — спросила Аделина. — Я ее давно не видела.

Вместо ответа Фонрен вывел ее на улицу.

— Здесь кругом уши, — сказал он по–французски.

И, когда они миновали людные места, с грустью ссказал:

— «Черный ворон», машина НКВД, спешила кого–то арестовать и наехала на маму. В общем, мама погибла. Скоро уже год, как мы с Лизой живем вдвоем.

Аделине было искренне жаль баронессу, и она выразила Фридриху свое сочувствие:

— Ваша мама была таким прекрасным человеком. Я всем обязана ей. Мне очень жаль.

Фонрену было уже 24 года, но он не встречался еще ни с одной девушкой. С Аделиной ему было легко и просто. Не надо заикаться и краснеть, мучаться, комплексовать. Аделина не призналась ему, что сама искала свидания с ним. И теперь была рада, что все сложилось как нельзя лучше. Фонрен предложил ей учиться танцевать вальс в парке по утрам. — Пока там еще ни кого нет, — объяснил он. — А вечером мы будем просто гулять и смотреть на звезды.

И Аделина согласилась. Они стали встречаться по воскресеньям, утром вальсировали, а вечером гуляли по темным аллеям парка.

Прошло лето, уже и осень забрасывала их разноцветной листвой, уже отметили восемнадцатилетие Аделины, и Фонрен собирался с духом, чтобы сказать ей о своей любви и предложить руку и сердце. Неизвестно, сколько бы он еще размышлял над этим, как вдруг взбунтовалась его сестра, Лиза. Она так привыкла проводить воскресные дни с братом, что потребовала у него отчета. Фридрих признался, что встречается с девушкой. Лиза объявила:

— Сегодня вечером я иду с тобой.

Брат удивился и спросил:

— Ты пойдешь со мной на свидание с моей девушкой?

Лиза подтвердила, сказав при этом, что ей не безразлично, кого брат приведет в дом. В свои четырнадцать лет она рассуждала, как взрослая.

Фонрен сказал ей:

— Ну и удивлю же я тебя!

— Удивляй, — согласилась Лиза. И они вместе пошли на свидание с Аделиной.

Брат предложил Лизе:

— Только я хочу, чтобы ты сама угадала, какая из девушек моя.

И Лиза стала разглядывать всех встречных девушек.

— Это нам не подходит. Слишком старая для тебя. Эта худая, эта полная, а у этой ножки, как у козы рожки… Так, эти две тоже мне не нравятся. А эта злая. Может, эта? — спросила Лиза брата, но он смотрел вперед, и Лиза тоже вытянула шею. Там на аллее двое военных о чем–то говорили с девушкой, явно не желая с ней расставаться. Девушка, по–видимому, отшучивалась и показывала рукой вперед. Фридрих ускорил шаг, и Лиза поняла, что это с его девушкой хотят познакомиться военные. Она стала оценивающе разглядывать ее, стоявшую к ней боком, и нашла, что у брата недурной вкус. Военные пошли вперед, все время оглядываясь. Девушка подошла к ним. И тут Лиза узнала Аделину и страшно обрадовалась.

— Почему ты к нам не приходила?! Я скучала по тебе! — тараторила Лиза, как будто Аделина пришла на свидание с ней. А Фридрих сказал сестре:

— Ну, я обещал тебя удивить? Удивил?

— Это то, что надо, — продолжая с братом прерванный разговор, ответила довольная Лиза и предложила пойти кататься на качелях.

Теперь каждое воскресенье они гуляли втроем, и Лиза ревниво следила за взглядами мужчин, которые рассматривали «ее» Адель, и однажды спросила брата:

— Когда ты женишься? Хочешь, чтобы у нас отбили невесту? Пригласи ее к нам на мой день рождения. Выпьешь вина и станешь смелым, и не забудь, ее нам мама привезла. Ты на ней женишься, а мама с небес за нас всех порадуется.

— Может, ты и права, — задумчиво ответил брат.

И в следующее воскресенье, следуя Лизиным наставлениям, он пошел провожать Аделину и в темноте, заикаясь, объяснился ей в любви и предложил выйти за него замуж.

— А как же Лиза? — спросила Аделина.

— Да она, может, больше… В общем, она хочет, чтобы ты стала моей женой. Мы даже обвенчаемся, но чтобы никто не знал. А то меня с работы снимут, а тебя из института исключат. Ты согласна венчаться? А то брак по бумажке недействительный.

— Да, — сказала радостно Адель. Она чувствовала, что обретает семью, и была счастлива.

После той встречи, когда мальчишка красноармеец Толян Попов сидел у костра с другим подростком, князем Александром, прошло много лет. Тогда Толян напился до чертиков и только через несколько дней, лежа на траве, вспомнил про своего ровесника и стал искать его в отряде. Ему было скучно среди взрослых. Не найдя парня, пошел расспрашивать о нем у красноармейцев.

— Радуйся, что жив остался. Кто–то часового снял, оружие у командира из кобуры забрал. Кто, кроме него? Лазутчик был твой приятель. Как пришел, так и ушел, — сказали ему.

Теперь Толян, то есть инспектор Попов, ехал верхом на свою первую проверку в Карельский лагерь. В это время года можно было проехать только на лошади. Он думал о своей жизни, о странных совпадениях и встречах. И о родном доме.

В 30-м году его неожиданно направили в родную деревню на раскулачивание. Сказали: «У тебя есть опыт, продолжай этим заниматься». Попов поехал на коляске, которую ранее реквизировал для Чрезвычайной Комиссии. А теперь он сам стал инспектором в этой комиссии. Тогда же, в 30-е годы, он женился на вдове красного командира. Она работала там же секретарем–машинисткой и сразу влюбилась в него, уверенного в себе орденоносца Анатолия Попова.