Чтение онлайн

– А почему вы зовете меня крошкой, мистер Карпентер? У нас так называется сухой и жесткий маленький кусочек хлеба.

– На Земле это тоже называется крошкой, но ничего обидного тут нет. Дело не в этом. Крошками у нас называют еще девушек, которые нам нравятся [6].

На ее лице пробилась улыбка, и она была как ясное солнышко после апрельского ливня. – Мне – мне нравится, когда вы меня так называете, мистер Карпентер.

– Сейчас мне известна некая ‘крошка’, которая должна быть в постели.

– Моя лежанка справа от вашей.

– Я знаю.

– Если вам что-нибудь будет нужно, разбудите меня.

– Не волнуйся и спи, крошка. Я в порядке.

* * *

Утром Карпентер обнаружил, что у него появилось достаточно сил, чтобы ходить без посторонней помощи. За увитым виноградными лозами входом было пасмурно, и он мог слышать стук дождевых капель. Дети крепко спали. Он подошел к Сэму. Дверь с пассажирской стороны была открыта, и он глянул на панель управления внутри. Тревожных индикаторов красного цвета видно не было. Позже ему придется завести двигатель и дать ему поработать некоторое время, чтобы зарядить батареи. Возможно, Скип уже сделал это, но не мешало бы подзарядить их еще.

Он прислонился к гусенице Сэма. Камуфлирующее поле было выключено, и ящероход смахивал на большой негабаритный бульдозер. Он мог взять Эдит, большой тираннотанк, и, возможно, взял бы его, если бы Джордж Аллен, который должен был отправиться вместе с ним, не уволился. Сэм был ящероходом, больше подходящим для одного человека.

Ему хотелось приготовить детишкам завтрак, но он не чувствовал себя достаточно хорошо для этого. Хотя его правая рука чувствовала себя весьма неплохо. Скоро Дидри сможет снять повязку. Ему с трудом верилось, что она смогла зашить артерию, хотя он знал, что это было правдой.

Если бы она не смогла, он бы, возможно, был мертв; и если бы Скип не оказался таким стойким и не гонял всю ночь Сэма по скалам, все трое могли бы снова попасть в руки террористов, и вполне возможно, что к этому времени все они были бы убиты.

Он потрогал свое лицо. Оно оказалось заросшим по меньшей мере трехдневной щетиной. Он взобрался внутрь Сэма, пробрался в каюту, извлек из шкафчика крем для бритья, бритву и побрился над маленькой раковиной. Хотя в каюте имелся душ с водостоком и шторками, которые, будучи сдвинутыми, защищали от брызг остальную часть жилого отсека, а датчик воды демонстрировал, что бак для воды у Сэма был заполнен более чем наполовину, Карпентер решил, что тратить воду из бака было бы неразумно. В любом случае, в этом не было необходимости, так как он мог выкупаться в ручье.

Карпентер достал из шкафчика кусок мыла, большое полотенце, выбрался из ящерохода и направился к подземному ручью. Вода выглядела холодной. И она была холодной – потрясающе холодной. Он не хотел намочить сережки-говорешки и повязку на своей руке, и ему удалось сохранить их сухими, правда, с большим трудом. Потом он стал растирать себя полотенцем до тех пор, пока не согрелся, а затем натянул одежду. Он почувствовал себя на миллион долларов.

К этому времени Скип уже встал. Дидри еще крепко спала.

– О Боже! – воскликнул мальчик, увидев Карпентера. – Вы разгуливаете по пещере! И вы побрились!

– Сколько мы здесь уже обитаем, Скип?

– Сегодня четвертый день.

– Я думаю, пора бы мне уже подняться с кровати и начать ходить.

– Я разбужу Дидри, чтобы она смогла приготовить завтрак.

– Не надо, пусть она поспит.

– Тогда я приготовлю завтрак, хотя из меня повар не очень. Я хотел бы готовить, как Хаксли.

– Хаксли?

Скип показал на галерею. – Он старик, который давным-давно живет в скале.

– Там кто-то живет, и ты ничего не сказал мне?

– У меня – у меня просто не было времени сказать вам, правда, мистер Карпентер.

– Ребята, вы не должны шляться где попало и связываться с незнакомыми людьми!

– Да он совсем безобидный, мистер Карпентер. Он один из колонистов. Когда все улетели обратно, он остался. Он говорит, что сыт по горло Большим Марсом, да и всей планетой, если на то пошло, и никогда туда вернется. Он хочет встретиться с вами.

– Почему он тогда не показывается?

– Он очень осторожный. Я думаю, он боится людей, потому что много лет жил в одиночестве.

Дидри проснулась и сидела в своей кровати. Затем она откинула накрывавшее ее одеяло и просунула ноги в ботинки. – Засоня! – сказал Скип.

Она встала и посмотрела своими похожими на осенние астры глазами Карпентеру в лицо. – Доброе утро, мистер Карпентер.

– Доброе утро, крошка.

Скип вытаращил глаза на свою сестру. – Ага, в конце концов ты все-таки решила слезть со своего трона!

– Умолкни! – отозвалась Дидри.

– А я уж собрался готовить завтрак.

– Я сама приготовлю завтрак. Она посмотрела на Карпентера. – Я полагаю, вы не хотите куриного супа, не так ли, мистер Карпентер?

– Мне кажется, с куриным супом можно пока повременить. Я бы хотел кофе. И яиц.

– Ой. Я – я не знаю, как готовить кофе. Или яйца.

– Мне пойдет и какао, - сказал Карпентер. – Я покажу тебе, как его готовить, а заодно и как поджаривать яичницу.

Скип по-прежнему таращился на свою сестру. – Да-да, как раз самое время!

– А что ты хочешь на завтрак? – спросила его Дидри.

– То же самое, что и мистер Карпентер, - Скип глянул на Карпентера. – Совершенно не понимаю мою сестру.

– Женщины так загадочны, - ответил Карпентер.

Дидри направилась к дальней стене собора. – Куда она пошла, Скип?