Чтение онлайн

— Если вы о той троице, что промышляла недалеко от вашей деревни, — сказал он, — то меч, что висит у меня на поясе, действительно принадлежал одному из них. Только, когда мы на них наткнулись, они были уже мертвы. Видимо, попытались откусить кусок больше, чем могли прожевать.

— Чем докажете, что это не вранье, а вы не являетесь преступниками? — гнул свое центурион.

Грабителей было трое, — сказал Даниил. — А нас всего двое. Причем на двоих у нас только один меч.

— А почем я знаю, может, вы оставили свое оружие неподалеку? Ночью третий ваш товарищ вам его принесет, и вы выкинете какой-нибудь фокус?

— Даниил, а может, нам его выкинуть прямо сейчас? — предложил Велиат.

— Не мешай, — сказал маг. — Сейчас все уладится.

Собственно, они могли обойти деревню стороной. Вот только не очень-то Даниилу хотелось спать на голой земле. Да и потом, позволят ли им крестьяне уйти? Возможно, увидев, как они пытаются уйти, землепашцы посчитают, что они струсили, и нападут? Конечно, Велиат их быстро образумит, но иметь на совести несколько трупов крестьян, единственным недостатком которых была излишняя подозрительность, Даниилу не хотелось.

— Ладно, есть еще один вариант, — сказал он старшему центуриону. — Ведите сюда тех, кого разбойники ограбили. Уж наверняка они могут засвидетельствовать, что мы не имеем к напавшим на них никакого отношения.

— Они ограбили жителей соседней деревни. Те рассказали нам о том, что случилось, и отправились домой. Однако у нас тоже есть один верный метод.

— Какой?

Старший центурион кивнул кощуну:

— Давай начинай. Теперь все зависит от тебя.

Кощуну предстоящее, видимо, было не совсем по душе.

— А что я могу сделать? — проворчал он. — Я же не маг. Единственное, что умею, — это закреплять вещи.

— Давай, давай, — поторопил его центурион. — Это как раз в твоих силах. Помнится, не так давно ты хвалился, будто способен по степени изношенности закрепляющих заклинаний, наложенных на одежду или обувь, определить, сколько раз приходилось их хозяину в течение последних суток пересекать туманные стены. Если эти двое — разбойники, то последние сутки они мало двигались, поскольку в основном сидели в засаде. Если же они мирные путники, то наверняка успели миновать не менее десятка ячеек. Хвалился?

— Было дело, — неохотно сказал кощун.

— Ну вот, иди и проверяй. А если ошибешься, то я прикажу урезать тебе выдачу пива. Смекаешь?

Угроза, видимо, показалась кощуну достаточно серьезной, поскольку он — конечно, без особенной прыти — но все же двинулся к тем, кого ему предстояло определить либо как преступников, либо как мирных путников.

— Н-да, довольно грустно, — сказал Даниил. — Велиат, кажется, ты совсем недавно распространялся о том, что жизнь у кощунов — просто сахар? Не так ли?

— Конечно, не у всех, — промолвил Велиат. — Среди них встречаются и те, кому удача не улыбнулась. Однако так ли уж плохо жить данному конкретному кощуну? Свежий воздух, обилие растительной пищи и к тому же бесплатное пиво. Что еще надо для счастья? Особенно если у тебя не слишком высокие запросы.

— Хм… возможно, — с большой долей сомнения сказал Даниил.

Собственно, в прошлом ему не часто приходилось общаться с кощунами. С точки зрения любого мага, кощуны были ремесленниками, сумевшими овладеть лишь одним разделом магии, да и то на достаточно низком уровне. О чем с ними разговаривать? И все-таки, возможно, он несколько ошибался. Кощуны были необходимы. А иначе великим магам, для того чтобы окружающий мир не превратился в настоящий хаос, пришлось бы все свое время, а также магию тратить на накладывание закрепляющих заклятий.

Между тем кощун приступил к делу.

Для начала он осторожно прикоснулся указательным пальцем правой руки к рукаву куртки Велиата и замер, словно раздумывая или пытаясь услышать некие звуки, доступные только его слуху.

Прошло с полминуты, и кощун, раздраженно тряхнув головой, вновь прикоснулся к одежде Велиата. Почти тотчас вслед за этим он отступил на шаг и окинул спутника Даниила удивленным и недоверчивым взглядом.

— Ну и что ты узнал? — спросил центурион.

— Этот сегодня преодолел гораздо больше десятка туманных стен.

— Проверь второго, — приказал центурион. Проделав те же манипуляции в отношении Даниила, кощун доложил:

— И этот тоже сегодня отмахал немало.

— В таком случае, — в голосе старшего центуриона явственно слышалась некая тень разочарования, — они и в самом деле являются обычными путниками.

— А разбойники? — спросил кто-то из толпы.

— Ты же слышал, разбойники уничтожены, — ответил центурион.

— И нам, значит, пора расходиться?

— Ну конечно.

Разрешение было дано, и толпа стала рассасываться. Кощун, время от времени задумчиво оглядываясь, побрел прочь. Центурион с алебардой почти умоляюще спросил:

— А я? Мне что, опять топать на эту вышку? Не могу я там больше.

— Топай, топай. — Старший центурион был неумолим. — Чем дальше от корчмы, тем лучше. Давай не задерживайся.

— Ну хотя бы забежать на минуту домой…

— Топай, топай. Знаю я, зачем ты туда хочешь забежать.

— А если и так? Должен я поправить здоровье или нет?

Даниил спросил:

— Ну ладно, а мы?

Старший центурион развел руками.

— Прошу извинить за ошибку. Однако обижаться за излишнюю подозрительность не стоит. Время сейчас такое.

— Какое?

— Тревожное, — сказал центурион. — Кстати, вы, кажется, идете из владений великого мага Магнуса?

— Да, действительно, мы через них проходили.

— В таком случае, может, скажете, что слышно о войне?

— О какой войне?

— Ну, ходят слухи, что Магнус создает войско, для того чтобы напасть на нашу госпожу Алту. Верно ли это?

Даниил с трудом сдержал улыбку.

Ну вот, как обычно, великие маги предпринимают просто гигантские усилия для того, чтобы выведать планы своих конкурентов, подсылают к ним шпионов и соглядатаев, тратят на разведку огромное количество магии. А тем временем обычные крестьяне, как правило, знают то, что является очень большим секретом. И не надо никаких гномиков-соглядатаев. Просто, например, повар в замке Магнуса случайно подслушав пару фраз, а потом углядев постепенно растущее войско во дворе замка, сделал правильные выводы. После этого он шепнул о них, к примеру, стражнику у ворот замка. А тот, отправившись навестить знакомую вдовушку в соседнюю деревню, не удержался и проболтался ей. А уж от вдовушки молва о готовящейся войне пошла гулять по деревням, селам, городам, становясь всеобщим достоянием.