Чтение онлайн

Капля крови выступила на его большом пальце. Я затаила дыхание и, почти машинально, поднесла его к губам и втянула. Подняла взгляд — палец всё ещё во рту — и столкнулась с его взглядом.

Он смотрел на меня так, будто…

Я откашлялась. Мы оба на пару секунд замолчали. За дверью послышались утренние голоса: Гвен, Веледа и Сейдж обменивались приветствиями. Фэй уже несколько ночей делила комнату с Гвен, и та была безмерно счастлива вновь быть рядом с подругой.

Мэддокс без сил пнул подушку.

— Теперь я не смогу тебя обнимать.

Меня растрогало то, что именно это было одной из первых его мыслей.

— Придётся быть осторожнее. Но я ни за что не откажусь от того, чтобы эти потрясающие руки поднимали меня и уносили в небо.

Чтобы доказать это, я опустилась на колени между его ног, положила ладони ему на плечи и мягко сжала их.

— Давай. Попробуй.

Я почувствовала, как он шумно втянул воздух и с силой выдохнул. Тёплая струя ударила мне в щёки, и я невольно улыбнулась. Нам предстояло выяснить, почему его тело продолжает меняться, с чем это связано и нормально ли это вообще для драконов. Но у него должны были вырасти шипы и шпоры, пожалуй, на каждом сантиметре тела, чтобы я хоть на шаг отступила. И даже в этом случае я бы нашла способ добраться до него. Тьма и я — мы обязательно бы нашли.

Мэддокс почувствовал мою решимость. Я поняла это по тому, как он крепко сжал губы за секунду до того, как очень осторожно обхватил меня за талию. Поскольку шипы располагались на внешней стороне предплечий, он мог прижать меня к себе, не рискуя меня поранить. Нужно было просто быть осторожными при каждом движении. Я позволила ему прижать меня к своей груди, устроившись коленями по обе стороны от его бёдер, оказавшись на нём верхом. Нас разделяли лишь мягкие ткани нижнего белья и простыня.

Он уже был твёрд и готов, прижимаясь ко мне снизу.

Я выдохнула, и его пальцы вонзились в мою спину.

— Видишь? — прошептала я, касаясь его губ — Мы всё так же идеально подходим друг другу. — Я медленно повела бёдрами.

Он проворчал:

— Настоящая леди проигнорировала бы моё… состояние.

— Настоящая леди не стала бы подначивать тебя на то, что ты вытворял вчера ночью.

Из его горла вырвался низкий смешок. Он прижался лбом к моему. Вокруг нас закружилась тьма, любопытно касаясь его новых шипов.

А потом он произнёс:

— Так вот что происходит, когда открываешь сердце.

Моё сердце, как по команде, ёкнуло. Я ощутила странное давление, жар, озноб, волнение и какое-то необъяснимое умиротворение.

— Не знаю. Раньше там помещалась только моя сестра, — призналась я. — А теперь… это как трактир у Тант. Много новых людей, постоянный ремонт, всё кажется немного чужим. Но мне это нравится.

Он легко поцеловал меня в губы.

— Я не понимаю, что со мной происходит.

— Разберёмся. Это как раз задачка для Веледы.

— Она запрётся в библиотеке, и придётся следить, чтобы она хотя бы ела.

— Я почти уверена, что Оберон не даст ей умереть от голода в процессе исследований.

— Я бы предпочёл, чтобы этот придурок вообще к ней не приближался.

Я убрала прядь с его лба и улыбнулась:

— Не уверена, что Веледа с тобой согласится.

Мэддокс недовольно зарычал.

И тут в дверь постучали.

— Вы собираетесь на завтрак или всё ещё не закончили трахаться? — прокричала Гвен.

— Благодарю, — пробормотала Орна.

Глава 28

Аланна

Мы наполнили эту землю магией,

и теперь это уже не изменить.

Ни самые жестокие поступки, ни насилие

не смогут отнять у Гибернии её суть.

Есть магия. Магия будет.

А магия рождает жизнь.

— Паральда

Вторая проверка Фианна заключалась в том, чтобы мне туго заплели волосы, а затем я босиком пустилась в бег. Меня должны были преследовать всю ночь, словно дичь на охоте. Если бы меня поймали до рассвета или моя причёска распалась — я бы провалила испытание.

Учитывая, что теперь я могла свободно использовать Тьму, всё это превратилось в настоящее развлечение. Особенно потому, что снова именно Оберон и Компания вызвались быть моими преследователями.

Я неслась по улочкам Анисы, будто волчица, которой только что распахнули клетку. Я быстро научилась не оставлять следов на песке: Тьма скользнула под мои босые ступни и соткала для меня невидимую обувь. Жители кварталов, которые уже знали меня — знали, что именно я освободила людей из особняка и помогла похоронить погибших — открывали мне двери или помогали сбить моих преследователей с пути.

Оберон однажды угодил в канаву — его заманили Хейзел и её братья. Мидоу запутался в развешанных тканях и покатился по земле, как червяк, свернув за угол, не глядя. Самым трудным оказался Персимон — он вырос в Анисе и знал город, как свои пять пальцев. Но всё же под конец он гнался за иллюзорной копией меня целый час до рассвета, а я в это время, улыбаясь, наблюдала за ним с крыш.

Мэддокс всё это время парил надо мной. Он поклялся не вмешиваться, и я уступила — дракону нужно было видеть меня, по крайней мере до тех пор, пока мы не запечатаем нашу связь и его инстинкты не утихнут. Мы договорились, что это не произойдёт в Анисе. Мэддокс не говорил этого вслух, но по его взгляду, по огню в глазах было ясно — он хотел уединения. Настоящего, глубокого, горячего уединения.

Когда солнце уже поднималось за моей спиной, я вернулась к Фионну — с чистыми ступнями и нераспущенной косой. Морриган была рядом с ним, уже гораздо более окрепшей. На её плече сидел ворон, который с недавних пор не сводил с неё глаз. Её силы возвращались к ней медленно, но она была права — никакая она не богиня, просто одна из сидхов. Просто Морриган, дочь мерроу и человека, от которого она унаследовала бессмертие.

Бессмертный протянул мне флягу — уже второй раз.

— Glaine ar gcroi. Чистота в наших сердцах.