Чтение онлайн

Дитдитдитдит ДА дит-нольнольнольноль-ДИТдит-ДАда и векторная сумма: бесконечная сумма бесконечных величин от ноля до БЕСКОНЕЧНОСТИ, дит-дитдит-ДА-дитдитдитнуль (гаммаокрашенный хаос, вселенная взорвалась к черту и все планеты и все звезды все в огне БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН БЛОКИРОВАТЬ ЭТОТ НЕЙТРОН) один-один, нононуль ДАТТА три звездочки дитдитдитдит-дит какая чепуха, она сжигает планеты и луны, испепеляет звезды и мозги сжигаетсжигаетсжигаетежигает. Сжигает-Дадитдадитдадит немедленно мне пятьдесят миллионов логарифмов а не то я тебя сожгу дитдитдит — ДАЙАДХВАМ-ДАМЙАТА

и одна крутая логарифмическая спираль вниз вдоль пространственно-временного энергетического континуума от градиента потенциала Экспродукт к и умножить время на скорость света в вакууме и извлечь корень квадратный из минус единицы (два, три, четыре, пять, шесть ПЕРЕЙТИ к двоично-десятичной системе зззззззззззз)

интеграл от суммы от нуля до бесконечности дробя Н и Е с равными долями справедлив и для несферичсского преобразования вершины-координат до квантовоэлсктродинамическохарактеристикоэлектроалфаселаградиенттемпературного расширения до начала горения горения ГОРЕНИЯ.

дит-дит-чепуха-чепуха-какаячепуха от орлиного гнезда до слепого грызуна и обратно а потом опять О помогите потому что горитгоритгоритгорит и СЛЕДОВАТЕЛЬНО АННУЛИРУЕТСЯ именем семи раскатов грома

Все-что-только-что-прошло. Ломай корни бытия и круши жирную округлость ах, мирового РРРИП пространства-времени выламывай и швыряй ее на ведущую вверх лестницу первобытной энергии, потому, что будет-все-что-было-до-сих-пор, а факт тот самый; что все-что-было-до-сих-пор — будет, уже разорван на куски и

СГОРАЕТ

СГОРАЕТ

СГОРАЕТ

СГОРАЕТ

ПЛЮС взрыв сигма-минус-гиперона………..

И рухнуло Солнце на облака, и разверзлись небеса, и словно реки потекли горы, образуя очертания смеющихся лиц, и взошла на западе Луна, и Ноль, осознав весь священный ужас того, чему только что стал свидетелем, бросился бежать. Седьмой остался на месте. Бежать он не мог. Окаменев, он лежал у входа в пещеру, в одно мгновение вдруг ставшую вместилищем зла и порока. И когда Бог, по-прежнему вещая на ослепительном своем языке, спустился с небес, его огненный хвост превратил Седьмого в лужицу расплавленного металла.

Пятьдесят миллионов лет спустя взошла на небе звезда Полынь, и великая тишина окутала Землю.

В конце концов, Ноль вернулся домой. Он нисколько не удивился, что двуногий исчез: ясно, что его забрал Великий Хозяин. Но когда он увидел, что его Единица цела и невредима, то попросту застыл, лишившись дара речи.

И когда он разбудил ее, она, проспавшая от начала и до конца гибель и Возрождение мира, так и не смогла понять, зачем он вывел ее из пещеры молить о прощении — сейчас и потом, когда наступит час их растворения…

Только когда катер вышел за пределы земной атмосферы, Даркингтон почувствовал себя более менее сносно. Невесомость делала свое дело. Подсев к Фредерике, он спросил:

— Как же тебе это удалось?

Но все ее внимание было отдано управлению. Несмотря на помощь компьютера и инструкции с борта «Странника», пилотировать катер оказалось очень непросто. Особенно, для новичка.

— Я распугала роботов, — ответила она, наконец. — Представляешь, они додумались привязать катер, да еще такими толстыми кабелями, что его бы разорвало пополам, если бы я надумала стартовать. Пришлось выходить наружу и резать кабели горелкой. Они, понятно, не хотели меня выпускать, собрались кучей вокруг. Так что я их распугала, вылезла, все, что нужно сделала, а потом полетела за тобой.

— И вовремя подоспела, — поежился Даркингтон. — Я уже собирался прорываться сам. Ты же видела, я потерял сознание, как только оказался на борту. — Он замолчал, и в катере установилась тишина, нарушаемая лишь еле слышным шелестом двигателей. — Ты молодец, — проговорил, наконец, Хью, — ты вела себя просто великолепно, та просто образец находчивости и изобретательности, но я одного не понимаю — как тебе удалось их разогнать?

Компьютер заглушил двигатели, и катер перешел в свободный полет. Фредерика повернулась к нему — усталое и осунувшееся, но такое милое и дорогое лицо. Голос ее звучал глухо.

— Знаешь, я действовала наугад, у меня были только неясные догадки… Но терять было нечего. Ты же помнишь, единственное, в чем мы были уверены, это то, что роботы общаются по радио. И для начала я включила на полную мощность катерный передатчик, вдруг мощность сигнала их отпугнет. А уж потом я сообразила, что если у тебя в голове есть подключенный прямо к мозгу приемник, то это очень похоже на телепатию, то есть, это более непосредственная связь, чем у нас, когда мы сперва слышим, а уж потом обдумываем, что услышим. И я подумала, что если издавать непонятные сигналы, то мне удастся доставить им пару неприятных минут. К естественному радиошуму они привычны, но… Вот тут меня осенило! На катере ведь стоит мощный компьютер, и он имеет дело не с шумами, а с информацией, вот я и включила компьютер и передатчик в единый контур. С таким объемом информации эта банда дикарей еще не сталкивалась никогда — я подкинула компьютеру задачку по звездной навигации. Потом я надела скафандр, сжала нервы в кулак, вышла наружу и спокойно перерезала кабели. И все в порядке — роботов как ветром сдуло. А компьютер я не отсоединяла от передатчика все время, пока искала пещеру, то есть уже в полете. Представляю, что он нес в эфир, и что при этом испытывали дикари. Ну вот, а потом я приземлилась, открыла шлюз, ты забрался внутрь… — Она замолчала и сжала кулаки. — Боже мой, Хью! Что мы скажем подруге Сэма?

Даркингтон не ответил.

Катер, наконец, вплотную подошел к звездолету. Пока шла швартовка, корабли развернулись, и в иллюминаторе снова показалась Земля. Окинув планету долгим взглядом, Даркингтон тихо проговорил:

— Прощай, Счастья тебе.

Фредерика смахнула слезы. На мокрых щеках остались следы грязных рук.

— Как ты думаешь, мы когда-нибудь вернемся? — спросила она.

— Нет, — ответил Даркингтон. — Она уже не наша…