Чтение онлайн

Средних лет, по обычаю заросший щетиной возница в ватнике и старой кепке подошел ко мне одновременно с Ольгой. Та спросила, указав на распростертое у моих ног тело:

– Это что еще такое?

– Это людоеды на колесах, – объяснил возница. – Мы, понимаешь, едем с Володькой за сеном. А они – откуда ни возьмись! Давно их тут не видели, с того самого раза, как мы с соседями целую стаю перебили. А теперь опять, видишь, объявились. Я еще думал, что одному с пацаном ехать не стоит. Но понадеялся. И вот оно как вышло. Если б вы не подоспели… Вот спасибо так спасибо! А ты, дамочка, что, про таких не слыхала?

Ольга только передернула плечами.

– До хутора далеко? – спросил я.- Нам бы отдохнуть, давно идем.

– Хутор тут рядом.- Возница ткнул пальцем в подступившую к дороге стену тайги. – Сворот вы прошли.

Я вспомнил, что видел по пути заросший травой проселок. Но, не зная, куда и к кому он ведет, решил не рисковать, хоть мы и нуждались в хорошем привале.

– А вы кто ж такие будете? – поинтересовался Хуторянин. – Повадками военные, а пеши.

– Долго объяснять, – сказал я. – Был у нас транспорт. Но больше нет. Ты про то, что у Березовки Хищная Грязь дорогу перекрыла, слыхал?

– Как же не слыхал?! В наших местах она часто объявляется. А недавно двое соседских работников в Березовку на тракторе поехали кое за чем. Так она им прямо под колеса выползла. Ну мужики бывалые, сразу сообразили, что делов нету, попрыгали с трактора и ходу. Успели ноги унести. А трактор там так и застрял.

…Трактор мы увидели, когда подъехали к краю огромной черной лужи, затопившей дорогу и проевшей в окрестной тайге изрядную проплешину. Стволы повалившихся деревьев эта черная дрянь уже почти переварила, они едва выступали над ее поверхностью, воздев к небу остатки сучьев – словно корявые руки в немом призыве о помощи. А осевший на колесах со съеденными шинами трактор косо возвышался в самом центре. С железом хищная масса совладать не могла. Теперь там же, на другом берегу, сиротливо торчит и наш славный вездеход, осевший на колесные диски.

Заметив преграду, я затормозил.

– Это оно, про что говорил Пророк? – спросила Ольга.

– Без сомнения, – ответил за меня Профессор. – Разве не видно?

Мы, как и прежде, ехали в кабине втроем.

– И что дальше? – не унималась Ольга.

Что дальше, я не очень представлял. Через Грязь нам не проехать, как тому трактору, хоть шины на наших огромных колесах и попрочнее.

– А дальше – ждать, – сказал я вслух.

– Чего?

– Пока уберется.

– И когда же она уберется?

– Может, через час, а может, и через месяц. Как видишь, не докладывает.

– У нас нет времени.

– У кого это у нас? – осведомился я.- Мне торопиться некуда.

– А если в объезд? – нетерпеливо спросила Ольга.

– В объезд не получится. Напрямик через тайгу мы не пройдем даже на нашем мастодонте. Видишь, деревья какие – в три обхвата. И стоят плотно. Может, есть там, в чаще, хутора или поселения Охотников, тогда и дороги какие-то могут быть. Но, думаю, нет здесь поблизости ни хуторов, ни дорог. Поворотов на проселки я с утра не видел. И вообще никаких признаков. Можно вернуться к последнему проселку, который нам попадался. Это полдня пути. Но, главное, куда нас тот проселок приведет. Можем неделю плутать по всяким зимникам и в итоге совсем завязнуть. Так что назад смысла нет.

– Послушай,- сказала Ольга.- Ты можешь здесь хоть зимовать. А я не имею права. У меня конкретные установки. Ты же Ездок. Придумай что-нибудь.

– Я думаю,- сообщил я.- Но Ездок еще не значит, что нам нет преград ни в море, ни на суше! Знаешь, сколько раз мне приходилось ждать или вообще возвращаться ни с чем? Это тебе не столичный пригород. Это Зона. Здесь деревья и прочие кусты во много раз быстрее растут. И совершенно беспорядочно.

– А если пешком? – спросил Профессор.

– Через Грязь?

– Нет, в обход.

– Ну, – сказал я,- пешком до Эпицентра мы вряд ли дойдем. Даже не потому, что далеко. Я имею в виду – живыми. Но есть другая проблема. Обходить Хищную Грязь очень опасно. Это она здесь болотом стоит. А сколько ее под землей, неизвестно. Пойдем мы в обход, скажем, на километр. На поверхности ее нет, а под поверхностью… Кроме того, она нас обязательно учует. И может потечь следом. Она вот сейчас стоит, но когда течет по земле, то быстрее бегущего человека. Под землей она медленней просачивается. Но все равно. Идет человек, все вроде в порядке. И вдруг проваливается на твердом месте. Меньше минуты проходит, и нет его. Так что ходить вокруг я никому не советую.

– Но ждать действительно как-то грустно,- возразил Профессор.- Я согласен с Олей: нужно думать. И вам – в первую очередь.

– Дорогой Профессор, – сказал я.- В Зоне крайне необходимо думать. Но и ждать – столько, столько потребуется. Торопливые здесь недолго торопятся. Мы подождем, может, что и придумаем.

Я полез из кабины в салон, пить очень хотелось. Профессор последовал за мной, его тоже томила жажда.

Но я не успел дотянуться до бутыли с фильтрованной водой. Двигатель вездехода утробно взревел, машина резко рванула с места, а мы с Профессором повалились друг на друга.

Мать твою! Я сразу догадался, что происходит. Вскочив на ноги, я рванулся в кабину. Ольга вцепилась в штурвал мертвой хваткой и до упора утопила педаль газа. В окошки было видно, как по обеим сторонам машины огромные колеса вздымают волны черной субстанции. Капли, попадавшие на стекло, не скатывались, а прилипали и шевелились, как жирные черви. Вездеход успел проскочить примерно четверть плотоядного болота.

Вышвыривать Ольгу с водительского сиденья было поздно, останавливать машину бессмысленно. Если под поверхностью Грязи таится глубокая колдобина, мы в ней застрянем. И тогда думать станет просто не о чем. А ждать придется до самой голодной смерти. Вездеход мы так и так уже потеряли. У нас с собой всего две запаски, больше просто некуда было пристроить. Да и кто мог подумать, что мы сумеем угробить все восемь таких могучих колес сразу?! А после Грязи их уже не залатаешь. Оставалось надеяться, что машина дотянет до противоположного берега.

Я, сжав кулаки, застыл у Ольги за спиной. Когда мы доедем!… Если доедем… Ни черта я ей не сделаю, дряни такой! Не лупцевать же ее, в самом деле. К тому же все равно не поможет.

Вездеход трясло и бросало из стороны в сторону. Каждую секунду я ждал, что мы увязнем. Впереди Хищная Грязь вдруг поднялась невысокой волной с острым гребнем и покатила нам навстречу. Вездеход врезался в эту волну и резко сбавил ход. Датчики показывали, что пять колес уже разгерметизированы и держатся только на автоподкачке. Машина начала вилять.