Чтение онлайн

– Да, она может быть полезной, – повторил Диллон.

– Следует ли понимать тебя так, что ты собираешься в Лондон?

– Когда я решу, обязательно сообщу тебе.

– А Броснан?

– Я могу пройти мимо него по улице, и он не узнает меня.

– Ты в этом уверен?

– Жозеф, я могу пройти мимо тебя, и ты меня не узнаешь. Ты ведь никогда не видел, как я меняюсь, не так ли? Ты приехал на своей машине?

– Конечно, нет. На такси. Назад поеду так же.

– Я надену пальто и немного пройдусь с тобой. Диллон вышел. Макеев застегнул пальто, налил себе коньяку. Сзади послышался какой-то звук. Он обернулся. Перед ним стоял сгорбившийся Диллон в кепке и плаще. Даже его лицо казалось другим. Выглядел он лет на пятнадцать старше. Перемена была невероятной.

– Черт, это поразительно! – воскликнул Макеев. Диллон выпрямился и усмехнулся:

– Жозеф, старина, если бы я остался в театре, то теперь был бы уже королем сцены. Пошли.

Снег только слегка прикрыл землю, проходившие по Сене баржи и освещенный прожекторами собор Парижской Богоматери, который как бы плыл в ночи. Они дошли до набережной Монтебелло, не встретив ни одного такси. Макеев сказал:

– Вот и жилье Броснана. Ему принадлежит вся эта часть дома. Кажется, мать оставила ему богатое наследство.

– Это точно? – спросил Диллон, вглядываясь через оплетавшие дом леса.

– Квартира номер четыре, угловая, на втором этаже, – уточнил Макеев.

– Он живет один?

– Не женат, у него есть приятельница по имени Анн-Мари Оден…

– Военный фотограф? Я видел ее однажды в семьдесят первом, в Белфасте. Броснан и Лиам Девлин, мой тогдашний шеф, дали ей возможность познакомиться с людьми из ИРА.

– Ты с ней встречался?

– Лично нет. Они живут вместе?

– Не похоже.

Из переулка появилось такси, ехавшее в их направлении. Макеев поднял руку.

– Мы поговорим завтра.

Такси отъехало, и Диллон был уже готов повернуть обратно, как вдруг из-за угла вышел Броснан. Диллон сразу узнал его.

– Эй ты, Мартин, старый ублюдок, – тихо сказал Диллон.

Броснан поднялся по ступенькам и вошел в дом. Диллон улыбнулся и пошел на баржу, насвистывая свой любимый мотив.

Фергюсон собирался уже лечь спать, когда зазвонил телефон. Арну сказал:

– Плохие новости. Он расправился с братьями Жобер.

– Неужели? – Фергюсон задумался. – Он, по-видимому, времени не теряет.

– Я виделся с Броснаном и просил его принять участие в этом деле. Сожалею, но он отказался. Сказал, что будет давать нам советы, ну и прочая чепуха, но прямого участия принимать не хочет.

– Ерунда, – заявил Фергюсон. – Нам это не подходит. Когда тонет корабль, то все берутся за насосы, а наш корабль тонет слишком быстро.

– Что вы предлагаете?

– Думаю, мне придется приехать и увидеться с ним. Я не знаю, когда смогу вырваться. Надо уладить кое-какие дела. Возможно, сегодня во второй половине дня. Мы дадим вам знать.

– Прекрасно. Вы сняли камень у меня с души. Фергюсон посидел немного, обдумывая происшедшее, потом позвонил на квартиру Мэри Таннер:

– Полагаю, вы тоже надеялись спокойно лечь и выспаться, встав так рано сегодня утром? – сказал он.

– У меня была такая надежда. Что-нибудь случилось?

Он ввел ее в курс дела и добавил:

– Думаю, нужно ехать завтра, обсудить кое-что с Арну, а потом поговорить с Броснаном. Надо постараться, чтобы до него дошло, насколько все это серьезно.

– Вы хотите, чтобы я поехала с вами?

– Естественно. Я не смогу там разобраться даже в меню, а одним из преимуществ полученного вами дорогого образования является свободное владение французским языком. Свяжитесь с офицером транспортного отдела министерства и скажите, чтобы к завтрашнему дню подготовили реактивный «леар».

– Я все сделаю. Что-нибудь еще?

– Жду вас завтра утром на работе, и не забудьте свой паспорт.

Фергюсон положил трубку, лег в постель и выключил свет.

Вернувшись на баржу, Диллон вскипятил чайник, налил немного виски в кружку, добавил лимонного сока, сахару, кипятку и пошел в салон, отпивая на ходу горячую смесь. «Боже, Мартин Броснан, через столько лет!» Мысленно Диллон перенесся в прошлое, когда он работал с американцем и Лиамом Девлином, его старым командиром. Девлин, живал легенда ИРА. Бурные, восхитительные дни, столкнулись лоб в лоб со всей мощью британской армии. Никогда уже не будет ничего подобного в его жизни.

На столе лежала стопка лондонских газет, которые он купил в киоске на Лионском вокзале: «Дейли мейл», «Экспресс», «Таймс» и «Телеграф». Больше всего его интересовали политические новости, но статьи во всех газетах были похожи одна на другую. Кризис в Персидском заливе, воздушные налеты на Багдад, предположения о том, когда начнется сухопутная война. И конечно, фотографии. Премьер-министр Джон Мейджор перед домом номер десять по Даунинг-стрит. Британская пресса была просто удивительна. Здесь были рассуждения о безопасности, предположения о возможных нападениях арабских террористов и статьи с подробными картами и планами улиц в районе, окружающем Даунинг-стрит. А вот еще фотографии премьер-министра и членов кабинета, идущих на заседание по военным проблемам. Это явно Лондон. Он сложил газеты, допил свой пунш и лег спать.

Утром, придя в свой кабинет, Фергюсон тут же продиктовал очередную краткую докладную записку премьер-министру о последних событиях и о своей поездке в Париж. Мэри отнесла черновик в копировальную комнату. Ночью дежурила Алиса Джонсон, вдова, чей муж был убит на Фолклендских островах. Она тут же отпечатала докладную и заправила ее в копировальную машину. В этот момент в комнату вошел Гордон Браун. Его смена была разбита на две части: три часа, с десяти утра до часа дня, и еще четыре – с шести до десяти вечера. Он поставил свой портфель и снял пиджак.

– Алиса, вы можете идти домой. Есть что-нибудь срочное?

– Только документ для капитана Таннер. Это для дома номер десять. Я сказала, что занесу его ей.

– Я сделаю это. Идите домой.

Она передала Брауну оба экземпляра документа и начала убирать свой стол. Не было никакой возможности сделать еще одну копию. Но он в любом случае мог прочесть документ и сделал это, идя по коридору к кабинету Мэри Таннер. Когда он вошел, она сидела за столом.

– Вот доклад, который вы ждете, капитан Таннер. Нужно вызвать посыльного?