Эон Арс

Планета Эонар. Юнит-3042572

Каменный Эонар – смертельно опасная токсичная планета, разведанная всего лишь десять лет назад, – стала домом для многих из нас не так давно.

Обилие ее ископаемых ресурсов покрывало все недостатки с лихвой. И именно потому здесь обреталась большая часть рабочего населения Объединенного Консорциума Земли, сокращенно ОКЗ, добровольно-принудительно. Так или иначе, сюда ссылали весь не лицензированный сброд, зарабатывать. Точнее – вкалывать до седьмого пота, или и вовсе – пока не задохнешься в одночасье.

А дело ведь в чем. Жизненно важные показатели этой, одной из четырех планет, утвержденных великой космической экспедицией, – ВКЭ, если коротко, – оказались на момент исследования самыми близкими к Земле, правда, за исключением основного – уровня кислорода в атмосфере.

Воздух же на Эонаре сильно разрежен, и дышать без эсэмок – так мы называли спецмаски – смертельное занятие. Спустя каких-то пять минут после снятия начинались дефибриллярные конвульсии из-за наличия в атмосфере паров тяжелых металлов. Предсмертные агонии длились недолго, конец наступал уже через десять минут после вдыхания воздуха Эонара.

Поэтому все мы, работники завода № 171, производящего орбитальные станции, просто смертники, потому как без лицензии на право жизни. Однако здесь все же немногим лучше, чем работать на самой станции в космосе или, боюсь даже упоминать, на ледяном Гидесмоне.

К сожалению, знаю обо всем этом не понаслышке. Моих биологических родителей в наказание за нелегальное зачатие и рождение ребенка отправили на пять лет отрабатывать в космической колонии. Срок, который истек уже пятнадцать лет как. А родителей я так и не увидела.

Все, что мне выдали в Бюро наследства два года назад – лишь маленькая пластиковая коробочка с эмблемой правительства ОКЗ. Внутри лежали три проявленные фотографии, вязаные пинетки и куколка Марли с потрескавшимся пластиком на тельце. Лет пятнадцать назад я о такой мечтала.

Тогда чудом удержала эмоции под контролем, лишь безэмоционально хлопнув герметичной крышкой, и спрятала новое имущество под экзокостюм. Благо одежду выдавали приемлемую, хоть и на несколько размеров больше, чтобы не пришлось менять, если умудришься потолстеть. Куда уж там.

Так, не жаловаться!.. СМ тоже выдавались раз в квартал. И это откровенно радовало, ведь стоили спецмаски безбожно дорого. Впрочем, как и все на этой новой планете, последней разведанной ВКЭ.

Планета Эонар. Город 171. Юнит-3042572

За работу на заводе нам платили гроши, половину из них я оставляла у хозяйки арендуемого бокса: два на два метра, высотой и вовсе в полтора. Скромненько, но с фильтрами и кислородным нагнетателем, поэтому дома маска мне была не нужна. А вообще, в таком же положении пребывала большая часть населения планеты. Процентов двадцать и вовсе имели условия похуже моего.

Каждый раз после получки я шла оплачивать аренду бокса наличностью. Договоренность была строжайшая. Никаких налогов – никакого контроля. Моего, естественно, со стороны хозяйки жилья. Второе нарушалось, кстати, часто, так как та явно злоупотребляла положением. Видимо, она выискивала что-нибудь ценное, копаясь в моих вещах, либо просто делала это из старческого любопытства.

Я шла по невзрачной узкой дороге, которую не нужно было закатывать в асфальт для проезда магнитно-оскулярного транспорта, иными словами – просто МОТ. Все потому, что кругом камень, прямой и шлифованный.

Пять уровней боксов, с лестницами и межуровневыми переходами, к которым я приближалась, стояли нестройными рядами прямо на скальной породе. Чему удивляться, ведь большая часть планеты – тупой безжизненный камень. Другая часть – огромные скалы.

Привезя с собой клонированную флору, богачи, те единицы, что приехали сюда контролировать и собирать свою сверхприбыль, постепенно начали процедуру облагораживания: озеленение территорий на наиболее плоских участках пород, освобожденных от добычи. Впрочем, это абсолютно точно не про наш город № 171, как вы, наверное, уже догадались.

Узкие улицы совмещали в себе всех: прохожих, мимо которых я шла, транспорт, торговцев и даже хулиганов, работающих в основной своей массе на наркопоставщиков. Те в жопе нового, малоизведанного мира – планете Эонар – чувствовали себя весьма комфортно. Правда, сверхприбыли они не собирали, как, например, их коллеги с вечнозеленого Озакара, но и риски для собственной шкуры были минимальными. Поэтому те особо не скрывались. Выходили с гадким товаром прямо на улицы. Многие из них и вовсе торговали под своим домом, буквально. По словам постоянных клиентов, наркотик – органический, со смесью синтетики – позволял чуть дольше воспринимать разреженный воздух, не считая разные расслабляющие и галлюциногенные эффекты. Существовала также легенда, которую и пускали сами торговцы, что эта гадкая смесь в случае привыкания трансформирует легкие для воздуха Эонара. Чушь полнейшая! Но люди велись и гибли пачками во время неудачных экспериментов, либо просто от передозировок.

Так как сквозь маски долго не поговоришь – дорого, а тратить впустую кислород никто не хотел, – то торговцами Эонара была быстро придумана система рекламы: пластиковые плакаты с перемежающимся, мигающим текстом. А для «особых» товаров – даже со скупой графикой! Читать умели далеко не все, а продавать-то как-то надо. Сети Виртнета и АРМов почти не было: действовал запрет ОКЗ на рабочее население планеты. Мол, нечего отвлекаться от работы. Тут выпахивались все. Вначале – работа, потом – есть, после – спать в оставшееся мизерное время. И ничего лишнего. Ничего личного. Вообще ничего! Будние дни размером в жизнь. Отпуска не давали никому. Да и зачем пушечному мясу отдыхать? Вымрут одни, завезут других. Благо плодовитость человечества со временем не пострадала и даже пережила несколько фемен-кризисов и инфекций.

Найдя нужный переулок, я свернула и не сразу поняла, что произошло. Рябь в глазах. Адские конвульсии. Нехватка воздуха безмолвным спазмом сковала мне глотку. Я упала на каменную, слегка обточенную для ровности скальную плиту. Меня начало трясти, однако я все-таки увидела магнитные резонаторы приближающегося МОТа. Транспорт резко затормозил, сверкая светошумовой предупреждающей подсветкой.

Какой-то незнакомый мужчина в дорогих ботах спрыгнул на каменный пласт. Быстрым движением он затащил меня в кабину и снял маску тут же, однако я продолжала задыхаться, хоть в кабине его МОТа автоматические нагнетатели работали исправно, судя по световым полоскам над тонированными окнами. Поэтому мой без преувеличения спаситель начал делать непрямой массаж сердца вместе с искусственным дыханием, освобождая мою грудную клетку от бандажа. Помогло. Напряжение постепенно ушло из мышц, сменяясь онемением и противным покалыванием.