Энк
Шрифт:
Картины и запахи предстоящего живо отобразились у меня в мечтах, меня окутало нетерпением это все скорее увидеть и научиться. Но реальность показывала совершенно другое. Я обернулся и заметил, что дождь как будто стал светлее, на другой стороне долины, просматривающейся из-под тени деревьев, прорывались первые лучи солнца. На душе стало гораздо теплее, я уже не чувствовал сырость и холод, приятное тепло от съеденных орехов разливалось по телу, наполняя каждую клеточку моего организма чувством удовольствия.
Взрослые разделились на два лагеря. Первые, ведомые моей мамой и бабушкой, ратовали за скорый выход дальше, другие предлагали остаться в этом месте подольше. Слушая их споры, я не заметил, как заснул. Проснувшись глубоко вечером, я поднял голову. Над стоянкой, где раньше лилась вода, небо было иссиня-черным с яркими глазами звёзд, рассыпанных по всему небосклону. Их мерцающий свет заливал все темные уголки стойбища, в центре которого горел большой и яркий костёр. Один силуэт отошёл от группы и направился в мою сторону – это была мама, она протянула руки ко мне, я схватил ее за палец и встал. Улыбка мамы меня успокаивала, мы отошли ко входу так и держась за руки. Сели на большое бревно с которого открывался удивительный вид на долину. Небо звёздами смотрело на спины деревьев, а огромный диск луны освещал всю землю ровным мягким светом. Мир в этот момент казался мне удивительным и спокойным царством. За спиной потрескивал костёр, а мама начала говорить со мной мягким расслабленным голосом. Я услышал истории об этих местах, раньше в более благодатные времена они с Папой, когда были молодыми, и остальное племя проводили здесь многие месяцы, заполняя закрома ароматными плодами орешника. Но это время давно прошло. Сначала плодов становилось все меньше и меньше. Затем эта стоянка стала лишь временным убежищем между двух сезонов, и племя заходило на неё лишь за тем, чтобы быстро собрать оставшиеся плоды, перекусить и двинуться дальше, а теперь за долгие годы они появились здесь в первый раз. Плодовые деревья отказываются кормить нас, сказала мама.
Конец ознакомительного фрагмента.