Эмиссар
Шрифт:
От первой до четвертой? Но там же Дженифер и Джейк. Никаких эмоций, Бен! Никаких мыслей! Просто действуй…
Сиско коснулся коммуникативного знака на груди.
– Инженерная, доложите о вашем состоянии!
Молчание. Сиско и Гранок обменялись хмурыми взглядами.
– Внимание! Тревога, тревога!
Металлический голос компьютера прозвучал в тишине оглушающе, как взрыв гранаты.
– Через четыре минуты взрыв корабля! Через четыре минуты взрыв корабля!
Никаких эмоций, Бен!
Сиско снова коснулся коммуникативного знака.
– Всем внимание! Приготовиться покинуть корабль!
Отдав распоряжение, Сиско направился было к лифту, но остановился, оглянувшись на панели управления. Там сердито бурчал Гранок, отчаянно пытаясь восстановить управление кораблем.
– Давай разыщем пассажиров, – негромко предложил Сиско. – Надо их эвакуировать в грузовые отделяемые отсеки.
Он с тоской подумал о жене и сыне, но все же конец фразы постарался произнести твердо. Если бы слышал Сторил, то остался бы доволен своим помощником: имитация спокойствия почти стопроцентная.
Не смей думать, Бен!
Просто действуй…
Гранок кивнул в знак согласия и тяжело последовал за старшим помощником.
Двери турболифта легко открылись, и взору Бена предстала сюрреалистическая картина ада. В воздухе клубился едкий дым, помещение наполняли отчаянные крики о помощи, детский плач и стенания раненых.
Никаких эмоций, Бен! Никаких мыслей…
В мерцающем свете сигнальных лампочек сквозь клубы дыма с трудом угадывались темные силуэты людей. Тут и там извивались ярко-красные языки пламени. От зловонного запаха горящего мяса Сиско ощутил тошноту, его лицо обдало жаром. Сиско и Гранок поспешно двинулись вперед и вскоре повернули по коридору налево. Палуба накренилась. Это означало, что стабилизаторы вышли из строя. Мозг Сиско бесстрастно отсчитывал, отсчитывал секунды. У Бена было еще достаточно времени, чтобы успеть добраться до каюты, где находились жена с сыном.
Никаких эмоций, Бен! Никаких мыслей…
Из бокового коридора вырвался язык пламени и лизнул плечо Сиско. Гранок резко отдернул Бена, и они вместе стали пробираться дальше сквозь дым и жар. Впереди возникла группа испуганных пассажиров, столпившихся в коридоре возле кучки личных вещей. Судя по всему, они были готовы к эвакуации. И в этой трагической ситуации людей одолевали мелкие заботы. Женщина с сильно обгоревшим лицом и опаленными волосами пыталась дрожащими руками собрать высыпавшиеся из раскрытого чемодана вещи. Это у нее не получалось, и она стала громко причитать и плакать.
– Оставить все! – властно крикнул Сиско, стараясь перекрыть гул огня и треск ломающихся перегородок.
В его голосе прозвучало столько уверенности и власти, что женщина мгновенно выпрямилась и оставила свое занятие.
– Сейчас же отправляйтесь в зону эвакуации! – приказал ей Сиско.
Женщина бросила грустный взгляд на оставляемые вещи и молча двинулась по коридору в указанном ей направлении. Остальные, не говоря ни слова, последовали за ней.
Сиско поспешил дальше, отчаянно пытаясь рассмотреть среди искаженных страхом лиц два самых дорогих и родных для него лица. Он старался не поддаться наваливавшемуся на него чувству паники.
– Внимание, внимание! Через три минуты взрыв корабля! Через три минуты взрыв корабля!
Компьютер бесстрастно выполнял свою программу.
Три минуты? Этого времени еще могло хватить. Они, вероятнее всего, находятся возле его каюты…
Из дымного облака выплыла знакомая фигура. Сиско вздрогнул и кинулся было к ней, но тут же разочарованно остановился. Это было знакомое, но не родное лицо, не то, которое Бен так упорно искал. Это же была Дорэн, близкая подруга Дженифер. Семья Дорэн занимала соседнюю с Сиско каюту.
– Дорэн! – окликнул Бен. Женщина почти упала ему на руки. Забыв о собственных ранах, Гранок подхватил Дорэн.
– Я позабочусь о ней, а ты иди, – сказал он Бену.
Сиско благодарно взглянул на товарища.
– Ты видела Дженифер? – обратился он к женщине.
Дорэн повернула к нему выпачканное копотью лицо, подняла большие, полные горя глаза и хотела что-то сказать. Но вместо этого разрыдалась.
Ее рыдания вызвали в груди Бена острую физическую боль. Не сказав ни слова, он резко повернулся и бросился бежать. Теперь он уже не обращал внимания на огонь, на проходивших мимо людей. Он не видел перед собой ничего, кроме мысленного образа собственной каюты. Вот наконец и она, вполне реальная.
Дверь открыта настежь, из помещения вытекает клубящийся черный дым. Не колеблясь, Бен вошел внутрь. От едкого дыма стало трудно дышать и почти невозможно было открыть глаза. Когда Бен все же сумел приподнять веки, он сразу понял, что здесь произошло. В результате взрыва, повредившего сразу четыре палубы, здесь, над каютой, образовалось огромное отверстие, через которое огонь прорвался с нижнего уровня на верхний. Сама каюта оказалась просто разворочена взрывом.
Никаких эмоций, Бен! Никаких мыслей…
– Дженифер! – громко позвал Бен, пробираясь через обломки мебели и потолочного перекрытия.
Тишина.
– Компьютер, определить местонахождение Дженифер Сиско! – приказал Бен.
Тишина.
Сиско медленно пробирался вперед, разгребая обгоревшие, разбитые вещи, отодвигая какие-то дымящиеся обломки. Наконец под обломком потолочного перекрытия он заметил руку жены. Ее покрывали копоть и кровь.
Бен принялся с бешеной скоростью высвобождать тело жены. Он работал с такой силой и энергией, которые сейчас в нем трудно было предположить. Обломки оказались острыми, зазубренными. Пока он вытаскивал и отшвыривал их, его руки покрылись глубокими и обширными ссадинами, из которых сочилась кровь. Но Сиско не замечал этого.
Никаких эмоций, Бен! Никаких мыслей… Просто действуй.
Освободив, наконец, Дженифер, Бен увидел, что она лежала скрючившись, прижав к груди маленькое, черное от сажи тело Джейка. Мать накрыла собой сына, приняв весь удар на себя. Крови Бен нигде не видел, но густой дым мешал рассмотреть все хорошенько.
Жена не дышала. Неужели мертва? Разум Бена отказывался признать этот страшный факт. Крови нет, может быть, она выживет? Может быть, она просто потеряла сознание?
– Все будет отлично, – произнес Сиско спокойным и уверенным голосом, голосом капитана Сторила.