Эмилер
Шрифт:
Крим, усмехнувшись, промолчал. А старейшина уже привычно отдавал приказы:
– Жели, закрой двери. Накрепко! Многие будут приходить, стучаться, пытаясь что-то разузнать… Не открывай! И старейшины пришлют за мной. Но мне сперва надо сына найти. Хорошо?
– Да, я все поняла. Не переживай! – Сама же, провожая глазами старейшину, думала, как с ним легко и просто. Странно!
Влер, напоследок улыбнувшись гостям, вышел из дома.
Бедняга Крим настолько окоченел, его бил такой сильный озноб, что прошло довольно много времени, прежде чем он начал потихоньку согреваться.
При виде измученного, замерзшего мальчишки Жели, добрая и заботливая женщина, то и дело качала головой от жалости, не переставая хлопотать над ним. Она накинула ему на плечи тяжелое меховое одеяло и сунула в онемевшие пальцы кружку с горячим отваром, знаком велев выпить все до последней капли, что Крим с радостью и сделал.
Выловив языком случайную ягоду, Крим сказал:
– А мама вчера тебя полночи искала.
– Я знаю.
– Райн рассказал?
Жели кивнула.
– А он правда все так и сказал? Ну как этот… лэр говорил? – робко спросил подросток, искоса поглядывая на женщину из-за большой глиняной кружки.
– Да, я сама все слышала, – серьезно подтвердила Жели.
Крим о чем-то задумался.
– Не одного тебя поразил этот старейшина, – продолжила женщина, подтащив к Криму деревянный ушат с теплой водой, – я до сих пор в себя прийти не могу… Дикари, ага… Кто бы сказал о таком старейшине, не поверила бы и всю жизнь страшным лжецом считала!
– Он не похож на остальных… наверно. Райна я почти не знаю, а с Дирком мы сражались против Свейма.
– Как «сражались»? – Жели от неожиданности всплеснула руками и села на лавку.
– Они напали на нас…
– Совсем Махуд спятил, – растерянно пробормотала Жели, понимая, кто подослал убийц в дом к Атем.
– Трем, не знаю, выжил ли, но мама его лечила, а Дирк ей помогал.
– Дирк – это сын Влера? – Потом подумала, что Крим не знает имени старейшины, и с улыбкой пояснила: – Влер – это твой «дед».
– Я искал Райна, а о Влере ничего не знал.
– Райн… Он на самом деле?..
– Муж Леи? Да.
– А Глен был среди нападавших?
– Нет.
– Хитрый марок. Это он заставил меня поверить, что дети ушли за Заслон.
– Да? Ну этих помощников правитель точно лишился, – ухмыльнулся Крим. – Мама их так легко не отпустит.
– Давно пора! А ты зачем сюда явился? Или тебя лэры поймали?
– Я Райна искал. Лею похитили…
– Кто? – Жели всплеснула руками. – Впрочем, я знаю кто. Зачем? – В ее голове после рассказа Крима созрело решение вмешаться и остановить безумства Махуда.
Крим, не замечая задумчивости Жели, продолжал:
– Судить. А может, просто попугать ее и остальных эмирими… Ну… если он казнит Лею.
– Что же это делается! – Жели покачала головой и закрыла глаза ладонью. Посидела так, подумала и сказала: – Я всю ночь думала… Вспоминала… Сейчас другого выхода не вижу. Я понимаю, что меня не поймут, но… Знаю, что надо делать, чтобы крови пролилось как можно меньше. – По лицу женщины было ясно, что эта мысль ей претит, но она сознательно решила пойти на это: – Надо провести лэров через Заслон!
– Что? Как это? Нет! Ты с ума сошла? Это же предательство! – Крим был потрясен. – Это же подло!
– «Предательство»? Кого предали: тебя, меня или Лею? – спокойно спросила Жели, поднимаясь с лавки.
– Они враги… – уже куда неуверенней произнес Крим, вытаскивая ноги из ушата с остывшей водой и ставя их на каменный пол.
Жели ушла в свои думы, так что и не заметила этого. Потом, очнувшись, вздохнула:
– Махуд тоже враг! Еще более опасный, так как он правитель!
Она огляделась. Никаких намеков на полотенце. Одним словом, мужской дом.
Крим подтянул голые ноги к себе и печально сказал:
– Я не знаю, враг или не враг. Да… Он подослал убийц, и то, что Трем выжил, – заслуга лэра.
– Вот и Трем… Счет к правителю растет! – Жели стиснула зубы.
Крим угрюмо молчал.
– Что ж, его я и предъявлю! – сурово подвела итог правительница.
Выбравшись из дома на главную площадь, Влер попал в толпу лэри, которые галдели, как мароки в брачный период. В первый момент он даже решил, что вновь поймали вражеского посланца, – слишком громко возмущались женщины, но тут его встретили трое бойцов, посланных специально за ним.
– Влер! Нападение!
– Команда Райна уже на месте? – спросил старейшина, решив, что это лесные маги вступились за своего мальчика. С одной стороны, он испытывал облегчение: значит, у Леи и Атем все наладилось, раз за Кримом так быстро пришли; с другой стороны, это такая невиданная наглость – нападение на стан лэров да еще во время Льда! Никак по-родственному в гости нагрянули?! Шагая за посланцами, себе под нос пробурчал: – Вот устроили сыночки веселую жизнь отцу на старости лет! Бегай теперь, защищай их эмирими… врагов-то кровных!
Война на его памяти длилась так давно, что он уже и не помнил, как они жили до нее, но за годы потерь и неизбывной боли понял, что главное не уничтожить врага, а сохранить живыми своих! Ко всему привыкнуть можно, кроме смерти. Даже к браку сына с врагом. Думать надо о том, что Райн счастлив! И это главное!
Когда они подобрались к окраине Стойбища, оказалось, что отряды лэров с факелами в руках сражаются с синими кошками, которые напали объединенной стаей.
Хищники разделились. Несколько кошек совершило налет на соседнюю высоту, и там были потери. Почти все воины были сосредоточены там. Другая часть хищников обошла насыпь, чтобы напасть в менее охраняемом месте.