Эмигрантка
Шрифт:
– А вот посмотрим…
И он действительно в скорости вернулся после её молитв, то ли заболел уж серьёзно, то ли с работой что-то не ладилось, то ли в любви мужику не везло, – никто не знал. Но заявился к ней с цветами и чемоданчиком:
– Шурёнок, а вот и я.
Она бегала по соседям, как оглашенная:
– Вернулся, вернулся, а денег-то сколько привёз! Целый чемодан – зарабатывал для нас.
Соседи лишь пожимали плечами. Хотя никто этих денег и не видел, да и сама Шурка со временем начала снова мужа пилить так же, как и поначалу.
Рассказав эту историю дочери, Ниночка заключила:
– Смотри, Наталья, а то сбежит и Серёга от твоих идей и вечных требований то рублей, то ещё какой другой валюты. Останешься ты у разбитого корыта.
– Вот ещё, – гонорилась дочь. Я молодая и красивая, пусть ещё поищет такую.
После подобных разговоров с матерью дочь, конечно, задумывалась, но поддаваться панике и не собиралась, уж очень уверена была в своих силах и чарах.
Время текло своим чередом, Катя пошла в школу и по-прежнему жила с бабушкой, а Наталья с Сергеем налаживали быт.
Приходит однажды домой со смены ночной её муж и говорит:
– Знаешь, рэкет в городе. Совсем страх потеряли, за грудки берут –плати и всё тут. Сегодня прямо амбалы остановили на дороге, денег требовали, я всё отдал, что заработал.
–Ты цел, Сергунчик, – перепугалась Наталья, осматривая внимательным взглядом все видимые глазу места на его теле.
– Да я-то цел, и машина, вроде бы, в порядке, но вот деньги пришлось отдать.
– Ничего, я хоть и потратила всё на ремонт и колечко, но на первое время у мамы займу, может, и отец твой поможет, можно и у брата попросить. Жаль, камин вот некстати только что заказала, у подружки денег заняла, сказала, что на неделю.
– Ты что, с ума сошла, отец уехал к сестре в Вильнюс, сама понимаешь, деньги немалые, а брат и так живёт, с копейки на копейку перебивается. Им есть порой нечего, а ты занимать. Попроси у мамы. Что ей, она одна. Да много ли надо старому человеку.
Конец ознакомительного фрагмента.