Эльфдом
Шрифт:
«Камни устанавливают только на очень сильном источнике магии. В мире существует очень мало мест, где их можно поставить».
Масленка разорвал связь с камнями и ждал, когда она отменит заклинание. — «Ладно, ты действительно знаешь, что делает заклинание».
«Мне больно слышать, что ты мне не доверяешь».
«Я же позволил тебе наложить на меня заклинание».
Тинкер решила, что это действительно оправдывает его по многим статьям. Она отменила предсказывающее заклинание и выгнала его из центра.
Радость воодушевилась тем, что с Масленкой ничего не случилось, и без лишних понуканий заняла его место.
Тинкер проверила, что все линии на месте, ничего не смазалось и не стерлось. Убедившись, что начерченное заклинание не изменилось с предыдущего запуска, она произнесла ключевое слово.
Здание заполнил ослепительный свет льющихся из центра потоков энергии.
Радость нервно заплясала в середине заклинания, попискивая, — «Сама?»
«Все в порядке!» — откликнулся Масленка. — «Вырубай заклинание».
Тинкер сняла заклинание, и Радость рванула из центра в объятия Масленки.
«Что это было?» — настойчиво прошипел Масленка на английском.
Тинкер молча покачала головой. Она не знала, но ничего хорошего это не сулило.
Кем или чем, черт побери, являются дети Масленки?
Тинкер даже не могла проверить, все ли дети такие же как Радость. Она хотела испытать всех, но настолько впечатляющая реакция заклинания на Радость слишком сильно потрясла их.
Тинкер не могла заставить детей сотрудничать, глядя в их наполненные страхом глаза. Она помнила о забитых экскрементами ямах, где нашла маленьких эльфов. Они до сих пор слишком уязвимы. Тинкер позволила Масленке забрать их и занять чем-нибудь успокаивающим — игрой на музыкальных инструментах, возней с маленькими животными, — чем-нибудь таким.
Она осталась с двумя скудными фактами — все дети генетически схожи, и Радость, контрольный образец, связана с чем-то большим.
У Тинкер сформировалось несколько теорий. Очевидно, Клан Кожи вырастил детей для обладания некой сверхъестественной силой. Как и в их с Масленкой случае, эта необычная способность передается из поколения в поколение, скрытая только незнанием. Опять же, очевидно, что Клан Кожи обладает ключом к способностям детей и отчаянно хочет заполучить их силы.
Тинкер пролистала электронную версию кодекса, переходя по ссылкам на свои заметки о различных схемах положений пальцев. Она применила к схемам все известные ей методы шифрования. В результате, Тинкер присвоила каждой схеме пятизначный номер. Ноль — положение лэдин, палец крепко сжат. Один — положение секаша, палец согнут крючком. Два — положение домана, палец согнут только в первой фаланге. Три — королевское положение, палец вытянут и никому не кланяется.
Она заметила, что «номера» образуют циклическую табличную иерархию — они никогда не повторяются. Тинкер предположила, что в кодексе не хватает заклинаний, так как в нем пропущены такие номера, как 32103 — который устанавливает связь с Магическими Камнями.
Если бы она сама поняла смысл схем, то быстро бы разобралась и во всем остальном. Тинкер хихикнула при мысли о шестилетней девочке, обладающей силой Магических Камней. Да, эльфов бы хватил удар.
Тинкер сникла, представив последствия. Рано или поздно домана Клана Камня в Хантсвилле заметили бы, что она пользуется их Камнями и предупредили секаша о присутствии в Питтсбурге неизвестного домана. Клан Ветра начал бы искать чужаков. Попади она в их руки, и они с Масленкой оказались бы заперты во владениях Клана Камня.
Тинкер, нахмурившись, взглянула на планшет. Дедушка изъял одно заклинание, чтобы обезвредить другие, и никому не рассказал об этом, чтобы защитить ее и Масленку?
Она глубоко вздохнула. Надо сосредоточиться на детях.
Дети могут и не подозревать о своей настоящей сущности, но, возможно, о ней знает кто-нибудь из взрослых Клана Камня. К несчастью, единственный оставшийся в Питтсбурге взрослый эльф Клана Камня — Лесной Мох.
ГЛАВА 33: СРАЖЕН НАПОВАЛ
Томми облажался. Странно, что до него это дошло только сейчас.
Он должен был обо всем догадаться, когда они заснули в объятиях друг друга, и он подумал, что она идеально подходит ему. Он должен был понять все, когда проснулся оттого, что она вновь опустилась на него, а он только улыбался ее неистовой решимости. Весь день, пока они карабкались по холмам, перебирались через речки и болота, скрывались от одиночных отрядов Они, или убивали их, он сталкивался с маленькими намеками на происходящее и упустил скрытое предупреждение.
Так что он ни о чем не подозревал, когда Слеза остановилась на вершине очередного холма, произнесла заклинание, и прошептала. — «Пока мы в безопасности». Она тихо запротестовала, когда он утянул ее в свои объятия, но, как только их губы сомкнулись, на ее лице заиграла улыбка.
«Ненасытный», — простонала она, пока он, опускаясь все ниже и ниже, осыпал поцелуями ее шею. Судя по тому, как крепко она прижалась к нему, это была не жалоба.
Тот, кто придумал платья, заранее подумал о легком доступе.
После короткого жесткого траха, она уткнулась в его шею и прошептала — «Ты сказал, что не принадлежишь вице-королю. Его условия были настолько плохи, что ты отказался от его предложения?»
Он зарычал и отпихнул ее. — «С меня хватит хозяев».
Она озадаченно уставилась на него, а затем по ее лицу волной прокатилось понимание и раздражение. — «О! Я понимаю. Он опять это сделал».
«Что сделал?»
«Волк Который Правит считает, что все должны слепо довериться ему. Прыгать по его команде без всякой уверенности, что их ждет безопасное приземление. Для тех, кто его нежно любит, этого достаточно. Те же, кто недостаточно его обожает…»