Эльфдом
Шрифт:
Томми хотел освободиться, поэтому он присоединился к эльфам во время последнего большого сражения. Каким-то образом все изменилось и осталось тем же. Город находился под действием закона о военном положении, так что эльфы контролировали все его доходы и расходы. Его семье было необходимо зарегистрироваться как официальным родственникам Они. А присылаемые извещения о назначенной аудиенции с вице-королем говорили о том, что каждый его шаг записывается.
Если Томми сейчас был свободен, то он явно перепутал свободу с голоданием. Он не хотел разговаривать с вице-королем в анклаве, но эльф задолжал ему деньги, в которых Томми так отчаянно нуждался. Он постучался в врата анклава, смотровая щель открылась, и на него с подозрением уставилась пара эльфийских глаз.
«Я Томми Чанг. Вице-король послал за мной».
Щель закрылась. Прошло несколько минут, и к тому моменту, когда ворота открылись, внутренний двор уже заполонили вооруженные эльфы. Большинство из них были обыкновенными солдатами касты лэдин, но между ними то там, то здесь прослеживались секаша, сверкая защитными татуировками на руках, выполненными в синем цвете Клана Ветра.
Томми ожидал этого, но все равно с трудом сдержал обуявший его страх, и спокойно прошел через врата. Он осторожно поднял руки, как только дверь с лязгом закрылась за ним.
«Я полу-они» — Они бы это все равно обнаружили, и он не хотел давать им повода для его безнаказанного убийства. — «Вице-король приказал мне явиться сюда».
«Оружие?» — спросил один из секаша.
Томми сдал свой пистолет и нож. Они обыскали его на спрятанное оружие. Он не был настолько глуп, чтобы позволить им найти еще что-нибудь. В качестве последнего унижения они заставили его снять бандану и обнажить кошачьи уши. Томми сжал челюсти в беззвучной ярости. Он выплеснет свой гнев, когда окажется в безопасности.
Ветроволк ждал в роскошной комнате для переговоров. Благородный эльф с невозмутимой элегантностью был одет в белую шелковую рубашку, узорчатую жилетку королевского синего цвета и черные замшевые брюки. В этом все эльфы — все делают с безупречным стилем. Ветроволк кивком поприветствовал Томми.
«В этом нет необходимости» — сказал Томми. — «Ты бы мог просто выслать чек».
«Я хотел поговорить с тобой. Сядь».
Томми оглядел Ветроволка и его телохранителей. В то время как секаша щетинились мечами, пистолетами и ножами, вице-король казался безоружным. Томми видел, как этот эльф щелчком пальцев сносил здания и сжигал отряды Они. Ветроволку не требовались ножи или пистолеты — он сам был оружием во плоти.
Томми уселся на стул. — «Ну так говори».
Ветроволк положил на стол сверток.
Томми изучил толстый белый сверток как западню. Он не видел прикрепленных ниточек, но знал, что они есть.
«Это за ущерб, который я нанес ресторану твоей семьи» — сказал Ветроволк.
Двоюродный дедушка Томми основал ресторан «У Чанга», еще когда Питтсбург существовал только на Земле. После первого Запуска Они выискивали китайские семьи с родственниками в Питтсбурге и использовали их, чтобы надежно осесть в городе. Пока дедушка, муж его матери и сводный брат находились в заложниках для предотвращения восстания, мать Томми и ее три младшие сестры безопасно провели Лорда Томтома и его собратьев в Питтсбург и под укрытие ресторана. Как только Лорд Томтом оказался в безопасности в Питтсбурге, троих заложников убили. Мать Томми и ее сестры стали бесполезны и превратились в игрушки для Они.
Томми был самым старшим из выживших полукровок. Двадцать восемь лет он делал практически только то, что ему было приказано, и мечтал вырезать всех Они до единого, начиная с его отца, Лорда Томтома. Неделю назад он рискнул всем, чтобы спасти жизнь Ветроволку. Придурочный эльф ввязался в бой с воинами Они, снеся переднюю стену ресторана и так ослабив структуру здания, что оно не замедлило обвалиться.
Но все сработало, как рассчитывал Томми. Господство Они над ним было сломлено, а Ветроволк вычеркнул полу-они из эльфийского списка «Убивать при встрече».
«Это не откуп,» — Ветроволк постучал по свертку между ними — «а вознаграждение за то, что я должен тебе».
«Значит, мы квиты» — Томми хотел знать это наверняка, хотя и сомневался, хорошо это было или плохо. Зная, что Ветроволк ему должен, он чувствовал определенную защищенность, но эльфы ясно давали понять — их защита тоже имеет свою цену.
«Сейчас меня интересует вопрос, что собирается делать полу-они?»
«Моя семья хочет отстраивать ресторан» — Томми оставил сверток на столе, дожидаясь результата беседы. — «У нас хорошая репутация в Окленде, так что мы можем остаться на прежнем месте».
Он использовал «хочет», обозначая желание, а не определенный план, так как врать эльфам было опасно. Однако, он не был уверен, что эльфы одобряли его более выгодные, но нелегальные занятия.
«Мы надеемся получить доступ к Земле до зимы. Я поговорил с Директором Мейнардом, Земное Межмерное Агентство поможет тебе попасть на Землю, если ты этого хочешь. Через ЗМА Европейский Союз запустил широкомасштабные программы помощи людям, потерявшим дом из-за перемещения Питтсбурга на Эльфдом. Эти программы могут включать и полу-они».
Томми мотнул головой, продолжая сдерживать вспышку гнева. Помни о секаша. — «Переселение на Землю может серьезно навредить моему народу. Мы ни черта не знаем о Земле. Они — единственные, кто знает нас там. Я достаточно знаю историю Земли, и уверен, что ЕС может обдурить нас, «переселив» во всеми забытую дыру».
«Понимаю».
«Для нас нет золотой земли обетованной. Пусть другие гонятся за этим бредом. Здесь мы знаем, на что надеяться».
«Хорошо. Здесь вы и останетесь».
Из уст Ветроволка это прозвучало зловеще.
«Мы закончили?» — спросил Томми.
«У нас, эльфов, есть свои жестокие хозяева, Клан Кожи, против которого мы восстали. Мы знаем, что из плохого может получиться хорошее, поэтому мы и позволяем полу-они жить, но при определенных условиях».
Приехали, подумал Томми. — «И при каких же?»
«Все полу-они должны открыться нам, чтобы мы могли отсеять их от Они. Мы до сих пор находимся в процессе истребления Они в нашем мире. ЗМА убеждают нас арестовывать их и пересылать на Землю. Что бы мы не решили, полу-они будут спасены, только если сами откроются нам».