Чтение онлайн

Где-то невдалеке послышалось тяжёлое пыхтение.

– Вот неугомонные, – сказала девушка, – никак не отстанут. Ладно, побежали, нам ещё километра три надо преодолеть.

Они снова рванули в сторону замка банкира. Если бы у них было время задуматься, они бы поразмыслили над тем, зачем туда бегут: попасть внутрь у них вряд ли получится, даже несмотря на всю известность Шарлин.

Вокруг вовсю буйствовала загородная жизнь. Лесополосы сменялись полями с душистой травой и цветами. Маленькие извилистые речушки прорезали ландшафт зеркальной чистотой. Птички щебетали о чём-то своём, и лишь изредка с удивлением поглядывали на странных людей, двое из которых бежали впереди, а двое чуть поодаль. Было видно, что и те, и другие устали, но почему-то не могли остановиться.

К замку не вело ни одной дороги. Это было и понятно, все гости банкира и он сам добирались туда на электролётах. Так же в замок доставляли продукты и всё необходимое. От городка к замку вилась еле заметная тропа, протоптанная слугами барона Зигмунда, у которых не было денег ни на электромобиль, ни на электролёт. По ней-то сейчас и убегали от полиции литератор и актриса.

Вдруг Шарлин оступилась: её нога попала в неприметную выбоину на тропе. Нога подвернулась, и девушка со стоном боли рухнула наземь.

– Да, чтоб тебя! – выругалась она и попыталась подняться, но боль, пронзившая ногу, не позволила этого сделать.

– Руку давай! – крикнул Эдгар, подбегая к ней. Он, вероятно, забыл, как она отреагировала на его прикосновение в прошлый раз.

Но сейчас она подала ему руку, а затем и перенесла на него тяжесть тела с подвёрнутой ноги.

– Придётся тебе немного поносить меня на руках, – усмехнулась она, – ну, или на руке, так точнее, – и тут же скривилась от боли, случайно наступив всей тяжестью на пострадавшую ногу.

– Два инвалида, убегающие от полиции – то ещё зрелище, – сказал на это писатель.

Их преимущество, с таким трудом отвоёванное у двух молодых парней в форме, таяло на глазах. Полицейские давно уже не совершали подобных марш-бросков, но всё же находились не в самой плохой своей форме. Уставшие и запыхавшиеся, они получили второе дыхание, когда увидели вдалеке две фигуры подпирающие друг друга.

– Смотри, – выдохнул один из них, – мы догоняем, сейчас закончится наша пробежка.

– Ага, – ответил другой, – мы их что, дубинками заставим нам подчиниться?

– А хоть бы и дубинками.

После исчезновения электричества у полицейских остались лишь дубинки, да кривые, плохо заточенные доисторические ножи из закромов участка.

– По-моему так мы всё-таки далеко не убежим, – заметил литератор.

– Полностью согласна, – беглецы остановились и стали озираться в поисках того, на что бы можно было сесть.

– Что скажем представителям закона?

– Я скажу, что сейчас моя подвёрнутая нога немного придёт в себя, и мы продолжим наши олимпийские соревнования, – тут они увидели большое бревно, и плюхнулись на него.

– Склонен подозревать, что они вряд ли воодушевятся твоим предложением.

Увидев, что преследуемые сели отдохнуть, полицейские тоже замедлили скорость, и пошли пешком. Пробежка от города далась им нелегко.

– Вы задержаны, – сказал один из них, подходя к сидящем на бревне мужчине и женщине, – за неповиновение властям и попытку бегства.

– Мальчик, – сказала на это Шарлин, – ты нас, вероятно, с кем-то перепутал.

– Я не «мальчик», гражданочка, – заметил на это полицейский, – а…

– А что, девочка что ли? – усмехнулась актриса.

Полицейский побагровел и перевёл взгляд на сослуживца.

– Проследуйте за нами в участок, – поддержал тот своего коллегу, – там мы во всём и разберёмся. И без глупостей!

– Я не понимаю, – сказал на это писатель, – почему я должен идти с вами. У меня всё в порядке с документами, и я полноправный гражданин царства Неукоснительной Добродетели.

– Вы подозреваетесь в нарушении закона, – ответил полицейский.

– Да какого закона-то? – вскипела Шарлин.

– Проследуем в участок, там вам будет предъявлено обвинение.

– Мальчики, вы вообще правовой кодекс читали? Сначала вы должны предъявить обвинение, а затем уже задерживать!

– Мы можем задерживать любого, на основании подозрений.

– И какие же у вас подозрения в отношении нас?

– Вы сбежали с места… с места… задержания.

– А там вы нас за что собирались задержать?

– За неповиновение.

– Вы чего? Повиноваться вы хотели заставить бандитов. А мы – потерпевшие.

– Гражданочка, – было видно, что полицейские нервничают, потому что не могут найти нужных слов, несмотря на все зубрёжки, пройденные при обучении, – мы обязательно во всём разберёмся, но не тут, а в участке. Если вы потерпевшие, значит, должны написать заявление.

– Обязательно! – Шарлин даже привстала, и полицейские схватились за дубинки. Однако женщина просто хотела проверить ногу: боли не было; слабо ныли растянутые при подвороте мышцы. – Но лишь тогда, когда сочтём это необходимым, а сейчас, у нас есть свои дела, и мы хотели бы приступить к ним.

– Но мы не можем позволить вам уйти! – чуть не вскричал полицейский.

– Тогда будьте любезны, разъяснить нам, за что вы собираетесь нас задержать.

– Мы же уже объяснили, – смешался молодой парень

– Пока мы ничего дельного не услышали, – отрезала Шарлин. – Эдгар, идём к замку.

Они встали и не спеша направились дальше по едва различимой тропе.

– Ну, и что делать будем? – спросил один полицейский другого.

– Уверен, шеф нам головы поотрывает, если мы их не приведём, так что придётся наплевать на законность. – Остановитесь, именем закона! – это уже беглецам.