Чтение онлайн

figure class="banner-right"

var rnd = Math.floor((Math.random * 2) + 1); if (rnd == 1) { (adsbygoogle = window.adsbygoogle []).push({}); document.getElementById("google_ads").style.display="block"; } else { }

figcaption class="cutline" Реклама /figcaption /figure

— И как впечатление?

— В принципе потенциал в Латинской Америке большой — там все производится, но и спекулятивные ожидания в сложившихся условиях там тоже высоки: ребята почувствовали «золотую жилу». Поэтому процесс поиска партнеров будет долгий, пока с ними сторгуешься… Ну и с логистикой намного сложнее, с аккредитациями и так далее. Но это все рабочие моменты. Поэтому с организационной точки зрения мы усилили свой коммерческий отдел, запретили им пока в отпуска уходить — были слезы, недовольство, но куда деваться.

— Цены при этом в магазинах выросли. Почему?

— Цены растут по двум причинам. Есть спекулятивный рост, с чем можно бороться. Его сразу видно, если поставщик приносит тебе накладную с ценой на 70 процентов выше. Это мы сразу отметаем. Есть рост цен объективный, когда ты видишь, что у поставщика изменилась территория бизнеса, логистика, изменился курс рубля и тому подобное. Но такой объективный рост был процентов на 7–10 максимум.

— Но вот, например, окорок «Тамбовский» до санкций стоил у вас 1200 рублей за килограмм, что само по себе уже немало, а после резко возрос в цене до 2400.

— Я не готов сказать конкретно про «Тамбовский» окорок. У меня большое подозрение, что его производители работали на импортной свинине, которая дешевле нашей. А теперь перешли на отечественную. А наши продукты дороже импортных в силу существующей у нас системы организации сельского хозяйства. Резкого, спекулятивного роста цен, когда поставщики никак не могут его обосновать, мы, как правило, не допускаем. Даже уже Росстат признал, что продуктовая инфляция в этом году будет процентов 12 минимум. Это в среднем, а по импортной продукции рост цен будет еще выше.

— Планируете ли вы расширять работу с российскими производителями продовольствия? Есть мнение, что и рознице, и рестораторам сейчас надо активнее работать с местными производителями, это станет стимулом для подъема нашего сельского хозяйства. Тем более что «Азбука вкуса» уже не первый год продает фермерские продукты. Есть у вас оптимизм по этому поводу?

— Оптимизма нет. Да, мы уже три-четыре года работаем с фермерами. И, на мой взгляд, этот потенциал мы уже почти исчерпали. То есть те, кто хотел работать в принципе в сельском хозяйстве и мог работать с нами с точки зрения стабильности качества, объемов поставок и всего остального, они с нами уже работают. Мы не давали никогда денег фермерам, мы давали технологию. Например, если это птица, мы давали технологию убоя, хранения, упаковки, чтобы подготовить продукт для продажи не в опте, а именно в супермаркете. При этом при сохранении нужного нам качества мы гарантируем выборку всего объема производства по фиксированной цене, что взаимовыгодно. То есть фермер все равно продает нам дороже, чем он продавал бы какому-нибудь перекупщику. А мы получаем действительно качественный товар, наш департамент качества с определенной регулярностью контролирует все процессы производства.

— А почему исчерпано это направление?

— Потому что людей, готовых что-то производить качественно и смотреть вперед, а не просто собрать два «КамАЗа» картошки, сдать ее, получить пачку наличных и все, к сожалению, в нашем сельском хозяйстве очень мало. Дело именно в людях. У меня такое ощущение, что за время советской власти крестьянский генофонд пострадал очень сильно. К тому же никаких действенных специальных программ государственной поддержки фермеров тоже нет. В сельском хозяйстве работают либо крупные компании, которые создают большой бизнес, либо просто энтузиасты, которые во что-то верят. В большинстве случаев после принятия санкций наши агропроизводители начали потирать руки: вот теперь вы никуда не денетесь и будете как миленькие покупать наши продукты, от которых раньше отказывались. Но мы не будем.

— То есть фермеры не хотят работать над качеством?

— У меня ощущение, что они вообще работать не хотят. А уж качество — это такая вишенка на торт. У нас в стране есть хорошее, качественное производство мяса, молочных изделий, но это далеко не массовое сельское хозяйство. И выйти на какие-то серьезные объемы пока сложно.

— А наши крупные производители не могут быть вашими партнерами?

— Зачастую эти компании раз в десять больше нас и мы не представляем для них интереса. Им интересно эшелонами отправлять продукт, а мы все-таки очень точечно работаем. А вообще, если в целом посмотреть, у нас до санкций процентов 30 было отечественного продукта, а сейчас побольше будет, конечно. Я имею в виду овощи, фрукты. Что касается молочных продуктов, то отечественный продукт занимает у нас до 80 процентов в ассортименте, эта отрасль — одна из лучших в нашем агропроме, в нее много иностранных денег было инвестировано. И действительно есть много качественной молочной продукции отечественного производства.

— Все-таки насколько важна эта связка розница—производитель, ресторан—производитель для развития фермерского дела? Есть ли у производителей собственная мотивация для выхода на новый технологический уровень?

— Тут вопрос даже не в технологиях, а в том, чтобы пройти все круги ада для сертификации продукции, для налаживания логистики и так далее. Если фермеру эту помощь не оказать, он этого не будет делать. Фермер не может развозить продукцию в сто магазинов — ему надо целый автопарк автомобилей для этого иметь. Ему надо прикладывать усилия, чтобы попасть на полку в магазине. Мы или другие сети в партнерстве с ними все это берем на себя. А ему легче продать свою продукцию перекупщику.

— Фермеры, которые готовы работать, к вам сами обращаются?

— Пока, последние три года, мы сами ходим и ищем. У нас есть целая поисковая группа, которая прочесывает все поселки в области и в соседних областях в поисках чего-то приличного, а не наоборот.

— В последнее время стало модным покупать фермерскую, здоровую еду. Эта тенденция развивается или уже затухает?

— Мне кажется, она еще только на взлете. Это уже не просто мода, люди начинают в этом разбираться.

— А не пора ли уже ценам на фермерскую продукцию начать немного снижаться? Все-таки многие компании этим занимаются.

— Сейчас очень трудно что-то сказать про какие-то отдельные сегменты, цены меняются везде. В любом случае фермерская продукция всегда была дороже обычной. И на Западе то же самое происходит.

Кризис как стимул для роста

— «Азбука вкуса» — это сеть магазинов для обеспеченных людей?

— Раньше мы позиционировали себя как «премиальная розница», но потом мы от этого отказались, сейчас мы говорим, что мы — розница качественная. То есть у нас высокий уровень контроля качества, качественный сервис, качественное торговое оборудование — дороже, чем у кого бы то ни было. При этом у нас есть в наличии премиальная линейка товаров и товары собственного производства, собственный импорт, что позволяет нам выделяться на рынке и привлекать качественную аудиторию покупателей.

— Тем не менее наличие высококачественного уникального продукта позволяет держать и более высокие цены, что ограничивает покупательскую аудиторию.