Чтение онлайн

Впервые за много лет «Газпром» смог отказаться от посредников в своих взаимоотношениях с производителями стальных труб. Революционные изменения стали возможны благодаря напору Федеральной антимонопольной службы.

Только для своих

«Газпром» ведет активное строительство газопроводов как в России, так и за ее пределами и является одним из крупнейших потребителей металлопродукции в стране. Ежегодно, к примеру, ему требуется более 1,5 млн тонн ТБД на сумму более чем 100 млрд рублей. Поставка естественному монополисту труб самого большого диаметра (1420 мм) — наиболее желанный контракт для металлургических компаний. Здесь более высокая добавленная стоимость. В России производство таких труб контролируют «Северсталь», Объединенная металлургическая компания (ОМК), Трубная металлургическая компания (ТМК) и Группа ЧТПЗ. В свое время производство ТБД для «Газпрома» стало одним из наиболее успешных проектов импортозамещения в России. Еще десять-пятнадцать лет назад на внутреннем рынке таких труб не делали, и в качестве поставщиков газовой промышленности активно выступали украинские, японские и европейские трубники. Теперь эти мощности в стране есть, но после их отладки трубники так и не смогли полноценно насладиться своим партнерством с газовой монополией. Между «Газпромом» и трубными заводами тут же выстроилась цепочка компаний-посредников, которые раз за разом смогли почему-то побеждать в газпромовских тендерах, а металлурги — нет.

Появление посредников сторонние эксперты обычно объясняли коррупцией внутри «Газпрома» и большими связями трейдерских структур. Кроме того, существовал и объективный фактор — закупочная политика «Газпрома». Газовый гигант настаивал на оплате с отсрочкой и часто формировал слишком крупные лоты, выиграть которые, а также изготовить и поставить трубы точно в срок для отдельной трубной компании было бы чересчур затруднительно. Так, в середине 2012 года трейдерская компания СЕТП выиграла колоссальный тендер на поставку сразу 487 тыс. тонн ТБД на сумму 42,8 млрд рублей. Между тем среднемесячный объем производства ТБД на Выксунском металлургическом заводе и предприятиях ТМК может достигать лишь 110 тыс. тонн, а на Ижорском трубном и Челябинском трубопрокатном — примерно по 50 тыс. тонн. Значит, для отдельной трубной компании предпочтительны лоты в пределах 90–150 тыс. тонн ТБД с поставкой в течение нескольких следующих месяцев, в противном случае возможны авралы, просрочки, штрафные санкции и прочие неприятности, вплоть до разрыва контракта.

Первый крупный трейдер-посредник — компания СЕТП появилась в 2005 году. Ее название напрямую отсылает к газопроводу «Северный поток» — его первая очередь возводилась как раз в то время. Основал компанию Иван Шабалов , работавший в металлургической отрасли с конца 1980-х годов. СЕПТ стала координировать поставки труб большого диаметра с только что начавших их производство российских металлургических заводов. Помимо Шабалова по 20% акций СЕПТ приобрели ОМК и ТМК.

Однако уже через пять лет СЕПТ оказалась под контролем известных своими связями в Кремле предпринимателей Аркадия и Бориса Ротенбергов . Они смогли сформировать, по сути, картельную структуру, куда как акционеры вошли также «Северсталь» и Группа ЧТПЗ. В результате ряда сделок часть принадлежащего ОМК и ТМК 40-процентного пакета была перераспределена в пользу Ротенбергов и новых акционеров-трубников. Братья Ротенберги стали бенефициарами 76,2% акций СЕТП, а каждый из четырех российских производителей ТБД стал контролировать по 5,95% акций.

И на вас найдется ФАС

В итоге СЕТП стали доставаться практически все крупные (от 100 тыс. тонн труб и больше) лоты «Газпрома». На рынке поставок ТБД газовой монополии она стала занимать более 70% (а в отдельные годы, по данным ФАС, и все 90%). Остальные 30% делили между собой другие посредники, в том числе Трубные инновационные технологии, созданная Иваном Шабаловым после сдачи своих позиций в СЕТП. При этом такие мелкие трейдеры, как ТД «Трубопровод» или ТД «Трубная продукция», по некоторым данным, также считались структурами, аффилированными с Шабаловым. Фактически это означало почти полную монополизацию рынка двумя посредниками-поставщиками.

Сложившейся ситуацией почти сразу заинтересовалась Федеральная антимонопольная служба. Противостояние ФАС с одной стороны и трубников с трейдерами с другой началось в 2011 году. Сначала антимонопольщики начали расследование в отношении трубников, подозревая их в координации своих действий и ценовом сговоре при поставках труб большого диаметра «Газпрому», но по итогам расследования претензии к производителям труб были сняты.

В 2012 году подошла очередь крупнейшего посредника — СЕТП. В офисах компании Ротенбергов были проведены обыски и выемка документов. А в марте этого года ФАС обратилась непосредственно к «Газпрому» и рекомендовала ему отказаться от услуг трейдеров и закупать ТБД напрямую у металлургов.

Ситуация, когда тендеры выигрывают исключительно трейдеры, подчеркнула ФАС, обусловлена в том числе характером конкурсной политики «Газпрома». Газовый монополист, как уже было сказано, размещал слишком большие лоты, неподъемные для отдельных трубных компаний.

В апреле этого года ФАС возбудила также дело против «Газпрома» и СЕТП за ограничение конкуренции. Его рассмотрение должно состояться уже этим летом. Одним словом, результаты тендера от 10 июня 2013 года — результат выдвинутых ФАС рекомендаций.

Дальнейшее развитие ситуации будет напрямую зависеть от действий ФАС. Если антимонопольщики прекратят расследование в отношении «Газпрома» и СЕТП, то все три стороны: «Газпром», трубники и трейдеры — могут вернуться к старой схеме взаимодействия между собой. Если же этого не случится, то структуры Ротенбергов, скорее всего, потеряют изрядную долю доходов и в лучшем случае смогут оставить за собой небольшой сегмент рынка поставок труб «Газпрому».

График

Крупнейшие компании-трейдеры трубной продукции за несколько лет нарастили обороты до нескольких миллиардов долларов

Наталья Литвинова

Впервые агропромышленная компания в России получила инвестиционный кредит сроком на пятнадцать лет. Шансы получить кредит на такой длинный срок сегодня имеют лишь лидеры рынка

Производственный цикл разведения мясного скота — самый длинный в сельском хозяйстве

Фото: ИТАР-ТАСС

В начале июня крупнейший агропромышленный холдинг «Мираторг» заключил договор со Sberbank-CIB на получение кредита сроком на пятнадцать лет на развитие производства крупного рогатого скота (КРС). Это уникальное событие: столь длительный срок финансирования банками аграрных проектов в новейшей истории российского сельского хозяйства зафиксирован впервые. Сделка стала возможной благодаря Постановлению правительства № 1460, принятому в конце 2012 года, согласно которому организациям, занимающимся мясным скотоводством в сегменте КРС, продлили срок субсидирования процентов по кредитам до пятнадцати лет (ранее было восемь с возможностью пролонгации еще на три года).