Чтение онлайн

Основным способом борьбы с офшорами Германия и Франция избрали путь обмена налоговой информацией.

В октябре 2010 года министры внутренних дел и юстиции стран Евросоюза приняли решение о создании Eurofisc — общеевропейской системы по борьбе с уклонением от уплаты налогов. Члены ЕС будут своевременно получать данные о появлении новых схем уклонения от уплаты налогов, то есть главное в новой структуре — информационный обмен.

В США официальный старт борьбе с офшорами был дан в 2008 году после публикации доклада «Международное налогообложение крупных корпораций США и федеральных подрядчиков». В докладе говорится, что 83 из 100 крупнейших корпораций США имеют «дочек» в офшорах, у некоторых число таких «дочек» доходит до 400. Кроме того, отмечается в докладе, с офшорами практически невозможно бороться, поскольку в американском законодательстве нет четких характеристик налоговой гавани.

Ведет личную борьбу с офшорами и действующий президент страны Барак Обама . Несколько лет назад он выступил одним из соавторов законопроекта о борьбе со злоупотреблениями налоговыми гаванями. Стало знаменитым высказывание Обамы об офисе юридической фирмы Ugland House на Каймановых островах, в котором зарегистрировано более 18 тыс. компаний: «Либо это самое большое здание в мире, либо величайшая в истории налоговая афера».

Каймановы острова, офис юридической фирмы Ugland House. Здесь находится 18 тыс. компаний

Каймановы острова, офис юридической фирмы Ugland House. Здесь находится 18 тыс. компаний

В ответ, правда, представитель островов обратил внимание на офис, находящийся в штате Делавэр (во внутреннем американском офшоре), в котором числится 285 тыс. компаний, в том числе «дочки» Google, General Motors, Coca-Cola и Deutsche Bank.

Но США еще не самая «офшоризированная» страна в мире. Например, из 100 крупнейших компаний Великобритании только две не имеют офшорных «дочек». А в России кроме «дочек» в офшорах находятся и материнские компании, владеющие местными активами. То есть речь идет не только об экономии на налогах, но и о выводе активов в зарубежную юрисдикцию.

Давить на прозрачность

В 2011 году увидела свет книга Николаса Шексона «Острова сокровищ: налоговые гавани и люди, которые обокрали мир». Автор достаточно подробно рассмотрел в ней историю офшоров и их роль в мировой экономике.

Первое подобие офшоров появилось несколько веков назад в Великобритании. Да и сам лондонский Сити на протяжении многих столетий оставался офшором — зарегистрированные там банки пользовались налоговыми льготами. Однако золотое время офшоров наступило в середине XX века. Сначала это были британские колонии, которые находились в юрисдикции империи и могли давать налоговые льготы компаниям, открывающим там представительство. Очередной стимул офшоры получили в 1963 году, когда появились еврооблигации. Эти вновь изобретенные инструменты представляли собой облигации на предъявителя, то есть были анонимными, и выпускались в офшорах. Банк, штаб-квартира которого находилось в Лондоне, эмитировал их в амстердамском аэропорту Схипхол, уклоняясь от британского гербового сбора, а выплаты по купонам производились, например, в Люксембурге, чтобы избежать британских подоходных налогов.

Казалось бы, именно тогда можно было остановить зарождающийся бум офшорных схем, но политики и регуляторы решили закрыть на это глаза. «Какое бы сильное отвращение ни вызывал у нас спекулятивный капитал, мы не можем… отказываться принимать эти деньги», — говорится в одном из писем Центрального банка Великобритании того периода.

Офшоры работают в интересах американских и английских банкиров и бизнесменов до сих пор. Сейчас только в британской юрисдикции 12 офшоров. У США есть «внутренние» офшоры (Делавэр, Вайоминг) и островные.

В целом же мир покрывает плотная сеть небольших государств, которые специализируются на оказании финансовых услуг. Большинство из них стали офшорами не от хорошей жизни: такие территории, как правило, находятся на периферии, не имеют ни финансовых, ни производственных, ни людских ресурсов. Оказавшимся в таких условиях государствам, чтобы стать офшорами, нужно выполнять три правила: максимально снизить налоги, обеспечить неприкосновенность собственности и стараться хранить банковскую тайну, не вмешиваясь в дела банкиров. Например, до 1990-х годов Ирландия была одной из беднейших стран Евросоюза. Страна снизила налоговые ставки для компаний. В итоге американские высокотехнологические корпорации из IT-сектора и фарминдустрии облюбовали Ирландию и использовали ее юрисдикцию как трамплин для дальнейшего движения на европейские рынки. К 2000-м в Ирландии наблюдался высокотехнологический бум, а сама страна стала одной из богатейших в Евросоюзе.

Пользу от офшоров научились извлекать также Япония и Китай. Согласно докладу Центра ситуационного анализа (ЦСА) Российской академии наук, японцы при этом видят в офшорах не средство минимизации налогов, а плацдарм для обслуживания зарубежной сети и иностранных клиентов, выпуска ценных бумаг, покупки активов, слияний и поглощений, валютных операций за границей. К оттоку капитала через офшоры в Японии относятся как к аспекту глобализации. Законы Японии не ограничивают отток капитала из страны в офшорные юрисдикции, но ограничивают приток оттуда.

Подобное отношение к офшорам и у китайцев: офшоры используют как китайские компании, так и государство для своих внешних инвестиций. Но при этом вывести деньги из китайской экономики относительно сложно. Китай ведет контроль за валютными операциями, и пока либерализации на этом фронте не ожидается. К тому же Китай имеет более 120 соглашений об обмене налоговой информацией, в том числе с основными офшорными территориями. Это позволяет достаточно успешно выявлять схемы уклонения от налогов.

Опыт китайцев здесь не уникален. Ведущие мировые экономики уже давно заставили офшоры раскрыться. В 2009 году Организация экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) создала три списка налоговых юрисдикций: «черный», «серый» и «белый», в зависимости от прозрачности. Однако черный список быстро опустел. Офшоры начали активно подписывать двусторонние соглашения со странами-«донорами» об обмене налоговой информацией. Сейчас офшоры сосредоточены в «сером» списке ОЭСР — на текущий момент это около 40 государств, и они все больше «обеляются». Из последних новостей: Каймановы острова собираются раскрыть имена всех управляющих и номинальных директоров. «Почти во всем мире сейчас идет давление на институт номинальных директоров и бенефициаров, — рассказывает председатель совета директоров АКГ “Градиент Альфа” Павел Гагарин . — Так, США используют административные методы, постоянно ужесточая требования к банкам в отношении открытия счетов офшорных компаний, ужесточая контроль за подозрительными операциями таких компаний. Сюда же можно отнести и деятельность международной комиссии ФАТФ по борьбе с отмыванием денег». По словам Гагарина, пока вне этой тенденции только небольшая группа офшорных юрисдикций Карибского бассейна: Ямайка, Пуэрто-Рико, Барбадос, Доминикана, Сен-Китс и Невис и т. д.

Лишились целого ВВП

Помимо ОЭСР свою борьбу с офшорами ведут и независимые организации и эксперты. Например, британская организация Tax Justice Network в 2012 году опубликовала большую работу о роли ведущих мировых банков и «большой четверки» аудиторов (PricewaterhouseCoopers, Deloitte, Ernst & Young, KPMG) в офшоризации планеты. На Западе доклад наделал много шума. Эксперты Tax Justice Network также подсчитали, что за постперестроечное время из России было выведено — большей частью в офшоры — активов на 800 млрд долларов (для сравнения: ВВП России за 2012 год должен составить 2 трлн долларов — окончательные данные пока не опубликованы). В абсолютных числах больше потерял только Китай. Из него было выведено активов на 1,2 трлн долларов, но за сорок лет.