Чтение онлайн

На модернизацию предприятий ВПК до 2020 года правительство собирается выделить около 3 трлн рублей, а на гособоронзаказ — около 20 трлн рублей. В СССР на эти цели тратилось в сопоставимых ценах примерно столько же, так что при текущем уровне инвестиций в ВПК и разумном управлении ими российское гражданское машиностроение может обрести новые конкурентные возможности. Вполне вероятно, что при таком развитии событий можно будем говорить и о возрождении отечественного станкостроения.

И наконец, еще одна область, важная для активизации инвестиционного процесса. Это инфраструктура, отличная от трубопроводной. Хотя мы постоянно сравниваем современную Россию с Советским Союзом, страна у нас другая, другие потребности и возможности, и транспортные артерии должны им соответствовать. Нам нужны новые автомобильные и железные дороги, воздушные и морские порты. Способность государства решать проблему дефицита инфраструктуры во многом и означает его состоятельность в экономике. Однако до сих пор в этой области нет ни одной крупной реализующейся программы. Единственное достижение — появление частно-государственного партнерства в инвестиционном строительстве в транспорте. Однако, судя по ряду отзывов, в большинстве случаев схемы партнерства не работают, ими недовольны и госбанки, выделяющие средства, и частный бизнес. Первые не видят способа контроля над эффективностью вложений, вторые — гарантий достаточно высокой доходности по схемам, не предполагающим неэффективных вложений.

График

Капитальные вложения в России сейчас находятся на уровне 1978 года, от пиковых показателей СССР мы отстаем всего на половину

Матовников Михаил, генеральный директор «Интерфакс- ЦЭА»

Процентная война, развязанная в борьбе за вкладчика небольшим числом розничных банков, зашла в тупик и привела к дефициту ресурсов весь банковский сектор

Банковская система России в минувшем году показала массу необычных феноменов. Вспомним лишь некоторые.

Уровень депозитных ставок непрерывно повышался, причем в реальном выражении даже у крупнейших банков ставки приблизились к 3% годовых, достигая 5% у более рискованных банков. Такой уровень реальных депозитных ставок по международным меркам является запредельным.

Рост ставок не привел к росту объема привлеченных средств, напротив, к концу года прирост средств на депозитах граждан оказался минимальным (1,7% в третьем квартале 2012 года), зато треть этого небольшого прироста пришлась на небольшую группу банков, специализирующихся на потребительском кредитовании.

Депозиты юридических лиц стали более доходными, чем депозиты физических лиц, хотя традиционно разрыв в доходности в пользу вторых составлял по среднесрочным вкладам 1–2 процентных пункта.

Банковская система второй год живет в условиях низкой ликвидности, а теперь еще и падающей достаточности капитала, что не мешает большинству банков на всех парах развивать розничное кредитование.

Банковское Эльдорадо

Подавляющая часть современных российских банков представляет собой микс розничного и корпоративного бизнеса в различной пропорции. В целом по системе три четверти кредитов составляют кредиты юридическим лицам, а около четверти пассивов формируют вклады физических лиц.

Обычно анализ фокусируется на крупнейших банках, которые в силу самого своего размера часто вынуждены быть примерно такими же, как рынок. Но в текущей ситуации гораздо интереснее посмотреть, что происходит на «полюсах» банковской системы.

В зависимости от соотношения розничного и корпоративного компонентов в активах и пассивах мы выделили девять групп банков (см. таблицу). В частности, мы очертили целый сегмент рынка, гораздо более рентабельный и растущий намного быстрее, нежели госбанки. По всем показателям он представляет собой прямо-таки банковское Эльдорадо, где частные банки чувствуют себя существенно лучше, чем государственные.

Эта группа — специализированные банки розничного кредитования. Мы отнесли к ним банки с долей кредитов физлицам, превышающей 50% активов (соответственно доля розницы в кредитном портфеле у таких банков не менее двух третей). Всего в группу вошло 34 банка, включая «Русский стандарт», «Хоум кредит», «Восточный экспресс», государственный ВТБ24. Для этой группы также характерна высокая зависимость от средств вкладчиков, но есть в ней и банки с иностранным фондированием (например, банки автопроизводителей).

Прочие банки мы разделили на банки с долей розницы меньше среднерыночной (то есть менее четверти кредитов, это примерно равно доле кредитов физлицам в активах до 15%). В эту группу попало 517 банков, то есть почти две трети. Зато многие крупнейшие банки вошли в среднюю группу.

Второе измерение — доля депозитов физлиц в пассивах. Нам были интересны чисто корпоративные банки с долей розничных пассивов до 5% и банки с долей розницы, намного превышающей среднерыночные 25% пассивов, — в качестве порогового значения мы выбрали 50% пассивов, что говорит об очень большой зависимости от вкладов граждан и чисто розничной модели бизнеса.

Где же в этой системе координат наиболее и наименее рентабельные банки?

Если говорить о рентабельности активов, то максимальную рентабельность демонстрируют монолайнеры (кредитуют в основном розницу за счет рыночного фондирования и средств нерезидентов), на втором месте оказываются розничные банки, а на третьем — чисто корпоративные.

Если высокая рентабельность банков с высокой долей розничного кредитования ожидаема, то высокая прибыльность чисто корпоративных банков на первый взгляд удивительна: рентабельность активов этой группы оказалась даже чуть выше, чем в промежуточной по доле вкладчиков в пассивах группы между монолайнерами и чисто розничными банками (это небольшая группа из 16 банков, куда входят, в частности, «Русский стандарт», «Связной» и ТКС). Объяснение этому, однако, довольно простое. Чисто корпоративные банки, как правило, очень компактны, не имеют больших филиальных сетей и эффективны по расходам; кроме того, в пассивах у них много расчетных счетов корпоративных клиентов с низкой стоимостью привлечения. Главная проблема этой группы — ограниченные возможности роста в нише корпоративного бизнеса: все клиенты уже разобраны, и за них идет большая конкуренция.

Похожая ситуация и у розничных монолайнеров. Это популярные розничные бизнес-модели начала 2000-х, когда считалось, что можно собрать деньги с финансового рынка. Кризис 2008–2009 годов поставил эти банки под удар. Нерезиденты деньги давать перестали, а внутренний облигационный рынок начал предъявлять зашкаливающие требования по доходности. Поэтому банки в этом сегменте стремительно перепозиционируются в другие ниши: например, «Русский стандарт» и ТКС начали собирать вклады, уверенно продвигаясь в сторону модели чисто розничных банков.

Минимальная рентабельность, конечно, у «пылесосов». Очень сложно много заработать, привлекая дорогие вклады и кредитуя корпоративных клиентов (даже если те все сплошь девелоперы). В этой группе можно было бы ожидать и еще худшей рентабельности, но именно высокая доходность кредитного портфеля в стабильной ситуации помогает им поддерживать прибыльность.

Любопытно, что рентабельность активов центральной группы существенно ниже, чем у корпоративных и у розничных банков, хотя, казалось бы, эти банки должны совмещать преимущества обеих групп. Похоже, в этой группе значительная часть дешевых корпоративных кредитов фондируется дорогими вкладами.