Чтение онлайн

Жаклин скороговоркой говорила не связный текст. Лилит улыбалась, глядя на ее панику, Левиафан мечтал засунуть что-нибудь себе в уши, лишь бы только не слышать эти бессмысленные вопли.

– Жаклин, успокойся! Марк приедет только через два часа, а ты уже при полном параде, у тебя все готово, ты прекрасно выглядишь. Все будет хорошо! Ты не упадешь, кольцо наденешь, он скажет «да»! – Лилит как могла, пыталась успокоить невесту, думая, что у нее это совсем не получается, и она не знала, что еще ей сказать.

Жаклин повернулась к ним со слезами на глазах. Слава Богу, что слезы были от радости.

– Спасибо тебе Лилит, за то, что ты рядом со мной в этот важный час для меня! Я так рада этому! Левиафан, тебе спасибо, за то, что позволил мне готовиться к свадьбе в твоем доме! И за то, что разрешил наш конфликт! – Жаклин не выдержала и зарыдала.

Лилит тут же кинулась к ней, пытаясь успокоить, чтобы не испортился макияж. Левиафан угрюмо грохнулся в кресло, периодически поднимая глаза к потолку.

«Ну, зачем все веселье омрачнять слезами? Женщины! Почему вы постоянно плачете? Когда вам больно и когда вы радуетесь? Это же совершенно разные чувства, а вы, со своими слезами, все смешиваете в одну кучу!»

– Пойду, принесу чего-нибудь выпить – сказал он и вышел из комнаты.

Поначалу ему было весело смотреть на паникующую Жаклин, но теперь, ему начала надоедать эта картина, поэтому он решил посидеть на кухне.

«Свадьба! Ну и что тут такого? Зачем надо психовать и заводить людей вокруг себя? Надо просто радоваться, что нашелся дурак, который решил связать свою жизнь с ее. Я бы никогда не сделал предложение такой девушке, как Жаклин, особенно зная, что она совсем не постоянна в любви. Лилит тем более. Если с ней идти расписываться – это все равно, что подписать себе смертный приговор. Судя по моим размышлениям, я, наверное, вообще ни одной девушке не стал бы делать предложение. Это же каким надо быть дураком, чтобы самого себя ограничивать от всего прикольного с помощью женщины? Я слишком люблю свободу, а любая особь женского пола, после появления штампа в паспорте, первым делом пытается отобрать именно ее, а потом уже все остальное, включая нервную систему», Левиафан злорадствовал, сидя на кухне и допивая бокал шампанского.

– Ладно, надо возвращаться в этот женский дурдом, – улыбаясь, он медленно шел к комнате.

– Вот дамы! – он поставил два фужера перед невестой и ее подружкой.

Часы в гостиной пробили ровно двенадцать утра. Марк должен был быть у дома Левиафана с минуту на минуту. Жаклин носилась по всему первому этажу, как будто у нее пропеллер был в одном месте, а вместо языка – помело, потому что она без конца тараторила.

Вампир молча сидел на диване со стаканом в руке и старательно пел какую-то песенку в голове, лишь бы только не слушать вопли невесты.

Лилит просто с улыбкой наблюдала за бегающей Жаклин и, каждые полминуты, говорила ей слово «успокойся», которое не имело никакого эффекта.

Стрелки часов показали половину первого. Левиафан уже думал, что если Марк не появится в течение ближайших десяти минут, то он убьет Жаклин, а заодно и спасет Марка от семейной жизни. Невеста нервничала с каждой секундой все больше и больше.

– Я теперь понимаю, почему она хотела именно тебя видеть в роли свидетельницы! – шепнул на ухо Лилит Левиафан.

– Почему?

– Потому, что ее не выдержит ни одна другая девушка! – вампир нервно посмотрел на Лилит.

– Жаклин, мне кажется, ты уже побила мировой рекорд по забегу на длинные дистанции. Ты только в моем доме намотала километров двести! – глумился он, глядя то на невесту, то на Лилит.

Внезапно гостиную наполнило звучание мобильного телефона. Играла мелодия из какого-то фильма. Девушки молча стояли и смотрели на телефон, лежащий на столе.

– Ну, чего стоите-то? Это не мой телефон! – прикрикнул на них Левиафан.

– Ой, точно, это мой! – наконец, сообразила Жаклин и подбежала к столу.

– Да? – пропищала она счастливым голосом, готовясь принимать поздравления со свадьбой.

Лицо вампира медленно мрачнело, услышав то, что говорил женский голос в трубке, он быстро вскочил, подлетел к Жаклин, которая уже падала в обморок, и поймал ее.

– В чем дело? – лихорадочно потребовала объяснений Лилит, – ты слышал, что случилось?

– Эээ…. Ну как бы тебе сказать…помягче…

– Да говори уже как-нибудь! – крикнула она.

– Окей. Марк погиб!

– Что? – Лилит вытаращила удивленные глаза на Левиафана, в надежде, что слух его подвел. – Как?

– Я так понял, что ей звонили то ли из морга, то ли из скорой. Короче, он ехал вместе с другом на машине, ему казалось, что они опаздывают. Марк попросил друга ехать быстрее, ну тот и поехал. На одном из светофоров загорелся красный цвет, но они решили, что успеют проскочить…Успели: один в морг, второй в реанимацию в тяжелом состоянии. Женщина сказала, что Марк вылетел через лобовое стекло и влетел во что-то мощное, так, что половина мозгов на асфальте осталась. Еще она сказала, что надо кому-нибудь приехать в морг на опознание тела, а потом Жаклин отключилась! – Левиафан рассказал мини-историю о смерти Марка.

– Как… – внезапно на полу зарыдала Жаклин, – как, это могло случиться? Лилит, почему это случилось?

– Не знаю, милая, не знаю…– Она села на пол и погладила ее по голове.

Лилит никогда еще не видела, чтобы люди так плакали. Жалобные хрипы, самые настоящие, вырывались из ее рта. Руки чуть ли не выдирали волосы из головы, а ногти царапали кожу на лице. Она была в таком отчаяние, которое душило ее слезами. Если бы в руках у Жаклин был пистолет, она, не задумываясь, выстрелила бы себе в голову. Боль потери, которою она испытывала, была просто невозможной, а от звуков, которые вырывались из нее, Лилит чуть ли не с ума сходила, боясь за душевное состояние подруги.

– Левиафан, отнеси ее в комнату, на кровать, – тихо прошептала Лилит, оцепеневшему вампиру.

Он поднял ее на руки и понес в спальню. Лилит быстро сбегала за водой и пошла за ними.

– Нет,– прохрипела Жаклин, – просто убейте меня! Я не хочу жить с такими воспоминаниями!

– Жаклин, прекрати говорить так! – строго сказала Лилит, идя сзади нее.

Левиафан зашел в комнату и положил полуживую невесту на кровать.

– Может правда убить ее? – предложил он с воодушевлением в глазах.