Чтение онлайн

– Здесь даже зверья не попадается, – словно прочитав мои мысли, сказал Кондратьев. Он прищурился и обвел взглядом площадь. – Ни разу не видел. Даже сурков и змей.

– Не люблю змей.

– Их никто не любит, – равнодушно кивнул он.

Я глянул на место раскопок. На первый взгляд ничего необычного. Стандартная археологическая разметка, отвалы земли и несколько покосившихся флажков.

– Надеюсь, – кивнул я на участок, – ты меня позвал не черепки рассматривать?

– Нет. Как ты себя чувствуешь?

– Как тебе сказать…

– Можешь не отвечать, – усмехнулся Михаил. – Я и так вижу. Муторно, да?

– Есть немного.

– Пошли. – Он поднялся, закинул автомат на плечо и пошел на другую сторону площади.

Охранники двинулись следом, но послушно замерли, когда Кондратьев приказал оставаться на месте. Замерли, надо сказать, с большим облегчением. Странные дела здесь творятся…

На другой стороне площади я увидел улочку, загроможденную каменными обломками. Преграда Мишку не остановила, и он полез наверх, рискуя оступиться и свернуть себе шею. Я, мысленно чертыхнувшись, последовал за ним…

– Ну и как тебе моя находка? – спросил он, когда мы добрались до вершины.

Признаться, я даже не сразу нашелся с ответом…

Сразу за этим завалом находилось небольшое здание. Одна из его стен была обрушена, открывая нашим взглядам весьма необычную картину – круглый зал, чей пол был выложен мозаикой, а ее рисунок напоминал лимб картушки компаса.

Риски, нанесенные на внешнюю линию окружности, намекали на предназначение этого рисунка, но там, где мы привыкли видеть обозначения сторон света, располагались восемь полусфер разных цветов и размеров, изготовленных из темного стекла или отполированного камня. Кроме них была и центральная – самая маленькая по размеру. Судя по следам на запорошенном песком и пылью полу, Мишка там уже побывал.

– Это что, компас?

– Компас? – переспросил Михаил и покачал головой. – Нет, Сережа, это не компас…

– Вниз будем спускаться?

– Обязательно.

Звуки шагов гулко отдавались от стен, усиливая чувство, что мы здесь чужие. Кондратьев пересек зал и подошел к одной из сфер. Он каким-то образом вытащил ее из гнезда, стер рукой пыль и показал мне. Как оказалось, это не полусфера, а шар, до половины утопленный в гнездо на каменном полу.

– Ничто не напоминает?

– Твою мать…

– Да, – усмехнулся он. – Я, когда это увидел, тоже немного удивился.

– Немного?!

Передо мной был глобус… Самый настоящий глобус. На черной, до зеркального блеска отполированной поверхности были вырезаны очертания материков, причем с поразительной точностью.

– Погоди… – Я оторвался от этой находки и посмотрел на Мишку. – Это же карта нашего мира?

– Ты совершенно прав. Глобус Земли в нашей реальности. Самое интересное, что на нем есть несколько точек, но что они означают, – он покачал головой, – мне неизвестно.

– Пытался наложить на карту?

– Да, но это ничего не дало. Как сам понимаешь, слишком большая погрешность, чтобы сказать что-то определенное. Разве что примерный район поисков, да и то… На долю России приходится пять точек.

– Ну и дела…

– Это еще не все. – Кондратьев аккуратно вернул шар на место и подвел меня к другому. Очертания земель, изображенных на этом темно-бордовом камне, были мне неведомы. – Еще один глобус, но – увы, – Мишка развел руками, – неизвестного нам мира.

– Ты проверял?

– Прогнал карту по нашим базам. Этого мира нет в нашем списке.

Я оглянулся по сторонам. Восемь шаров…

– Зришь в корень, приятель, – усмехнулся он. Пусть и слегка кривовато, но усмехнулся.

– Не считая нашего… – пробормотал я. – Семь неизвестных миров?

– Ты совершенно прав. Центральный – как я понимаю, глобус этой Десятки.

– Признаться, даже не знаю что сказать. Голова кругом.

– Сережа, друг… – Мишка дернул щекой и хмуро посмотрел на меня. – Ты головенку-то свою придержи. Это еще не все загадки.

– Чем еще порадуешь? – спросил я и потянулся за сигаретами, но передумал.

– Взгляни сюда.

Он сделал несколько шагов и подошел к окружности, опоясывающей это непонятное сооружение. Опустился на одно колено и провел ладонью по запыленной мозаике. Как я говорил – на ней были нанесены метки. Присмотрелся и увидел, что между центральным кругом и остальной поверхностью пола есть небольшая, едва различимая щель. Самое интересное, что риски, пересекающие эту щель, не совпадали.

– Ты хочешь сказать, что центральная часть пола… – сказал я и замолчал.

– Двигалась по окружности, – закончил Кондратьев. Некоторое время он наблюдал за моим лицом, потом хлопнул по плечу и предложил: – Знаешь, Шатров, пошли отсюда. Мне, признаться, здесь немного не по себе. Поговорим на свежем воздухе.

Мы выбрались наружу и через полчаса оказались в лагере. Вернувшись, засели в палатке Кондратьева. Кто-то из парней принес обед, и некоторое время мы молча стучали ложками, хлебая гороховый суп из концентратов.

Нет, мне приходилось видеть интересные находки, сделанные парнями в иных мирах, но ничего подобного не встречалось. Если честно – даже не знал, что и сказать по этому поводу. Мишка первым опустошил котелок и облизал ложку. Он всегда любил поесть.

– Ну как?

– Ты о чем?

– Как тебе моя находка?

– Понятия не имею. Как понимаю, центральная часть пола представляет собой диск, который может двигаться.

– Он не может… – тихо сказал Кондратьев. – Он движется.

– Что?! – Я чуть не подавился. – Ты уверен?

– Когда нашел зал, я сразу заметил щель в полу. Потом начались помехи в радиосвязи. Причем они были довольно странными. Сначала связь резко пропадала, а потом появлялась, но сопровождалась сильным треском. Мне стало интересно, и я записал эти звуки. На следующий день сделал еще одну запись и сравнил с предыдущей.