Эксфэр
Шрифт:
— Хочешь перенять? — догадалась она.
— Вроде того.
— Как себе это представляешь? — спросил Илья. — Ты в розыске.
— Он помог президенту, — сказала Соня. — Могут и пойти навстречу. Не идиоты же.
— С тобой бы многие поспорили, — усмехнулся Богдан.
Я краем глаза заметил появление чьей-то фигуры и окна и резко встал со стула.
— Флора…
— Рада, что ты справился, — вместо приветствия сказала она.
— Она здесь? — Илья тоже поднялся со своего места, проследил за моим взглядом и повернулся к окну: — Какого чёрта остальные должны выполнять твои прихоти?
— Илья… — попробовала успокоить его Юля, но он не обратил внимания:
— Дай угадаю, прожила несколько тысячелетий, и теперь думаешь, что человеческая жизнь не стоит ничего, верно?
— Илья, это не так, — произнёс я. — Мне надо отлучи…
— Не смей её защищать! — взорвался он. — У этой женщины, кто бы она ни была, нет ни совести, ни сострадания! Ей плевать на каждого сидящего здесь, а в особенности на тебя! Проживёт ещё тысячу лет, и появится новый герой, которому можно запудрить мозги!
— Остынь, юнец, — негромко сказала Флора.
К моему удивлению, все взгляды тут же устремились на неё. Решила показаться? Илья решительно шагнул вперёд, словно готов был её ударить.
— Горе затмило твой разум.
— Даже не смей об этом говорить, — сквозь зубы проговорил он.
— Тебе кажется, что я затеяла какую-то игру, и сердишься от того, что не можешь понять её правил, но истина гораздо проще: будь у меня шанс, я не раздумывая отдала бы жизнь, чтобы остановить Маркуса.
— Ложь.
— Ты слышишь лишь то, что хочешь, и принимаешь лишь то, что удобно тебе.
— «Удобно», — повторил Илья. — И это говорит та, что подвергает риску жизнь подростка.
— Константин сделал выбор — его никто ни к чему не принуждал.
— Не пытайся выглядеть благородной.
— И не думала.
— Ты могла выбрать кого угодно! Для тебя каждый всего лишь расходный материал!
— Я искала равного Маркусу, и нашла его. Лучшей кандидатуры не будет.
Илья нахмурился ещё сильнее, шумно выдохнул носом и покачал головой:
— Ты ведёшь его в могилу.
— Илья, пожалуйста, — тихо сказала Юля, встав рядом с ним. — Давай успокоимся.
Он тяжело оглядел нас, снова покачал головой, но всё же прислушался к просьбе и сел обратно.
— Мы хотим, чтобы вы обсуждали всё при нас, — вдруг сказала Вика, сложив руки на груди. — У нас одна команда, и все друг за друга отвечают.
Флора слабо улыбнулась и встретила мой виноватый взгляд.
— Как скажешь, дитя.
— Зачем они похитили политиков? — озвучила общий вопрос Соня.
— Полагаю, хочет устроить зрелище на потеху всему миру.
— О чём вы?
— О публичном суде и последующей казни — это вполне в его стиле. Он заставит их вспомнить самые грязные и гнилые секреты — им даже не придётся ничего выдумывать.
— Да они под пытками что угодно скажут.
— Порой половина всей правды звучит гораздо страшнее откровенной лжи.
— Если это случится, будут последствия, — сказала Даша.
— Гражданская война? — предположил Богдан.
— Нас ждёт передел всего мира, — произнесла Флора. — Именно поэтому нельзя медлить.
— Почему он не сделал этого раньше?
— Глобализация, — вдруг ответил Илья, уставившись в стену. — У всех появился интернет. Сейчас как никогда легко захватить умы масс.
Флора лишь молча кивнула, а я устало потёр лицо, посмотрел на взволнованную Аню и сказал:
— Мне нужно увидеться с родителями.
Глава 43
Я достал рюкзак и закинул туда сменную одежду. Перебирая в голове возможный диалог с папой и мамой, я не сразу услышал стук.
— Открыто.
Дверь отворилась, и внутрь вошла Аня:
— Вещи собираешь?
— Ага, хочу у родителей переночевать.
Она уселась на кресло за столом и вдруг спросила:
— Ты хорошо общаешься с Олей?
— Конечно, — ответил я, застёгивая замок. — Мы с ней отлично ладим.
— Она только на тебя и смотрит.
— Прости?
— Не делай вид, что не понял.
Я встретил взгляд Ани и коротко усмехнулся:
— Ревнуешь, что ли?
Она закатила глаза, и я сказал:
— Оля ещё ребёнок — ей недавно исполнилось тринадцать.
Аня недоверчиво посмотрела на меня:
— По ней и не скажешь…
— Это всё из-за Сони и Даши, — улыбнулся я. — Теперь по-взрослому каждый день красится. И вообще, она во мне брата видит. Если уж в кого и втюрилась, так только в Богдана.
— В Богдана? А он тут причём?
— И кто из нас прикидывается? — улыбнулся я. — Будто ты его не видела.
— Богдан слишком смазливый.
— Ну конечно.
— Я знаю, о чём говорю, — совершенно серьёзно произнесла Аня и спросила: — Он сам-то про Олю знает?
— Знает, разумеется, но что с того? Делает вид, что не замечает.
Аня улыбнулась, понимающе кивнула, а затем произнесла:
— Ты выглядишь уставшим.
— Есть такое, — признался я. — Чувствую себя дряхлым стариком, словно уже сто лет прожил.
— Это всё твоя симуляция.
— Может быть, — сказал я и, закинув рюкзак на плечо, добавил: — Ну, мне пора.
— Возьмёшь меня с собой?
— Ань…
— Что?
— Ты в розыске.
— И ты тоже. Разве нас кто-то поймает?