Экипаж
Шрифт:
– Тарелка? – охотно продолжил игру Остап.
– Нет, труп, - ответил Моручи, подходя поближе к Михаилу. – Ну вот и первый абориген. Только, боюсь, он нам ничего интересного не расскажет...
Труп выглядел очень нехорошо. Так выглядят мертвецы, давным-давно прошедшие все стадии разложения – голый скелет с едва виднеющимися лоскутьями мышц. И лужа чего-то склизкого под ним – почти такого же вещества, которое столь обильно покрывало стены, только не розового, а бурого.
– Капитан, елы-палы, я, конечно, не судмедэксперт, но тут и дурак скажет, что за несколько дней так не разложишься... – озадаченно почесал в затылке Михаил. – Ты уверен, что заказ на ценителл поступил только на той неделе?
– Да, да, всего девять дней назад, - ответил Соазссь. – С пометкой «свейхс’йочно».
– У тебя все сверхсрочно, - хмыкнул Рудольф. – Даже туалетная бумага, и та сверхсрочно.
– Сколько йаз повтойять, это таки была не туалетная бумага, а к’йийильские ценгду! – начал сердиться суперкарго. – Специальные йитуальные листы для обвейтывания новойожденных личинок! Они очень дойого стоят!
– Да, бумага была хорошая, - кивнул Остап. – Мягкая такая, удобная...
– Между прочим, канонир, тебе три наряда, - спокойно сообщил Моручи.
– За что, капитан?!
– А за то, что ты истратил на себя часть ценного груза, и нас лишили части гонорара.
– Капитан, ты что, это же еще когда было! – возмутился гигант.
– А я в тот раз забыл тебя наказать. Но раз уж ты сам напомнил... Возражения есть?
– Никак нет... – вздохнул алкморег.
– Вот и отлично – по возвращении заступишь на камбуз. Сменишь сержанта, а то он что-то там затосковал... Вообще, даже хорошо, что Дельта сломался – будет, где вас воспитывать... Тихо!
Все насторожились. Отряд вошел в очередную комнату, похожую на химическую лабораторию, и Святослав снова поднял опущенный было бластер. Он сделал несколько бесшумных шагов и резко дернул на себя дверцу металлического шкафа, больше похожего на сейф.
– Ничего и никого... – разочарованно хмыкнул он. – А мне послышалось...
Дверца соседнего шкафа, поменьше, неожиданно распахнулась. Оттуда вылетело нечто, похожее на осьминога... очень уродливого осьминога. Создавалось такое впечатление, как будто кто-то взял полуразложившуюся человеческую голову, густо вымазал ее слизью и еще чем-то крайне неприятным, а потом пришил к шее десяток толстых щупалец.
– Елы-палы! – возопил Ежов, безуспешно пытаясь нашарить в кармане лазерный кастет.
Впрочем, он мог бы и не стараться – после своего триумфального появления тварь прожила ровно три четверти секунды – после этого ее настигла вспышка капитанского бластера. Она отлетела обратно к шкафу и там шмякнулась наземь, похожая уже не на осьминога, а... все равно на осьминога, только мертвого.
– Ежов, что это было? – озадаченно посмотрел на трупик Остап.
– Да я сам чуть штаны не намочил! – сглотнул Михаил. – Елы-палы, что ты меня-то спрашиваешь, я что – рыжий?!
– А йазве нет? – удивился Соазссь. Зрение хуассинов отличается от человеческого, поэтому светло-русые волосы Ежова казались ему ярко-рыжими.
– Так, экипаж, хватит болтать не по делу, - сумрачно посмотрел на них Святослав. – У меня такое ощущение, что это только первая капля из того ведра дерьма, которое над нами висит. Поэтому вот вам мой приказ – отступаем! Очень быстро, но не теряя достоинства.
– Ни за что! – пробасил Остап, беря наперевес «Ручную Смерть».
– Так, канонир, это что такое?! Невыполнение приказа капитана?! Бунт?!!
– Не, капитан, ты не понял! – испугался алкморег. – Це я говорю, что мы достоинство не потеряем! Ни за что!
– А вот это правильно, - одобрительно кивнул Моручи. – А то я уж хотел тебя расстреливать...
Ежов криво усмехнулся капитанской шутке. Однако все остальные сохраняли предельно серьезные лица. И он неожиданно понял, что это вовсе не было шуткой...
– Обыскиваем помещение и уходим, - приказал Святослав. – Суперкарго, лейтенант, займитесь. А ты, канонир, охраняй самое ценное.
– Э-э-э... капитан, а что у нас самое ценное? – задумался Рудольф.
– Да как раз капитан, конечно! – пробасил Остап. – Ценней капитана ничего быть не может!
– Молодец, канонир, снимаю с тебя два наряда, - понравился ответ Святославу.
Ежов и Соазссь синхронно зашарили по шкафам и ящикам. Хотя и с некоторой опаской – никому не хотелось встретиться с товарищем твари, тихо подергивающейся у дальней стены.
– Бинго! – распахнул один из ящиков Соазссь.
– Что нашел? – заинтересовался Ежов.
Хуассин продемонстрировал ему лотерейную таблицу «Бинго». Почти такую же, как в нашем мире.
– На фиг, - коротко выразил свое отношение к такой находке детектив. – А вот это что такое?
На полочке маленького пластикового шкафа лежал предмет, похожий на калькулятор с очень большим экраном. Да и клавиш было намного больше...
– Электронный блокнот, - забрал у него прибор капитан. – Устаревшая модель. И, похоже, сломанный...
Моручи включил приборчик, поколдовал с кнопками и подтверждающе кивнул:
– Да, сломанный. Карта памяти сгорела. Хотя кое-какие записи сохранились... но почему-то на эсперанто. У нас кто-нибудь читает на эсперанто?
– Я... немного... – замялся Рудольф. – Самую малость...
– Так. Механик ван ден Хейнекен, мой тебе приказ – перевести для нас эти записи. Исполнять!
Рудольф некоторое время читал электронный блокнот, неуверенно шевеля губами. Пару раз он сверялся со словарем в личном информе, переводя непонятные места. Увы, просто запустить программу-переводчик не было возможности – никакая программа не может работать с поврежденным текстом. В итоге всегда получается страшная белиберда.