Чтение онлайн

А потом Саба ахнула, потому что прямо перед ней возникла ухмыляющаяся, полная ненависти физиономия лысоголового. Но почти сразу же эта физиономия исказилась гримасой страха и исчезла.

А потом она увидела Землю — яркую и маленькую, постепенно превратившуюся в точку, а потом в точку превратилось и Солнце, став одной из множества звёзд в Галактике. Именно от этой звёздочки, ничем не отличающейся от других, распространилось сияние, словно бы жизненные соки потекли по жилкам умирающего листа, это сияние соединилось со светом, исходящим от других светил, и перед взором Сабы предстала судьба человечества — слава, соединившаяся с позором. Человечество начало восстанавливать руины империи, раскинувшейся посреди звёзд, — империи, рухнувшей много веков назад.

Кто-то… кто-ТО… КТО-ТО пел у неё в голове…

Аифг…

…говорили у неё в голове…

…говорили у неё в голове…

Могучая волна пронеслась по её сознанию.

Ей стало трудно осознавать все это. И терпеть.

Она пошатнулась, выронила палочку и без чувств рухнула на землю.

— Насколько нам известно, они живут за пределами острова, — сказал Михаил, когда агенты пробирались по сумрачным улицам.

По лицу Эвелин ударяли капли дождя — такие прохладные и приятные после двух суток невыносимой жары. Она бежала рядом с Россом, приноровившись к его размашистым шагам.

Никулин постоянно пользовался инфракрасным сканером — определял, нет ли впереди каких-либо живых существ. Трижды им пришлось прятаться за кустами. Один раз — за невысоким забором, когда мимо проходили разные создания. Во второй раз это были высокие зеленокожие существа, следившие за порядком, а потом пару раз мимо пролетели на глайдерах йилайлы, тараторившие между собой на языке, который в их устах звучал необыкновенно мелодично.

— Все направляются к Дому знаний, — заметил Мердок, провожая йилайлов взглядом. — Как думаете, не случилось ли чего?

— А как мы можем об этом судить? — пожала плечами Риордан и на миг задумалась: «Как там Саба?»

— Мы слишком мало бывали за пределами центра и общежития, чтобы говорить о каких-то закономерностях.

— Это верно, — согласился Росс, но по его тону было заметно, что он колеблется. Эвелин могла и не спрашивать мужа ни о чем: она отлично понимала, что он, как и она сама, кожей чувствует опасность.

— Пошли. — Михаил резко мотнул головой. Ему явно не терпелось продолжить путь.

Все трое молчали до тех пор, пока не спустились в помещение древней подземки, обнаруженной русскими агентами.

— Мы три дня колесили по разным маршрутам. Все направления разведали. Выяснили, где эта сеть по-прежнему работает, — сообщил Никулин, пока они поджидали прибытия плоской тележки.

Как только она появилась, группа быстро разместилась в ней. Супруги улеглись на сиденья, а Михаил уселся впереди. И снова начался долгий спуск. Перепады давления на поворотах свидетельствовали о размере и сложности системы. Просто чудо, что она по сей день ещё функционировала. Удивительно — откуда только бралась энергия, за счёт которой система работала.

Наконец Никулин остановил тележку. Она повисла над полом, издавая еле слышное гудение. Туннель был озарён тусклым голубоватым светом. Михаил обернулся.

— Выход из этой станции, — он указал вверх на видневшуюся арку, откуда лился свет, — расположен на западном побережье нашего острова. Как видите, пути уходят и дальше. Мне кажется, они ведут под водами залива к маленькому островку, расположенному западнее. Мы видели, как летуны отправляются в ту сторону, когда садится солнце, и думаем, что там они и живут. Мне кажется, туда и должны привести нас эти пути, но точно я этого не знаю. Хотите попытать счастья, или поищем другую дорогу через залив?

Эвелин ответила:

— Попытаем счастья.

Росс добавил:

— Что-то я не настроен на ночной заплыв.

Никулин растянул губы в улыбке.

— Тогда вперёд.

Он отвернулся, немного откинулся назад, и его соломенно-жёлтые волосы задели колени Эвелин. Мгновение — и тележка заскользила вперёд.

Сначала опять был спуск, да такой стремительный, что у женщины сильно засосало под ложечкой. Потом, столь же неожиданно, тележка пошла на подъем, и Риордан пришлось несколько раз сглотнуть — иначе у неё до боли закладывало уши. Правда, на этот раз не было резких поворотов — и на том, как говорится, спасибо.

Когда тележка остановилась, все трое вышли.

— Вот что случилось, — объяснял Михаил, когда они направились к уводящему наверх пандусу.

— Мы решили в последний раз заглянуть на йилайлское кладбище — на всякий случай. Вели мы себя не слишком осторожно: не выспались, да и чувствовали себя паршиво. — Он пожал плечами. — Собирались тучи, и мы перестали следить за тенями. Летуны напали на нас совершенно неожиданно. Я успел спрятаться, а Виктор — нет. Когда я выглянул из укрытия, то увидел, что двое летунов держат его, замотав во что-то вроде сети. А потом они полетели на запад. Очень быстро.

— Значит, вероятно, они его притащили сюда, — заключил Росс.

Русский снова пожал плечами.

— Куда же ещё?

«Но зачем?» — подумала Эвелин, хотя вслух ничего не сказала.

Собственно, для того они и добрались сюда — чтобы узнать зачем.

Холодный воздух пощипывал щеки, и женщина плотнее закуталась в куртку-дождевик. Никулин остановился и проверил, в порядке ли инфракрасный сканер и фонарик.

У американцев тоже были с собой фонарики, висевшие на ремне. Эвелин молча отцепила свой фонарь от пояса, но включать не стала.

Михаил пошёл первым. Он шагал, проверяя путь инфракрасным сканером. Дисплей не регистрировал присутствия теплокровных существ.

Мердок пробормотал:

— Почему у меня такое чувство, будто жизнь участников пропавшей экспедиции оборвалась здесь?

— В их время никаких летунов не было, — прошептала Риордан. — Они ни разу не были упомянуты ни в чьих записях — верно, Миша?

Тот покачал головой.

— Нет. Никаких летунов.

Американец проворчал:

— Восхитительный итог.