Эхо войны
Шрифт:
— Каннибалы?
— Ага — кивнул я — Людоеды. Жрут все подряд. Потому и говорю — опасно туда соваться. Тем более что дорога там одна и идет аккурат вдоль стены завода.
— Выбора нет — бесстрастно произнес Борис — Сам же говоришь — дорога одна. Или есть путь в объезд?
— Не знаю — качнул я головой и едва не прикусил язык, когда грузовик подпрыгнул на ухабе — Но сомнительно.
— Значит, придется прорываться. Но за рассказ спасибо, Битум… черт, ну и имечко же у тебя! Сам выбирал?
— Нет. Меня так назвал…
— Отец?
Секунду помолчав, я почти неслышно произнес:
— Да… отец…
Уловив передернувшую мое лицо судорогу, Борис открыл было рот для следующего вопроса, но тут я пронзительно завопил и он осекся на полуслове.
— Тормози! Тормози!
Водитель не услышал, и грузовик продолжал ходко бежать вперед, переваливаясь на песчаных наносах.
— Тормози! — вновь заорал я, не сводя глаз с черного пятна посреди дороги.
Поняв по моему перекошенному лицу, что дело серьезное, Борис не стал тратить время на ненужные уточнения и просто провалился вниз, рухнув на пол салона. Оттуда послышался его рев, и машина резко затормозила, вздымая тучи мелкого песка. Сидящий вдоль бортов люди наверняка слетели с сидений и попадали друг на дружку, но на это мне было плевать — самого страшного удалось избежать. Я с облегчением выдохнул и выполз из пулеметного гнезда на крышу кузова, по-прежнему не отрывая взгляда от возникшего посреди дороги препятствия.
Дверь кабины открылась, на песок спрыгнул держащийся обеими руками за разбитый лоб дюжий водитель. Нашел меня взглядом и зло заорал:
— Але, проводник! Какого хрена?! Че за паника?!
— Олег, рот прикрыл бы — мягко посоветовал Борис, вываливаясь через ту же дверь, и водитель моментом заткнулся, но командир этим не удовлетворился и все тем же мягким тоном поинтересовался — Почему покинул грузовик без оружия?
Замолчавший Олег полез обратно в кабину, вытащил из-за спинки водительского сиденья автомат, повесил его на грудь и привалился к машине, осторожно ощупывая кровоточащий лоб. Тем временем я вовсю размахивал руками, подавая сигналы едущему позади автобусу, благо поднятое нами облако пыли отнесло в сторону. Убедившись, что меня поняли, и автобус начал тормозить, я развернулся к Борису и сказал:
— Здесь нам не проехать. Придется отъехать на километр назад и объехать это место по самому краю. Вон там — я ткнул рукой в возвышающуюся в паре километров отсюда невысокую горную гряду — Там грузовик пройдет. Вдоль подножия проедем с пару километров и вернемся на дорогу.
— Причина? — русский говорил предельно сжато, скупо выплевывая односложные вопросы и всматриваясь в возвышающееся на дороге черное пятно, с уже достаточно четкими очертаниями — Это проблема?
На краю полузасыпанной асфальтовой дороги стояла черная юрта, до нас доносился звук хлопающей на ветру материи — входной полог не завязан и полощется от порывов воздуха.
— Ага, она самая — кивнул я, крутя головой по сторонам и уделяя особое внимание тихо шуршащему песку под ногами.
— Че? Вот из-за этой долбанной палатки ты заставил нас тормознуть? — вскинулся Олег, отлипая от грузовика и втыкая в меня злой взгляд.
— Это не палатка — просипел подоспевший к нам от второй машины Косой Ильяс — Это Черная Юрта. Молоток, Битум, вовремя углядел.
Развернувшись, Ильяс замахал руками, загоняя вышедших из автобуса людей Татарина обратно.
— Да хоть Черный Фиг Вам и Черный Хрен Нам! — взорвался водитель, утирая ползущую по переносице струйку крови — Просто проехали бы аккуратно мимо! Я и сам видел эту хрень! Она же на самом краю дороги!
— Не кричи — тихо попросил я, чувствуя, что крикливый водитель начинает меня серьезно напрягать — Борис, надо разворачиваться и отъезжать. Прямо сейчас. Не стоит их злить.
— Да я…
— Заткнуться, сержант! — рявкнул Борис, и Олег вновь замолчал — Битум, Ильяс, поясните.
— Слушай, шеф — вибрирующим от напряжения голосом произнес Ильяс — Давай мы тебе потом все поясним, а? Сейчас валить надо пока они не рассердились.
— Ильяс правильно говорит — подтвердил я — Отъедем на километр назад, а потом уже языками почешем.
Несколько секунд висела напряженная тишина, пока Борис принимал решение и наконец, послышался долгожданный приказ:
— По машинам. Виктор, займи место за баранкой. Сдать назад метров на триста, затем разворачиваемся. Выполнять!
Едва грузовик, рыкнув двигателем начал сдавать назад, в пулеметном гнезде, как чертик из коробочки появился Борис и тут же потребовал объяснений:
— Ну и что за Черная Юрта?
— Это знак держаться подальше — коротко ответил я — Предупреждение.
— Подробней! Кто этот шатер поставил?
— Хозяева пустыни.
— Битум, может хватит загадками говорить? — с раздражением буркнул Борис и ухватился за сиденье, так как машина начала разворачиваться.
— Я сам толком ничего не знаю — развел я руками — Ну, почти ничего. Это кочевое племя, надолго нигде не останавливаются, живут только в пустыне и никого не боятся. Мы их называем по-разному: Хозяева пустыни, Племя Черной Юрты или Песчаные люди.
— Песчаные люди? — уцепился за последние слова русский.
— Они живут в песке.
— Да вы все тут в песке живете!
— Нет, Борис, ты не понял. Мы живем в пустыне и ходим по песку. А они ходят под песком. Понимаешь? Смотри!
Я ткнул пальцем в проплывающий мимо бархан, в чьем склоне на мгновение мелькнула черная бугристая рука и часть плеча, быстро ушедшие обратно в сыпучую песчаную массу.
— Мать твою! — пораженно выдохнул русский, хватаясь за висящий на шее автомат.
— Не дергайся и улыбайся — процедил я, напряженно скалясь в пространство — Они со всех сторон. Слава Аллаху мы едем по асфальту, а то они были бы и под нами.
— Негры?!
— Нет — качнул я головой — Даже не люди. Это мутанты. Целое племя мутантов живущих в барханах. И они смертельно опасны, если их обидеть или просто влезть на их территорию.
Под скрип тормозов мощный грузовик свернул с трассы и, переваливаясь через мелкие песчаные наносы, направился к виднеющейся на расстоянии километра горной гряде. Следом за нами по склону сполз надсадно воющий двигателем школьный автобус. Стоящая на обочине дороги юрта отдалилась и вновь превратилась в черное пятно, дрожащее в жарком мареве. Просто очередная точка на безграничных просторах Красных Песков.