Чтение онлайн

Марк невольно снова напрягся. О боги! Даже здесь ему не найти покоя!

— И что ты ему ответил? — спросил пожилой мужчина.

— Да ничего. Стерпев его насмешки, я был так зол, что не мог и слова сказать. Зачем подвергать себя еще большим унижениям? Все, что я мог сделать, — это удержаться, чтобы не врезать ему как следует. Поэтому я просто ушел!

— Может быть, проблема вовсе не в Виндации.

— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Стахий, явно удивленный замечанием старика.

— Как только я принял Иисуса как своего Господа, меня переполняло искреннее желание обратить в веру всех, кого я знаю. И я нес свою веру, как дубину, готовый загонять ею каждого в веру в Благую Весть. Потом я понял, что мотивы моих действий были совершенно неправильными.

— Как они могут быть неправильными, если ты хотел спасать людские души?

— Ради чего Господь пришел к нам с небес, Стахий?

— Чтобы спасти нас.

— Ты мне уже много рассказывал о Виндации. И вот теперь ответь мне. Ты ходил к этому человеку, чтобы победить его в спорах, в чем-то переубедить? Ты хотел, чтобы он увидел твою праведность во Христе? Или же ты приходил к нему из любви, чтобы его сердце открылось Господу для его же собственного блага?

Наступило долгое молчание, после чего молодой человек мрачно произнес:

— Я понимаю.

Старик утешал его:

— Мы знаем Истину. Она очевидна для всего Божьего творения. Но человека к покаянию ведет только доброта Господа. Когда будешь говорить с Виндацием в следующий раз, помни, что ты борешься не против него. Ты борешься с теми духовными силами тьмы, которые держат его в своей власти. Облекись во всеоружие Божие…

В этот момент нубиец снова прыснул воды на камни, и шум пара заглушил дальнейшие слова Каллиста. Когда шум стих, в помещении наступило молчание. Марк открыл глаза, встал и увидел, что мужчины ушли. Взяв стригил, Марк стал сердито стирать с себя пот.

Старик говорил о каком-то Божьем всеоружии. Что это за всеоружие? Марк не мог понять. Если невидимый Бог Хадассы и дал ей какое-то оружие, оно все равно не спасло ее от страшной смерти. Не спасет оно и этих людей. Марку хотелось призвать молодого человека не проповедовать веру, которая сулит ему смерть.

Что хорошего принес этот Бог Своим последователям? Как Он защитил их? Марк встал, намереваясь пойти за Стахием, чтобы не оставить камня на камне от его веры. Этот Бог доброты и милосердия почему-то оставляет Своих верующих именно тогда, когда они в Нем больше всего нуждаются!

Марк прошел из калидария во фригидарий. От резкого перехода в холодное помещение перехватило дыхание. Стоя на мозаичном полу, он обвел взглядом помещение, пытаясь отыскать этих двух мужчин. Но их уже не было. Огорченный, Марк погрузился в холодную воду и поплыл к противоположному краю бассейна. Выйдя из воды, он почувствовал приятную легкость и гибкость. Стряхнув воду с волос, он взял с полки полотенце и обвязал им бедра, после чего направился к одному из массажных столов.

Растянувшись на столе, он снова попытался выбросить все из головы, чтобы массаж позволил ему расслабиться. Массажист вылил масло себе на ладони и стал массировать спину и бедра Марка, прося его время от времени переворачиваться. Когда массаж был закончен, Марк встал и раб стер с него лишнее масло.

Марк направился в раздевалку. Как ни странно, но его одежда лежала там же, где он ее оставил. Марк надел тунику и медный пояс. Бани совершенно не помогли ему расслабиться.

Улицы, как обычно, были заставлены лотками, мелкие торговцы наперебой предлагали самые разнообразные товары тем, кто входил в бани или выходил из них. Марк пошел сквозь уличную толпу. Раньше он был рад такому шуму, который заглушал его мысли, но теперь ему хотелось уединения и тишины своей виллы, чтобы его мыслям ничто не мешало.

Неожиданно какой-то юноша окликнул кого-то по имени и бросился догонять того человека. Пробегая мимо Марка, он оттолкнул его в сторону. Марк, выругавшись вполголоса, отшатнулся назад и столкнулся с кем-то, кто стоял за его спиной. Услышав сзади легкий женский вскрик, он обернулся и увидел невысокого роста женщину, плотно закутанную в тяжелые серые одежды. Она споткнулась от его толчка, и только ее посох, за который она уцепилась своей маленькой рукой, не дал ей упасть.

Марк подхватил ее под руку и помог сохранить равновесие. «Прошу простить меня», — поспешно сказал он. Женщина быстро подняла голову, и Марк не столько увидел, сколько почувствовал, каким пристальным взглядом она посмотрела на него. Он не мог разглядеть ее лица за темно-серым покрывалом, закрывавшим ее от самых глаз до щиколоток. Женщина поспешно опустила голову, как будто прячась от него, и он подумал, что же за уродство скрывает ее покрывало. Кто знает, может, она прокаженная. Он невольно отдернул от нее руку.

Обойдя женщину, Марк пошел дальше своей дорогой. Почувствовав, что она смотрит ему вслед, он обернулся. Женщина, закрытая покрывалом, смотрела на него, стоя среди бурлящего людского потока. Марк тоже остановился, озадаченный увиденным. Женщина отвернулась и медленно, сильно прихрамывая, двинулась по улице, сквозь толпу, в противоположную от него сторону.

У Марка невольно сжалось сердце при виде этой закрытой тяжелыми и плотными одеждами маленькой фигуры, которая с трудом пробиралась по переполненной людьми узкой улочке, ведущей к баням. Он смотрел вслед этой женщине, пока она не вошла в дом местного врача, очевидно, она лечилась у него. Тогда Марк снова повернулся и пошел к своей вилле.

Раб из Коринфа, Лик, встретил его и взял у него верхнюю одежду.

— Мой господин, твоя мать приглашает тебя сегодня на ужин.

— Сообщи ей, что сегодня я не смогу с ней увидеться. Я навещу ее завтра. Войдя в свои покои, Марк открыл железную решетку, чтобы пройти на террасу. Отсюда открывался потрясающий вид на храм Артемиды. Марк не пожалел денег на эту виллу прежде всего по этой причине, намереваясь привести сюда Хадассу как свою жену. Он мечтал о том, как каждое утро они будут сидеть здесь, любуясь неповторимой красотой Ефеса.

Лик принес ему вина.

— Лик, что ты знаешь о христианах? — спросил Марк, не глядя на своего раба. Он купил этого раба, когда возвращался в Ефес. Его продавали как слугу, и его предыдущий хозяин, грек, который покончил с собой, из-за того что разорился, оставил после себя рекомендацию Лику как образованному человеку. Марку хотелось узнать, так ли его раб образован в вопросах религии.

— Они верят в одного Бога, мой господин.

— А что ты знаешь об их Боге?

— Только то, что слышал, мой господин.