Чтение онлайн

Снова.

Я не могла его потерять.

Не могла.

Гейб.

Туман отступал сперва медленно, потом всё быстрее, забирая всё небытие вместе с собой. Забирая умиротворение. Её голос стал громче, яснее, она будто говорила мне прямо в ухо. Её руки били по моей груди, рыдания разносились по комнате.

— Вернись. Не оставляй меня. Прошу тебя, Габриель. Вернись.

Цепляясь за мрак, я ощущал, как её рука хватается за мои пальцы. Я знал, что она тянется ко мне. Я мог бы попытаться остаться умершим навсегда, но гуща разверзлась под моими ногами.

Тумана больше не было, только беспокойная тьма, и я знал, что это не то место, в котором мог бы остаться. Кто-то звал меня.

Я не был уверен, что поступаю правильно, но разве это когда-нибудь останавливало меня?

Она тянулась ко мне, а я не мог ждать вечно. Преисполненный страхом и неуверенностью, я взял её за руку и позволил вытащить меня обратно в свет.

Глава 28.

Кэт.

Хватая ртом воздух, он распахнул глаза. Я завалилась назад, рыдая, пока его лёгкие рваными вздохами набирали воздух. Его кожа порозовела, цвет вернулся к губам.

— Гейб, — прошептала я, держа его руками.

Верёвка оставила отметину вокруг его шеи: глубокую красную выемку. Он закашлялся и перевернулся на бок.

Я ждала, пока он отдышится. Его пальцы распластались на полу, и я отпрянула от него. Теперь, когда он вернулся…

«Он был опасен».

Нет.

«Он был убийцей».

Нет.

«Что ты делаешь? Беги. Беги!»

Я вытряхнула эти мысли из головы. Мышцы моей правой руки ныли, и я поняла, как сильно напрягалась, когда трудилась ножом у столбика кровати. Мне было плевать. Ничего не имело значения. Ничего, кроме того, что он был жив.

Гейб подтянулся, ссутулившись у кровати. Он закрыл глаза, делая глубокий вдох, а затем выдохнул. Напуганная, я ждала, сидя на полу.

Наконец он открыл глаза. Его голос был скрипучим, глухим. Он едва мог говорить.

— Почему ты вернулась? — прошептал он.

Моё сердце забилось быстрее в груди.

— Я поняла, что ты делал. Ты не отпустил бы меня по другой причине. Я поняла, что ты собираешься сделать.

Он улыбнулся, поморщившись от боли при этом движении, и потёр шею одной рукой.

— Котёнок, это не ответ на мой вопрос. Почему ты вернулась?

Настоящий ответ слетел с моего языка прежде, чем я сумела бы его остановить:

— Я люблю тебя.

Он посмотрел на меня, и глаза его смягчились.

— Потому и я отпустил тебя, — прошептал он.

— Потому что…

— Потому что люблю тебя. Это же слабость, правильно, котёнок?

Он улыбался. О Господи, он улыбался.

Я медленно кивнула, сердце в груди будто увеличилось.

— Да. Хорошая слабость.

Его дыхание вернулось к нему. Он потянулся к верёвке и взял её в руку, сворачивая снова и снова.

— Я почти очутился там, — пробормотал он. — Почти умер.

От этих слов лёд пробежался по моим венам. Всего лишь мысли о нём, свисающем с потолка, порождали во мне желание снова закричать.

— Ты что-нибудь увидел? — спросила я.

— Ничего, — произнёс он, отбрасывая верёвку в сторону. — Полагаю, теперь мы просто обязаны жить.

Мы.

Это слово было ногтем, щипающим мои нервы. Теребящим их. Он снова раскашлялся.

— Что будет теперь, котёнок? Ты думала так далеко?

Не думала, однако, по-видимому, моё подсознание начало. Кусочки паззла встали на свои места, когда я об этом подумала.

Я двинулась к кровати, где он сидел, и опустилась рядом с ним плечом к плечу. Объяснения подкатили к моим губам машинально. Я ставила галочки на каждом пункте: одну за другой.

— Я скажу всем, что у меня была паническая атака. И я сбежала, чтобы побыть какое-то время со своим другом.

— Другом?

— Тайным другом, о котором я никому не рассказывала.

— Да?

— И ты заплатишь за то, чтобы я вернулась осенью в колледж.

— А? — он вскинул бровь.

— Это честная сделка.

— Сделка? А что я получу взамен?

Я помолчала. В моём сердце не было никаких сомнений, но я не знала, как это воспримет он. Его голова повернулась в сторону, а глаза впились в мои.

— Меня, — мои руки прижались к полу, всё ещё поддерживая. — Всю меня.

— Всю тебя.

Его рука поднялась. Костяшки задели мой локоть. Он двинул своей рукой вниз, пробегаясь кончиками пальцев вдоль моей руки.

— Ты будешь моей?

— Да, — мой голос дрожал.

После всего, что произошло, его отказ причинил бы больше всего боли. Его рука скользнула вниз по моему локтю, и пальцы обвились вокруг моего запястья. Я ощутила, как его большой палец прижался к точке моего пульса. К шраму.

— Ты потратила немало времени и усилий, пытаясь избежать этого, котёнок.

— Я… Я не знала до этого, чего хочу.

— А сейчас?

— Я хочу тебя. И я хочу быть твоей.

Его ладонь сжалась вокруг моего запястья, и он поднёс мою руку к своему рту.

Его губы поцеловали мою ладошку. Я не дышала. Не могла дышать. Я знала, что балансирую на грани чего-то опасного. Но мне было всё равно. Всё, чего я хотела, — это быть его.

Наконец он заговорил, шёпотом щекоча мою кожу: