Его отражение

Тёмное промёрзшее небо нависает над зимней дорогой. Её полотно, покрытое тонким ледком, сияет в свете высоких фонарей. Кристально чистый воздух – редкость в большом городе – не тревожит ветер, замерли разлапистые ели, охраняя длинную трассу. Рваные облака скрывают лик полной луны, берегут её для себя от чужих взоров.

Хрустальную атмосферу беспощадно разрушил чёрный автомобиль. Он промчался по пустынному шоссе на огромной скорости. Сытый рёв мотора, шорох шин по скользкому асфальту. Автомобиль стремится вперёд, разрезая светом фар густой мрак подлеска. Миг и машины нет, лишь затихает звук где-то за поворотом.

В такой вечер хорошо смотреть новогодние фильмы с большой кружкой глинтвейна. Все сейчас готовятся к зимним праздникам в семейном кругу: веселятся, украшают ёлку, радуются грядущему празднику. Эрик хотел провести свой вечер в обнимку с любимой, завернувшись в плед под тёплым светом гирлянды. Вместо этого, они бросили гостей, и праздник по случаю совершеннолетия его сестры, мчатся в город, надеются миновать пробку.

Вечеринка пошла вовсе не так, как хотелось, да что там говорить – ужасно. Эрик надеялся, что есть шанс исправить это, он нервничал и украдкой покосился на профиль девушки на пассажирском кресле. Ева. Красивая такая, с характером – дух захватывает. Рядом с ней не бывает холодно – одним своим присутствием согревает. А когда улыбается, Эрик готов перевернуть мир для неё.

Зачем только её привёз? Если быть честным – праздник был лишь предлогом для встречи. Парень недовольно отмахнулся от этой мысли, ему не нравится подобная правда. А ведь можно было шампанского выпить у неё дома, из чашек, закусывая мандаринами. Почему-то бокалы купить все время забывали, но так даже уютнее. Эрик украдкой вздохнул, потянулся рукой к изящной девичьей ладони. Хотелось извиниться за испорченный вечер, забыть его как плохой сон. Какие слова сейчас нужно сказать? Он обязательно найдёт нужные. Осталось только доехать до дома и скоротать остаток ночи вместе – под пледом, с хорошим вином и честным разговором. Эрик чётко понимал, что пора признаться ей, всё рассказать и переступить пропасть между ними. Но сейчас беседа не клеилась, поэтому он злился. Не на Еву, но от этого не легче. Он сорвался, накричал, а девушка ответила. Это стало началом конца.

Раздался знакомый рингтон – так не вовремя! Ева тоже увидела имя абонента, от чего её губы сложились в ироничную усмешку. В груди парня поселился рой злых ос – они раздражённо рвались наружу и жаждали крови. Схватить телефон не успел, девичья рука опередила, дотянулась до экрана и взяла трубку.

Но они оба забыли о звонке:

– Эрик! – восклицание Евы и страх в голосе, даже паника. Он успел заметить в её распахнутых глазах отражение смерти, прежде чем девушка зажмурилась.

Увлёкся, забыл о дороге и машина выскочила на встречку, прямо перед огромным грузовиком. Водитель истово сигналил, его лицо стало белее мела, а распахнутый рот наверняка сыпал проклятиями. Эрик оценил всё это в доли секунды и тут же крутанул руль, надеялся успеть разминуться. Сердце ёкнуло, но руки намертво вцепились в машину, до боли в запястьях и напрягшихся бицепсах. Невероятная сила откинула его на дверь, грузовик проскользнул в считанных сантиметрах слева, но машину понесло дальше. Эрик вдавил тормоз в пол, но было поздно – всё вокруг смешалось в один страшный болезненный ком.

Ева с ужасом осознавала, что прямо сейчас они умрут – машина летела на огромной скорости в объятия многотонного грузовика. Но через томительно длинные секунды удара не произошло – Эрик успел свернуть, а она – распахнуть глаза. Их чёрный Porsche мощная сила волокла вдоль крутой обочины, это всё, что успела заметить, прежде чем потеряла ориентиры. Машиной болтало из стороны в сторону под какофонию жутких звуков – визг тормозов, надсадный рёв двигателя, скрежет и тяжёлые удары. Хаотичные вспышки света выхватывали куски пейзажа – дорога, ограждение, деревья, снег… Ремень безопасности врезался в грудную клетку, и Ева могла услышать хруст, если бы не грохот пульса в ушах.

Авто несло и крутило, а потом – последний мощный удар и оглушающий звук сминаемого металла – какой-то обиженный скрежет, умирающий крик обречённого. Удивительно, но Ева могла поклясться, что в деталях видела, как разлетается на мелкие кусочки лобовое стекло – кристаллики красиво летели во все стороны. Наблюдала, как сминается железо, кривясь в жутких гримасах. Но почему-то звука не было, или это она оглохла? Момент, когда раскрываются подушки безопасности, бьют по лицу и вскинутым рукам, девушка пропустила.

Тихий стон дал сигнал всему телу – боли не было, но гудело в голове. Воздух неохотно возвращался в лёгкие, кололо в диафрагме, онемело лицо, по которому пришёлся удар подушки. Отмахнулась от неё, сбила в сторону, удивлённо осознала, что организм ещё жив почему-то. Снова зазвонил телефон, он валялся на полу помятой машины, музыка отвратительно усиливала звон в голове. Потом, всё потом, пусть вообще заткнётся.

– Эрик… – тихо позвала и сглотнула солёную слюну – разбита губа, по лбу течёт что-то тёплое, – Эрик… жив?

Девушка дрожащими пальцами расстегнула ремень, с трудом повернулась в покорёженном салоне и потянулась к парню. По её пальцам текла кровь – сорван ноготь, но Ева не обращала на это внимание.

Каким чудом Эрик не вылетел из машины, оставалось загадкой. Ведь никогда не пристёгивался, смеялся над правилами, будто верил в своё бессмертие. И вот результат. Сейчас его вид ужасал – окровавленное лицо и голова, остальные повреждения в темноте не разобрать, но кажется, что парень едва дышит. Когда искала пульс у него на шее, собственное сердце чуть не остановилось от страха. На глаза навернулись слёзы, предвестники истерики:

– Эрик! Ответь! Пожалуйста, ты не мог умереть…

Еле слышный стон в ответ. Влага потекла по щекам от облегчения – жив! Теперь Ева решительно начала действовать. Сначала попыталась выбраться из машины, стала толкать дверь, налегая всем весом, но та долго не поддавалась. От отчаяния злобно закричала и удвоила усилия, вкладывая весь свой страх. Получилось – с натужным скрипом, дверь распахнулась. Девушка выпала из машины, ноги в вечерних туфлях провалились в снег по колено. Но холод стал отрезвляющей неожиданностью, подхлестнул адреналин.

Быстрая оценка ситуации – машина в кювете, вместе с куском ограждения. Смятый в гармошку капот обнимает мощный ствол ели. Дерево приняло на себя удар с честью и даже не треснуло, хотя ствол изрядно помят.

От машины исходил запах горелой пластмассы и чего-то ещё – то ли бензина, то ли других жидкостей. Ева не стала засматриваться и принюхиваться, и так было страшно. Давешний грузовик исчез. Водитель не посчитал нужным остановиться и, вероятно, сбежал. Не то чтобы Ева была удивлена, но досадливо выругалась в адрес трусливых мерзавцев. Обогнуть машину удалось довольно быстро: всего лишь перелезть через покалеченный ствол мелкого деревца.