Чтение онлайн

— Биолухи, как слышите, прием! — Я активировал передатчик и параллельно извлек из штуцера магазин с дротиками, заменив его на комбинированный, снаряженный через один УС и УОДами. — Принимайте товар. Подгоните глайдер, ловите пеленг.

— Летим, — пискнул наушник голосом Галины.

Я не торопясь сменил магазин в пистолете и осторожно приблизился к обездвиженной туше. Петрович уже был тут как тут и принюхивался к незнакомому животному, вытянув шею, как это умеют коты. Этакая стойка любопытного труса: и вроде далеко, в любой момент сдернуть успеешь, и дотянуться можно кончиком носа. Видимо, запах от бычары шел убийственный — кот несколько раз чихнул и отошел от поверженного гиганта на несколько шагов. Ага, амбре еще то, даже меня передернуло. Любовался я на добычу недолго — за спиной у меня приземлился с легким гулом глайдер, и из него выбрались ученые. Я обернулся, собираясь похвастаться достижением, но слова застряли у меня в глотке: до меня только сейчас дошел тот факт, что оба биолуха щеголяли в костюмах биологической защиты БЕЛОГО цвета. На фоне пожухлой травы и грязно-серого глайдера они выделялись, как пятно малинового варенья на праздничной скатерти.

— Вы бы, коллеги, маскировку включили, что ли, — поморщился я.

Галя ойкнула и активировала «хамелеон», легкий скафандр был оснащен упрощенной версией этого полезного интерфейса. Под окружающую среду не подстраивался, просто включал наиболее близкий к ней рисунок паттерна из стандартного набора. Впрочем, и этого с лихвой хватало.

— И шлемы наденьте, не на пикнике!

Галина подчинилась, а Королев мое требование откровенно проигнорировал. Ладно хоть замаскировался, мажор хренов.

— Галь, долго возиться будешь? — поинтересовался я, контролируя окрестности. Стадо пока что ничего не заподозрило и все так же лениво пережевывало траву.

— Сколько надо, столько и провожусь! — вскинулась девушка, но тут же смягчилась, не уловив в моем голосе вызова. — Извини, сорвалась. Минут двадцать, сейчас аппаратуру разверну. Поможешь?

— Конечно!

Я доволок до туши под ее чутким руководством пару тяжелых кофров, и Галя принялась возиться с мирно посапывающим бизоном: пришлепнула несколько датчиков, развернула переносной терминал, вытащила из второго чемодана набор зловещего вида приспособлений из нержавеющей стали — в общем, занялась делом. Петрович крутился рядом, тыкался носом ей в ноги и норовил обнюхать каждый новый прибор, извлекаемый из кофров. Так прошло минут десять, а потом где-то за спиной раздался мощный рев, лишь отдаленно напоминавший мычание, и я чуть ли не в прыжке развернулся на шум. Твою мать!

Взору моему предстала почти невероятная картина: метрах в трехстах от нас стоял Женечка Королев и пытался попасть из легкого карабина в разъяренную живую гору, которая неслась на него с неумолимостью локомотива. До бизона было метров сто, и биолог отчаянно мазал. Сука, где он карабин взял?! Не было же ничего у него в руках! И за каким… Мля, некогда сейчас!..

— Королев, дебил, беги!!! Беги, мать твою, затопчет!!! — заорал я, внутренне содрогаясь от осознания того факта, что шлем этот олух не надел.

Однако наш мажористый коллега оказался не совсем идиотом, горошину передатчика в ухо засунул, прежде чем уйти от глайдера, и меня услышал. Видимо, в моем голосе прорезалось нечто такое, отчего ученый вышел из ступора. По крайней мере, перестал садить в белый свет как в копеечку и сообразил отпрыгнуть в сторону, когда разъяренный бизон уже занес рог для удара. Зверь проскочил мимо — инерцию никто не отменял, но изменить направление и достать обидчика не успел: штуцер в моих руках дернулся, выплюнув два унитара. Триста метров для моего оружия не расстояние, а компьютерная система наведения практически исключала вероятность промаха. УОД ударил быка в лоб, страшным ударом проломив череп и практически превратив голову животного в фарш, а прилетевший следом УС прошил тушу насквозь. Сдвоенной энергией попаданий бизона швырнуло на землю, тело застыло в немыслимой для живого существа позе. Однако еще ничего не было кончено. Уж не знаю, что он там мычал на своем бизоньем языке, но только в нашу сторону уже неслось еще несколько матерых быков, и следом за ними пока еще неспешно втягивалось остальное стадо. И это, товарищи, полный писец.

— Королев, быстро в глайдер! — заорал я диким голосом.

Подействовало. Женечка перестал крутить головой и побежал в нашу сторону, сначала довольно медленно, на заплетающихся ногах, но с каждой секундой ускорялся. Успеет, должен успеть, если жить хочет.

— Галя, бросай все! Петрович, ко мне!

Девушка отвлеклась от работы, когда я подстрелил первого бизона, и обстановку оценила мало того что правильно, так еще и предельно быстро. Соответственно и спорить не стала — бросила аппаратуру и нырнула в глайдер. Петрович прошмыгнул следом, устроился у нее на коленях.

— Дверцу закрой! — бросил я, всматриваясь в приближающийся живой поток. Панические вопли Петровича я проигнорировал. — Блин, не успеем взлететь… Галя, движок заводи! Только на водительское кресло не лезь.

Земля уже начала ощутимо дрожать под ударами сотен копыт. Королев это ощутил еще острее, и страх придал ему скорости — мой сегодняшний рекорд он наверняка побил. Однако расстояние между ним и стадом неумолимо сокращалось. К глайдеру он подбежал практически обессиленный, я едва успел поймать его и зашвырнуть на заднее сиденье. Карабин, который Женечка сжимал мертвой хваткой, обо что-то громко звякнул. Я захлопнул дверцу, впрыгнул на водительское место, умудрившись ничем не зацепиться за штурвал, рванул ручку двери. Галя не подвела — двигатель был активирован, оставалось лишь врубить антиграв. А на это времени уже не осталось. Стадо отстало от Королева шагов на двадцать, не более, и как раз в тот момент, когда я нажал кнопку включения антигравитационного привода, в борт нам с разбега ударил огромный, заросший длинной черной шерстью бык. Глайдер тряхнуло, палец соскользнул с кнопки, и я предпочел не рисковать: на машину обрушился град ударов. Бизоны пытались выправить траекторию, обтекая возникшую преграду, но удавалось это не всем. Тяжелые туши с инерцией справлялись плохо и то и дело врезались в многострадальный левый борт. Некоторые особо ловкие животные глайдер перепрыгивали, копыта барабанили по крыше и носовой части с багажным отделением, по прозрачному бронепластику блистера… Галя взвизгивала от каждого удара, Петрович утробно орал, сделав большие глаза. И только Королев сохранял видимость спокойствия — ясное дело, шок у человека. Но это пройдет…

Наконец охваченное безумием стадо умчалось куда-то за горизонт. Я медленно выпустил воздух сквозь зубы и констатировал почти спокойно:

— Кажись, пронесло. Королев, можешь начинать дышать. Галя, успокойся, все кончилось. Петрович, иди сюда, почешу. Натерпелся, бедный.

Несколько минут мы приходили в себя, затем я поинтересовался в пространство:

— Пойдем ущерб оценим?

Возражений не последовало. Я попытался было открыть водительскую дверцу, но та откидываться на пневмоцелиндрах вверх категорически не пожелала — заклинила от ударов. Пришлось изогнуться, почти улегшись спиной на кресло поперек, и садануть по окну двумя ногами. Бронепластик выдержал, а запоры нет, и дверца со скрипом открылась. Галя выбралась без приключений, равно как и Королев, воспользовавшийся дверью с правого борта.

Наша стоянка выглядела плачевно. Вся Галина аппаратура была раскурочена и разбросана на обширной площади, преимущественно в виде мелких обломков. Усыпленный бизон превратился в гору кровоточащего мяса — по нему пробежались как бы не все особи стада. Однако он еще был жив, косил кровавым глазом и жалобно, с хлюпаньем и хрипом, мычал. Впрочем, мычал — громко сказано, издаваемые им звуки больше походили на всхлипы. Я не выдержал, подошел к искалеченному животному и прервал его страдания, выстрелив из пистолета в ухо. Глаз тут же подернулся смертной пленкой, и бизон затих. Я злобно сплюнул и направился к глайдеру. Пораженная до глубины души Галя застыла у туши, в уголках ее глаз набухали слезы.

Глайдер пострадал довольно сильно. Стандартная гражданская модель, никакой брони, обычные композитные материалы — чем легче корпус, тем лучше. В нашей ситуации данный факт сыграл против нас. Тяжелые туши, с размаху бившие в корпус, и острые копыта оставили глубокие вмятины, трещины и сколы практически по всему корпусу с левой стороны. И что хуже всего, были покорежены стабилизаторы. Взлететь сможем, но вот курс удержать будет проблематично…

— Королев, ты дебил… — задумчиво протянул я, осматривая повреждения. — Ты скажи, идиот, за каким хреном ты к быку пристал? Выпендриться захотелось? Для тебя техника безопасности пустой звук?! А если бы кто-нибудь из нас пострадал?