Чтение онлайн

Все были с ним вежливы, предупредительны, даже благоговели, но это не помогло в получении информации. Не выявили чего-либо и его изыскания по части событий в Скандье, а он пользовался для этого общественными сетями, с тех пор как попал в реабилитационный центр. Сам факт, что у него так мало информации и почти нет времени перед отправкой на Тару, тревожил. Но вообще-то, с тех самых пор, как «Фергус» попал в Скандийскую систему, тревожило все. И ни скандийские базы данных, ни записи посольства не дали нового ни о «Фергусе», ни о «Коллинзе». Не выяснилось ничего и о загадочной смерти командира Круахана.

Он также мало узнал о ИИС, не считая того, что подтверждало все сказанное Десоллом. И все же не было понятно, почему этот человек им так заинтересовался. Ван не мог не насторожиться. Несмотря на все словоизлияния в адрес выходящих в отставку офицеров, как только шум утихал, никто не вспоминал больше выброшенного на свалку командира. А хоть бы и командора. Когда машина посольства подъехала к терминалу, водитель улыбнулся.

— Мы все желаем вам удачи, командор.

— Спасибо. — Ван ответил на улыбку, затем забрал свои два вещмешка и сумку и зашагал через порталы к контролю для отбывающих.

— Сэр? Сюда. — Седовласый дежурный в серой форме, какую носили все скандийские транспортные контролеры, поманил Вана из-за консоли справа. Ван протянул карточку. Дежурный принял ее. Тут у него расширились глаза.

— Сэр? Вы тот самый человек, который спас премьера?

— Не знаю, именно ли я его спас. Я постарался, и это помогло.

— То-то у вас лицо знакомое. Рад увидеть вас здесь живого. Некоторое время говорили, что вы можете больше и не встать.

— Со мной пришлось повозиться, — признал Ван. — Дольше, чем мне хотелось бы.

— Проверка пройдена, командор. Ворота номер три. Счастливого пути. И спасибо вам.

Наверное, дежурный передал какой-то код, потому что едва Ван отошел от портала с экраном, еще два дежурных шагнуло вперед и приподняло шляпы.

— Счастливо долететь, командор, — произнесла женщина.

Ван нашел свое место в переднем левом ряду челнока, место рядом пустовало. Единственное пустое место в челноке. Пока он ждал, вкрапления и обостренный слух улавливали обрывки разговоров.

— Кто он?

— Офицер Тары… из старших… командор или субмаршал…

— … не знаю, но слышал, как кто-то из них говорил что-то насчет признательности ему…

— …признательность офицеру Тары?

— …то, что они говорили…

— Хотел бы я, чтобы меня так отличили.

Ван улыбнулся. Он сомневался, что кто-либо из них сознательно заплатил бы такую же цену за небольшое преимущество в комфорте и уединении на челноке.

Два часа спустя он подбирал свои пожитки и выходил из челнока, а впереди виднелся контроль орбитальной станции. Ван сперва предоставил высадиться другим пассажирам, а затем последовал за ними в нечто серое снаружи, где воздух слабо отдавал маслом и металлом, как и на всех орбитальных станциях, несмотря на очищающие воздух оборудование и системы.

— Командор Альберт! — За пространством для высадки стоял молодой скандийский дежурный с тележкой. — Сэр.

Ван понес свое имущество в его сторону.

— Сэр, мы все проверили, ваш курьер ждет на другой стороне станции. Мы решили, что вы не будете против, если мы…

Ван ухмыльнулся.

— Я ничуть не против. Я меньше недели как вышел из реабилитации, и мышцы еще не те, каких мне хотелось бы.

— Мы как раз о чем-то таком подумали.

Ван поставил мешки в тележку, затем сел рядом с водителем.

— Признателен за любезность.

— Это для нас сущие пустяки, сэр.

Ван уловил абсолютную убежденность в голосе молодого человека, точно такую же, как и в словах персонала на планете. Почему его поступок оказался для них так важен? Потому что они знали, как необходим для будущего Скандьи премьер Густофсен? Потому что это все знают? Определенно пугающая перспектива.

— Все мы делаем, что можем, — ответил Ван, когда повозка взяла с места и покатила по середине коридора. Он признался себе, что счастлив быть избавленным от необходимости волочить свое добро через полстанции.

И все-таки чувствовалась какая-то тягость, словно кто-то за ним следил. Хотя, даже вкраплениями, Ван не мог уловить никаких сигналов. Однако почему-то был уверен: кто-то наблюдает. Но коридоры орбитальной станции были заполнены как раз настолько, чтобы никого не выхватить из общего потока, особенно двигаясь со скоростью, обычной для тележки. Не в этом ли вторая причина, по которой его встретили? Не считает ли разведка Скандьи, что он у кого-то на мушке и не хочет ли помочь благополучно покинуть скандийские владения?

Откуда ему знать? В конце концов, напомнил Ван себе, его никогда не готовили ни для разведки, ни для контрразведки. Он всего-навсего космический водила, да и то вот-вот покинет службу.

— Мы прибыли, сэр. Это ЭМЗ.

Тележка замедлила ход и остановилась. Ван сошел на палубу и повернулся к служащему.

— Спасибо. — И поднял свои вещи.

— Мы помогли вам с удовольствием, сэр. Счастливо долететь.

— Надеюсь, что так и будет.

Шлюз был заперт. Да Ван и не ожидал меньшего от курьера, на котором, как правило, размещены один пилот и техник. Он задействовал вкрапления.

— Морраха, это командор Ван Альберт, следующий на Тару.

— Мы ждали вас, сэр.

Дверь шлюза распахнулась, и за ней почти немедленно возникла изящная особа, капитан РКС.

— Капитан Ниалла, командор. — Она подалась вперед, чтобы взять один из вещмешков. — Позвольте мне вам помочь.

— Приятно с вами познакомиться, капитан. И помощь я охотно приму. Когда-то она мне не требовалась, но теперь я только признателен.

Входя в курьер, Ван заметил, что местный дежурный не двинул с места свою тележку, во всяком случае, пока шлюз был отворен.