Чтение онлайн

— А сейчас?

Оля онемела. Протерла глаза, заморгала, всмотрелась внимательнее. Две старушки, словно не заметили пропажу болтливой подруги, продолжали кивать головами.

— Я не понимаю…

— Еще немного коррекции.

То же незаметное движение пальцами.

Оставшись на лавочке одна, бабушка развернула газету и погрузилась в сводки новостей.

Закрыв ладонями лицо, Оля сжалась в комок, борясь с подступающей истерикой.

Сидящий справа паренек недовольно толкнул Красавчика в бок, — достаточно пошутил!

Обняв испуганную женщину, зашептал на ухо, успокаивая:

— Не надо бояться, Оленька, не обращай внимания на хулигана — истребителя бабушек. Хочешь, он их с дюжину нарисует. Ты только скажи! Или ты предпочитаешь старичков, собачек, хомяков? Любой каприз. Только не плачь.

— И не смей плеваться через левое плечо и чураться меня, — недовольно пробурчал Красавик, — а то взяла привычку. Как что плохое в голову взбрело, сразу три раза наотмашь, только и успеваю нагибаться!

Оля подняла на него измазанное тушью лицо, затрясла головой. Бред какой-то!

— Я не сумасшедшая, я здорова.

— Конечно, здорова, просто спишь, а просыпаться пока рано. Надо успеть сделать очень важную вещь, — шепнул на правое ухо Хиляк.

— А чтобы ты поверила в сон, погляди вокруг, подивись моему любимому фокусу, — Красавчик изящно щелкнул пальцами.

Мрачный больничный парк застыл в кадре, окрасился в теплые тона сепии. Превратился в ретро фотографию.

Как вдруг на снимке появилась паутинка мелких трещин. Картинка начала ветшать на глазах, и стоило подуть ветру, разлетелась мириадами снежных хлопьев, закружившихся хороводом.

— Высунь язык, — шепнул левый ангел.

Оля послушалась (я схожу с ума?).

— Ну как?

— Снег сладкий… словно вата.

— Абракадабра!

Еще один щелчок. Мир вернулся. Заиграл негативом. Деревья вспыхнули серебром на фоне ониксового неба.

Оля, забыв о сахарных снежинках, восхищенно вздохнула, любуясь падающими, мерцающими лунным светом листьями, фосфоресцирующими бликами луж на бархате асфальтовой дорожки, перламутром газонной травы с вкраплениями черных капель дождя. Белоснежная ворона опустилась на сверкнувшую металлом ветку дуба, окликая приближающуюся стаю.

Красавец неохотно вернул парку естественный окрас.

— Полегчало? — участливо поинтересовался паренек в бейсболке и протянул бумажный платок, — вытри глаза. Можешь слушать?

Промокнув потекшие ресницы, стерев черные змейки со щек, Оля неуверенно кивнула.

«Если я сплю, то многое становится ясно. Не было странного разговора с травматологом, Антон никуда не пропадал, Вера Артуровна лежит в одиннадцатой палате и ждет посетителей, все в порядке. Точнее, все в относительном порядке».

— Так, стоп! — окрик Красавчика прервал ее мысли, — Хиляк, пора сказать ей правду. Если она не осознает всю серьезность ситуации, боюсь, все наши усилия пойдут насмарку.

Глянцевый сердцеед, развернулся к Ольге, цепко поймал ее взгляд, притянул к себе.

— Девочка, весь мир вокруг тебя фикция, мираж. Иллюзия, сотканная талантливыми руками фокусника. Моими! Ты действительно спишь, достаточно долго для того, чтобы вообразить новую жизнь. Я создавал мир вокруг, пользуясь твоими воспоминаниями о нем, для собственного развлечения добавив несколько контрольных объектов. Ты знакомилась с людьми, не предполагая, что они таковыми не являлись. Материализованные подобия, слепки, позволившие нам с Хиляком не умереть со скуки.

— Говори за себя! Прыгнувшая под колеса старушка меня не насмешила, — сделал замечание худенький паренек.

— Зато, тебя порадовал благородный поступок нашей подопечной, бросившейся ей на помощь. Ах, сотовой связи нет! Ах, ни одной попутной машины! Спасу сама, чем я не сестра спайдермену!

— Согласен. В остальном нареканий нет. Выстроенные декорации заслужили бурных оваций! Вызванные к жизни копии отлично вписались в сотканную реальность.

— Простите? — пискнула Оля, пытаясь совместить несовместимое, — что значит — копии? Умоляю, скажите мне правду! Где я сейчас?

— Пора, скажи ей. Твоя очередь, — сочувственно скривился Красавчик.

Хиляк выдержал торжественную паузу.

— Оля, мы украли твое сознание из реальности за пять минут до взрыва самолета, совершающего регулярный рейс Хитроу — Шереметьево 12 октября 2010 года.

В авиакатастрофе погибли двести человек, включая членов экипажа.

Твое тело опознано безутешными родителями, прах захоронен в семейном колумбарии на Даниловском кладбище 20 октября. Нравится тебе такая правда? Горсточка пепла, вот и все, что осталось от …, — паренек провел тонкими пальчиками по запястью, вызывая судороги.

Оля затрясла головой, отгоняя кошмар.

— Нет! Не может быть! Я живу, дышу…. Я могу чувствовать… Идите вы оба к черту, я не верю ни одному слову.

Подросток устало завел глаза. Ожидаемая реакция. Каждый раз со свежее усопшими возникает проблема с взаимопониманием.

— Будут тебе доказательства! — Смотри сюда! — открыл ноутбук, пробежавшись по клавишам, набрал в поисковике дату — 12.10.2010, — читай!

Мгновенно появившиеся ссылки на каналы чрезвычайных новостей не оставили ни единого шанса.

«Взрыв над Ла-Маншем», «Страшная статистика национального перевозчика», «Авиакатастрофа — спланированный теракт или человеческий фактор?»

— Не верю, — упрямо твердила Ольга.

Хилый терпеливо пояснял, не обращая на нее внимания.

— Твое сознание помнит все, вкус, запахи, ощущения, восстанавливает зрительные образы, осязательные реакции. Оно даже в состоянии реанимировать чувства. Влюбленность, ревность, обида, раскаяние… На самом деле — все вокруг — иллюзия. Точнее воссозданный в Безвременье слепок, летящее по бесконечной спирали подобие твоего мира. Зеркальное отражение воспоминаний о нем. Ты — центр крошечной одноименной Вселенной, воскрешенной с одной целью.