Чтение онлайн

Ему было мало места. Еще в детстве он был крупнее и агрессивнее остальных, забирая себе лучший кусок. Застывшие на месте худосочные Гончие путались под ногами, и Загонщик протыкал их бока рогами, сметая любые преграды на своем пути. Его звал вихрь энергии, поднимающийся к небесам невидимой пульсирующей трубой. Загонщик мечтал нырнуть в него, и ни пытающееся сбить со следа озеро блеклой силы, ни собрат не могли остановить его. Разбивая стены и проглатывая пламя, он врезался в макушку клина, раскидывая не успевших убраться с дороги церковников и магов, тщетно пытающихся остановить его, чьи пластины носили на себе ожоги встреч с молодыми Погибелями. Земля схватила Загонщика за лапы, но тот лишь рыкнул, вырываясь из осыпавшейся песком хватки.

Зоревар оттолкнул Кристара с пути зверя, и юноша отлетел на несколько метров в сторону, натолкнувшись на спины магов.

— Уводи плиту! Он охотится за ней! — прокричал церковник, следя за взглядом зверя, не отпускающим парящую глыбу с сидящими на ней Оникой и Фьордом.

Камень взмыл вверх, поднимаясь над войском и вызывая недовольный рык.

— Проклятье на мою голову, — выругался Зоревар, бросаясь навстречу Загонщику. Увернувшись от залитых кровью рогов, он вытянул руку с мечом в сторону.

Рукоять едва дрогнула в ладони, когда лезвие коснулось пластин на ноге зверя, а затем, вспыхнув дымчатыми ножнами, беспрепятственно вошло в плоть, перерезая связки. Не осознав произошедшего, Загонщик сделал еще несколько шагов, распарывая брюхо о лучащийся багровым клинок, и завалился на бок, когда еще одна нога оказалась подрезанной, словно прохудившийся мешок.

Шипящее кровью лезвие взметнулось вверх под восхищенные взгляды оказавшихся по близости бойцов и нервный смех Зоревара. Багровые змейки бегали по острию, пока дождь не смыл дымку, оставив едва заметные блики. Кровь скребущего лапами Загонщика лилась из разрезавшей все тело раны, когда церковник заскочил на него и одним ударом прикончил чудище, по самую рукоять вонзив меч в его голову.

— Проклятая сила, — церковник довольно хмыкнул и соскочил в грязь, обращая взгляд вперед, туда, откуда сотрясая землю, приближалась стая Загонщиков, отставшая от павшего предводителя. — Вот какое оно — оружие по личному заказу. Эй, все! Надерем им задницы! Не отставать! Прорубим себе окно в счастливое будущее!

Зоревар махнул клинком, передавая воодушевление остальным, с новыми силами ринувшимся вперед. Их запал поутих, когда мглу за стаей Загонщиков пронзили вспышки света, водопадами извергающиеся на землю. Их было около десяти — десять гигантских горнил, несущих погибель всему живому.

— Оника, нужна поддержка, — Фьорд слепил из огненного шара над головой визжащие сверла, ввинчивающиеся в тела пойманных Гончих, которых не успели прикончить церковники. Войско отошло достаточно, чтобы силуэты холмов растаяли за дождем.

— Еще немного, — процедила она, краем сознания уловив слова мага.

Ее внутренний взор был обращен вверх, в сжимающуюся среди облаков спираль ветров. На плечи и грудь девушки навалилась тяжесть удерживаемой стихии, готовой вырваться от малейшего послабления. Оника воссоздавала когда-то подвластный ей взрыв, на этот раз прибегнув к силе ветра. Стихия раздувала ее изнутри, грозясь затянуть в вышину, если укротительница не отпустит ее на волю. И она отпустила.

Облака выгорели синевой, словно пергамент, и воздух вспыхнул миллионами капель, поймавших в свои тельца солнечные лучи, рисуя двойную радугу над полем брани. Разметавшиеся в стороны тучи сомкнулись плотным кольцом, проливающим слезы на предместья Этварка и Берилона.

Последние капли упали на доспехи церковников и форму Ордена, и на мгновение оплаканную дождем и кровью землю накрыла тишина, встретившая трубный зоб Царицы. Подпирая спиной небо, она медленно шла к войску, сминая холмы и рощи. Две пары загнутых вверх бивней, облепили наросты из ульев, вокруг которых парили Налетчики, криками созывая новые стаи Потусторонних.

— Это невозможно, — прохрипел Зоревар, остановившись рядом с Кристаром. — Невозможно.

— Сначала остановим ее, — Кристар задрал голову вверх, где пронеслась тройка стрел, пробившая брешь в заслоне из Погибелей. — Сейчас нет необходимости идти дальше.

Зоревар кивнул, почувствовав закравшийся в его голову каламбур, перемешавший недавние воспоминания и сообщивший, что Эльса осведомлена о происходящем на поле.

«Ни шагу назад! Крепче строй! Держать позиции!» — церковник поморщился, когда в его голове прозвучал голос Командующей.

Долина наполнилась гулом огня в руках избавившихся от гнета дождя укротителей, обративших всю свою ярость против Потусторонних. Маги камня загоняли тварей в ловушки, сбрасывая их в открывающиеся рвы и затягивая в топи, но напор Гончих и Загонщиков лишь усиливался, поддерживаемый нападающими с неба стаями Налетчиков.

Кажется, Оника почувствовала на губах привкус крови Потусторонних, когда очередной летун с разорвавшимися венами спикировал вниз. В голове гудело от хора чужих сердцебиений.

— Передохни, — бросил через плечо Фьорд, дырявя крылья спускающихся слишком низко тварей. В его руке сжалась спираль, и, раскрутившись, превратилась в витую спицу, сорвавшуюся с ладони и пробившую шею Гончей, умудрившейся перескочить заслон из пик и щитов.

Девушка лишь усмехнулась и перевела взгляд на замершего на краю плиты брата. Кристар неотрывно смотрел на Царицу, от каждого шага которой содрогалась земля, а уцелевшие деревья испугано вздрагивали.

Прогремевший взрыв заставил обернуться даже Потусторонних. Часть Гончих прижалась к земле и взвыла, а часть бросилась назад, под распухшим от криков Налетчиков небом. Рев Царицы заглушил посеянный на поле боя хаос, вязкой жутью заполняя тела церковников и магов.

Потоки крови и мяса осыпались на землю, окрашивая мечущихся внизу Потусторонних в красные тона. Задняя нога Царизы неестественно изогнулась, и изломанный клинок кости, не выдержав веса тела, с сочным треском прорвал плоть. Трубя и стеная, Царица пошатнулась, пытаясь устоять, и лужи грязи под ногами бойцов вздрогнули.

Толчок — и на второй задней ноге раскрылся кровоточащий огнем нарыв, лишая чудовище возможности ходить. Бивни задрались квверху четырьмя обелисками, когда Царица завалилась, в приступе боли роя землю передними ногами. Потусторонние льнули к ней, совершенно забыв о добыче.