Чтение онлайн

— Артемида, Афина, найдите Моник, — быстро распорядилась Сара. — Скажите, чтоб пришла сюда. Давайте быстро, всё поняли?

— Да, 'м, — хором ответили девчонки и умчались стрелой.

— Сет отнёс Ваши вещи наверх, — со щепетильной вежливостью произнесла Сара. — Моник распакует и выгладит. — Взгляд случайно зацепился за сшитое в Париже платье из муарового шёлка, что на Викки, купленное в магазине Стюарта. Пожалуй, невестка вряд ли приучена к пышным нарядам. Это немного развлекло Викки. Конечно же, она не приучена к роскошным нарядам, но больше, чем когда-либо полна сильного желания учиться.

Спустя несколько минут в двери стремительно вбежала новая девушка. На вид не более пятнадцати. Рабыня выглядела довольно изящно, с золотистой кожей и глазами цвета свежего мёда.

— Я здесь, мисси, — она смотрела на Сару Иден, пытаясь по глазам угадать настроение хозяйки.

— Моник, это мисс Викки, — строго сказала Сара. — С этого момента будешь заботиться о ней. Если тебя позовёт Нэнси, и не будешь занята, то поможешь на кухне.

— Я всё сделаю, мисси, — пообещала девушка страстным, душевным голосом, таким мелодичным, что слушать было очень приятно. Викки удивил акцент.

— Отведи мисс Викки в комнату и позаботься, чтоб она вздремнула перед обедом. — Сара вновь обратилась к Викки. — Моник родом с островов и по-французски говорит лучше, чем по-английски.

— Мой французский не очень хорош, — сказала Викки с извиняющейся улыбкой. Она увидела удивление на лице Сары Иден, когда обратилась по-французски. Сара ведь не знала, что отец учил её французскому.

— Вы найдёте комнату весьма приятной, даже в самые жаркие ночи с реки дует свежий ветер. — Сара Иден говорила уже через силу. — Конечно, настоящая жара наступит лишь через пару недель, хотя в городе Вы её уже почувствовали. Однако больше не задерживаю Вас, Викки. Вам нужно отдохнуть. — Сара оставалась подчёркнуто любезной, хотя платок в руках скомкала в тугой шарик. — Моник отведёт Вас.

Чувствуя себя так, как будто играет роль в непонятном спектакле, Викки поднялась и последовала за Моник. Они вышли из комнаты и, миновав холл, подошли к широкой, изгибающейся лестнице. Моник улыбнулась через плечо, искренне довольная новой должностью.

Наверху у второй двери от лестницы Моник остановилась.

— Сюда, юная мисси, — у девушки неожиданно ослепительная улыбка. — Милая комната. Такая милая.

Моник открыла дверь, и Викки попала в огромную угловую комнату с несколькими окнами. На цветном ковре пляшут солнечные зайчики. Стены дымчато-голубого цвета, кровать из резной сосны покрыта красным, чёрным и золотым японским лаком и занавешена изысканной белой камкой. С одной стороны кровати комод с позолоченными китайскими безделушками на чёрном фоне, а с другой — умывальник с фарфоровым верхом, около которого в позолоченной раме висит овальное зеркало. Перед богато инкрустированной каминной решёткой кресло с подушечкой для головы. В таком роскошном доме эта комната, без сомнения, особенная.

Моник быстро подошла к кровати и принялась её разбирать.

— Мисси, хозяйка сказала Вам отдыхать, — сказала Моник с очаровательной строгостью. — Я достать Вашу ночную рубашку, — оставила кровать и подошла к паре чемоданов с новым гардеробом юной хозяйки. Викки в нерешительности застыла посреди комнаты. Ночная рубашка, чтоб чуть-чуть вздремнуть? Но, с Моник спорить не стоит. Девушка может научить обычаям Юга.

Моник весело щебетала, найдя сходство в том, что обе фактически в Эдеме новички.

Когда Викки, наконец, откинулась на подушки, накрывшись расшитой изящными узорами простынёй, Моник подошла к окнам и плотно натянула драпировки, чтобы убрать солнечный свет уже по-летнему жаркого позднего утра, хотя только начало мая.

— Спите, — пропела Моник, — Я разбужу Вас, как Юнона скажет, что подаёт обед.

Викки послушно закрыла глаза, только сейчас почувствовав усталость, вспомнив, что ночью на борту корабля спала плохо. Но мозг слишком возбуждён, чтобы уснуть.

Миссис Иден решила представить её друзьям семьи на большом торжественном приёме. Ни жестом, ни мимикой нельзя дать им понять, что задевают её. Банкет предназначен для того, чтобы Викки ясно поняла, здесь ей не место.

Интересно, хорошие манеры, которые упоминала миссис Иден, те же, что у них во время скромных званых вечеров в доме викария в маленьком английском городке. Но банкеты Сары Иден более изысканны. Ей не запудрит мозгипоказная элегантность.

Майкл хочет, чтоб она жила здесь, напомнила себе Викки, и заёрзала под простынёй.

Раздражённо отбросив в сторону воспоминания о прошлом вечере, она встала, подошла к окну и подняла драпировку. Майкл шёл в рощу по ту сторону зелёного пространства так быстро, будто стремился поскорее возобновить связь с красотой Эдема. За ним по пятам бежал спаниель.

Викки туго натянула драпировки и вновь легла, чувствуя, как нелепо колотится сердце. Она влюблена в Майкла и не позволит Саре Иден её прогнать.

Пусть считают, что воспользовалась благоприятной возможностью, но она будет делать именно то, что хочет Майкл. Она станет щитом между ним и его семьёй, защитит от светской жизни, которая угрожает затопить мужа. Она вырвалась из Файв-Пойнтса, нашла прекрасный дом и не опозорит Майкла.

Молодая женщина перевернулась на бок, тёмные волосы веером рассыпались по лицу и подушке, заслонив от действительности. Навалилась усталость, вызванная новыми событиями, и через несколько секунд Викки крепко спала.

Викки нехотя проснулась, услышав, как по комнате ходит Моник. Через угловое окно, открытое рабыней, чтоб прогнать жару, в комнату проник лёгкий освежающий ветерок с Миссисипи.

— Мисси? — прошептала Моник. — Почти время для Вас спускаться к обеду. Юнона скоро начать подавать на стол.

— Хорошо, Моник, — Викки с улыбкой села на кровати.

— Я быстро расчесать Ваш волосы, — по-хозяйски сказала Моник. — Затем Вы надевать Ваше платье. В какое Вы пойдёте вниз? — девушка подошла к умывальнику, на верх которого ранее поставила гребень и щётку Викки из магазина Стюарта. В это мгновение слёзы едва не хлынули из глаз Викки. Она вспомнила элегантный набор расчёсок и щёток, подаренный отцом перед тем, как его роту отправили в Крым. — Какое платье, мисси? — торопила Моник.