Чтение онлайн

— В общем, — говорит Бен. — Я пригласил ее на вечеринку.

— Теперь все понятно. — Она тебе нравится?

— Джемайма! — возмущенно произносит Бен. — Единственный раз, когда я ее видел, она была в бигудях. К тому же ты знаешь, что она не в моем вкусе.

— Извини, — про себя торжествующе улыбаюсь. — Странно, что у тебя нет девушки.

Осторожно, Джемайма, ты играешь в опасную игру.

— Девушки? — Бен смеется. — И что я буду с ней делать? У знаменитостей, как я, нет времени на личную жизнь. Ты хоть знаешь, кто я такой?

— Да, — смеюсь я. — Ты — Бен Уильямс, самый самовлюбленный человек в мире. И твое самомнение растет с каждой минутой. — Качаю головой с притворным неодобрением. — Даже не могу представить, что будет, когда ты на самом деле попадешь на телевидение.

— Я превзойду самого себя, — Бен драматично разводит руками. — Буду с важным видом болтать о всякой чепухе. Угождать знаменитостям, лизать задницы звездам.

— Бен! — смеюсь я. Мне приятно, что мы настолько дружны, что поддразниваем друг друга. — Ты же не забудешь обо мне, правда?

— Но ты всего лишь жалкая Джемайма Джонс из захудалой «Килберн Геральди». Мне не пристало обращаться со всяким сбродом! Придется вычеркнуть тебя из своей жизни! — Бен говорит в шутку, но осекается, когда видит, что на моем лице появилась тень сомнения. Нет, он не может говорить серьезно. Он шутит.

— Конечно, я не забуду тебя, Джемайма. Ты мой единственный настоящий друг, разве я сл&п забыть тебя?

Я улыбаюсь. Достаю зеркальце и разглядываю совсем впавшие щеки. В последнее время я стремительно уменьшаюсь в размерах, но Бен этого не замечает и это может означать только одно: я еще недостаточно стройная.

Может, подсознательно он отметил, что я выгляжу лучше, но, если видеться с кем-то ежедневно, очень трудно заметить изменения, происходящие с этим человеком. Если бы я вдруг коротко подстриглась или надела что-то из ряда вон выходящее, он бы обратил внимание. Но худею я постепенно, и это не так заметно, особенно мужчине. По крайней мере, я надеюсь.

Бен заметил бы, что Джемайма похудела, только если бы какое-то время с ней не виделся. Но если они прекратят встречаться, жизнь Джемаймы превратится в ад. И вскоре ад станет реальностью.

— Ты будешь звонить мне? — никак не могу сменить тему. Моя неуверенность дает о себе знать.

— Только если ты обещаешь уважать и обожать меня.

— Разумеется, мистер Знаменитость.

Конечно, Бен и не подозревает, но я и так его обожаю.

Джемайма смотрит как Бен с коллегами уходит на обед. Она стоит на углу, прижав к груди сумку с одеждой для спортивного зала и чувствует, что сердце ее вот-вот разорвется.

Ее тоже пригласили пообедать перед вечеринкой, где Бена заставят выпить намного больше, чем положено в середине рабочего дня. Но она отказалась. Из-за вечеринки Джемайма не сможет пойти в тренажерный зал, поэтому решила позаниматься вместо обеда.

Кто бы подумал, что она предпочтет тренировку общению с Беном Уильямсом? Действительно, Джемайма стремится в зал как одержимая.

По окончании тренировки, убедившись, что в раздевалке никого нет, она робко встает на весы. Крепко зажмуривает глаза и смотрит вниз. Семьдесят пять килограммов. Джемайма встает на весы снова, чтобы проверить, правда ли это. Никогда в жизни она не весила так мало.

Это стоит отметить, наверное, вы согласитесь. Но, к сожалению, в обеденное время в пятницу на Килберн Хайроуд у Джемаймы не такой уж большой выбор. Ей бы хотелось купить платье — такое, как описывал Брэд. Но хотя она весит всего семьдесят пять килограммов (семьдесят пять!), ей пока не хочется тратить деньги.

«Когда я буду весить шестьдесят три килограмма, — мысленно твердит она по дороге к офису после тренировки, — тогда я смогу купить все, что только пожелаю».

Джемайма останавливается у аптеки и разглядывает прилавок с косметикой. Ладно, так уж и быть, думает она. Сегодня тоже можно немного себя побаловать, ведь вечером нужно выглядеть на все сто.

В 17.15 беру пакет с новел косметикой и иду в туалет. Неудивительно, Джеральдина уже здесь. Любуется собой в зеркале, тонируя пудрой цвета загара свои и без того золотистые щеки.

— Здравствуй, прекрасная незнакомка! — приветствует меня она. — Готовишься к вечеринке? — Джеральдина делает шаг назад и восхищается своим красивым платьем. Я тут же вспоминаю Брэда, именно такое платье он хотел бы видеть на Джей-Джей. Короткое, тонкое платье, облегающее, открывающее стройные ножки в блестящих прозрачных чулках. На ногах у нее красные замшевые туфельки н плоской подошве. Я ей завидую. Шучу, конечно, но если серьезно, рядом с Джеральдиной я ощущаю себя' каким-то неуклюжим клоуном.

— Я только хотела… — внезапно чувствую себя неуверенно и нелепо. — Только хотела немного накраситься…

Джеральдина хватает мою косметичку.

— Посмотрим, что у тебя здесь, — она молча вытаскивает всю косметику и раскладывает рядом с раковиной. — Так-так, — она смотрит на меня. — Кое-что тебе подойдет, кое-что нет, но ты можешь воспользоваться моей косметикой.

— Не стоит, — бормочу я, пытаясь скрыть уныние. Внезапно мне уже не кажется, что это хорошая мысль. — Мне все равно.

— Джемайма! — раздраженно восклицает Джеральдина. — Ты иногда бываешь просто безнадежна. Мне давно хотелось поговорить с тобой. Ты так сильно похудела, и теперь тебе просто необходимо полностью сменить имидж. И я, — она делает торжествующий жест, — горю желанием тебе помочь.

— Хорошо, — с улыбкой говорю я. — Я в твоем распоряжении.

— Джемайма Джонс! — слышу я грохочущий, резкий голос редактора. Уже шесть часов, и я вхожу в темное, прокуренное помещение бара «Винный погреб». Джеральдина стоит рядом и победоносно улыбается, увидев меня. Редактор поражен до глубины души.