Дюна
Шрифт:
Она понимала, что он прав, только удобнее от этого не становилось. Подсознательно ее ум был занят одной лишь водой. «Нет, — поправилась она мысленно, — влагой».
Что было куда более тонким и общим понятием.
Услыхав чьи-то шаги, она обернулась, из глубины пещеры появился Пол, за которым следовала девушка с лицом эльфа — Чени.
«И еще, — подумала Джессика, — придется предупредить Пола о здешних женщинах. Ни одна из этих пустынножительниц не годится в жены герцогу. В наложницы… еще куда ни шло, но только не в жены».
Она удивилась собственным мыслям: «Неужели и меня настолько заразили подобные схемы? Насколько же глубокую психологическую обработку я получила! Думаю о брачных связях своего сына, наследника Дома, словно забыв, что сама была лишь наложницей герцога. Правда я… не наложницей я была для него».
— Мать.
Пол остановился перед нею, Чени оказалась сбоку, у локтя.
— Мать, знаешь ли ты, что они делают?
Джессика поглядела на темные пятна глаз, обращенные к ней из-под капюшона, и ответила:
— Думаю, да.
— Чени показала мне… считается, что я должен все видеть… и разрешить взвесить воду.
Джессика поглядела на Чени.
— Они собирают воду, которой пользовался Джемис, — сказала Чени слегка в нос из-за носовых пробок. — Таков обычай. Плоть принадлежит человеку, а вода — племени… в битве иные законы.
— Они говорят, что вода теперь моя, — произнес Пол.
Джессика удивилась, почему эти слова вдруг насторожили ее.
— Вода битвы принадлежит победителю, — объяснила Чени. — Это потому, что приходится драться на воздухе, без конденскостюмов. Победитель должен возместить потерю воды во время поединка.
— Я не хочу его воды, — пробормотал Пол. Ему вдруг показалось, что множество изображений, видимых его внутреннему взору, вдруг распалось на какие-то неприятные части… Он еще не знал, как поступит, но был уверен только в одном: «Мне не нужна эта вода, перегнанная из плоти Джемиса».
— Но это же… вода… — сказала Чени.
Джессика подивилась тому, как было произнесено это слово — вода, как много смысла оказалось в этих четырех звуках. Ей припомнилась одна из аксиом Бинэ Гессерит: «Чтобы выжить, надо уметь плавать и в незнакомых водах». Джессика подумала: «А теперь нам с сыном придется познать эти воды, их глубины и токи… если мы хотим выжить».
— Ты примешь воду, — произнесла Джессика.
Тон, взятый ею, она использовала только один раз. Однажды ей пришлось потребовать от своего погибшего герцога, чтобы он принял крупную сумму, предложенную ему за поддержку в некоем сомнительном предприятии, потому что деньги так нужны были тогда Дому Атридесов.
На Арракисе деньгами была вода. Это было очевидно.
Пол молчал, понимая, что поступит, как приказывала мать, и не потому, что это был ее приказ, просто тон ее голоса заставил его переосмыслить свои поступки. Если он откажется, — нарушит все обычаи Вольного народа.
В памяти проступили строки 467-ой кальмы из Библии О. К., подарка Юэ, он произнес:
— «Из воды началась жизнь».
Джессика глядела на него. «Откуда он знает эту цитату? — удивилась она. — Ведь мистериям его еще не учили».
— Да, так говорят, — согласилась Чени. — Гиудихар мантене: написано в Шах-Намэ, что первой Господь создал воду.
И непонятно почему, что обеспокоило ее больше, чем само неприятное чувство, Джессика вдруг задрожала. Чтобы скрыть смущение, она отвернулась, и вовремя — солнце садилось. В небе, над оседавшим за горизонт диском, заполыхали буйные краски.
— Время настало!
В пещере прогремел голос Стилгара:
— Оружие Джемиса убито, а Джемиса позвал к себе Он, Шай-Хулуд, назначивший фазы лун, что день ото дня тускнеют и становятся подобными изогнутому узкому серпу. — Голос Стилгара притих. — Так случилось и с Джемисом.
Молчание окутало пещеру.
В темном дальнем ее углу Джессика заметила серую призрачную фигуру Стилгара. Она оглянулась — из котловины повеяло прохладой.
— Да приблизятся друзья Джемиса, — произнес Стилгар.
Позади Джессики завозились люди, накидывая покрывало на вход. Глубоко в пещере над головами вспыхнул один светошар. На его желтый свет собирались люди, Джессика услышала шорох одеяний. Чени отступила в сторону, словно привлекаемая светом.
Склонившись к уху Пола, Джессика шепнула семейным кодом:
— Следуй за ними и поступай как они. Будет простой обряд, чтобы успокоить тело Джемиса.
«Нет, не так», — думал Пол, ему показалось, что вот-вот нужно будет не только ухватить нечто бегущее мимо, но и остановить его движение.
Чени скользнула к Джессике, взяла ее за руку:
— Пойдем, сайидина, мы должны сидеть порознь.
Пол смотрел, как тают в тени их фигуры, оставляя его в одиночестве. Он почувствовал себя заброшенным.
Прикрывавшие вход подошли к нему сзади:
— Пойдем, Усул.
И он, не сопротивляясь, последовал за ними, потом его втолкнули в круг людей, обступивших Стилгара, стоявшего под светошаром возле какого-то угловатого свертка, укрытого одеянием. Пол встал среди них, не отрывая глаз от Стилгара, от черных теней, брошенных светошаром на его глазницы, от яркого зеленого платка на шее. Переведя взор на укрытую одеянием груду у ног Стилгара, Пол заметил под тканью гриф бализета.
— Душа оставляет тело с восходом первой луны, — нараспев начал Стилгар, — так говорят. И когда этой ночью увидим луну, кого мы вспомним?
— Джемиса, — хором отозвался отряд.
Повернувшись на пятке кругом, Стилгар окинул взглядом лица собравшихся.
— Я был другом Джемиса, — сказал он. — Когда у Дыры-в-Скале на нас коршуном пикировал аэроплан, Джемис втянул меня в безопасное место. — Он наклонился к груде у ног, поднял из нее одеяние. — Его беру я, как друг Джемиса, по праву предводителя. — Перекинув одеяние через плечо, он выпрямился.