Чтение онлайн

Чейз напрягся.

Он сказал это не просто так.

Дек ненавидел отца Чейза. Трейн Китон отвечал ему тем же.

Дек получил полную стипендию в частной школе, которую посещал Чейз, но не благодаря деньгам. Его отец работал электриком. Хорошая профессия, но неприемлемая в жизни аспенских Китонов. Не важно, что IQ Дека был сто пятьдесят, — признанный гребаный гений. Для Чейза он не являлся хорошей компанией. Когда Дек не отправился изучать способы лечения рака или помогать правительству создавать оружие космической эры, а использовал свою превосходную логику и более высокий интеллект, чтобы творить чертовски пугающее дерьмо, Трейн решил, что это доказательство того, что все это время он был прав.

Но сейчас цель Трейна состояла не в этом.

Он сообщал Чейзу, что за ним следят.

Это не удивляло, а раздражало. Дек определенно мог постоять за себя. Когда вы в мгновение ока могли рассчитать свой рост, вес, мышечную массу, силу замаха, прицелиться и нанести удар, точно зная, какой урон нанесете, любому, кто с вами свяжется, не поздоровится. И это была не теория. Когда они вместе учились в старших классах и колледже, Чейз видел это на практике. Джейкоба Декера никогда не побеждали не только потому, что он был чертовски высоким и очень сильным, но и потому, что он был чертовски умным.

Но если Трейну и его шайке придурков не хватит терпения, они могут нацелиться на кого угодно, чтобы донести свою точку зрения до Чейза.

Дек был на линии огня.

Он сделал мысленную пометку позвонить Деку по пути в больницу и повторил:

— Отойди.

Взгляд Трейна не отрывался от сына.

— И если продолжишь встречаться с Фэй Гуднайт, твоя мать захочет с ней познакомиться.

Трейн отступил назад, потому что у него не было выбора, так как Чейз выскочил из машины.

Но Трейн не отступил далеко, просто дал сыну место, так что Чейз, к сожалению, оказался с ним нос к носу.

— Даже не смей дышать с ней одним воздухом, — прошипел он.

— Ты так и не усвоил, что показывать свои чувства — невыгодно, — ответил Трейн, в голосе которого звучало раздражение от того, что Чейз не выучил один из многих бесполезных уроков, которые он пытался вдолбить ему, когда Чейз был ребенком.

— Этому научила меня мама. Любой, кто захочет сблизиться со мной, будет знать, что я за человек. Мне нечего скрывать. Чего ты не понимаешь, так это того, что настоящий мужчина — тот мужчина, которым я хочу быть — ничего не скрывает.

— Это глупо, — сказал Трейн с ехидством.

— Это забота, — твердо возразил Чейз.

— Ты не позаботишься о себе, Чейз, отдаваясь кому-то полностью.

— Я не говорю о заботе о себе.

— В этом твоя ошибка.

— Нет, видишь ли, такой человек, как ты, тратит свою энергию на то, чтобы спасти свою задницу. Такому человеку, как я, на это насрать, и вместо этого он изо всех сил старается заботиться о тех, кто стоит его усилий. Итак, моя мысль такова: мне не насрать на людей, свяжешься с ними — свяжешься со мной.

— И Фэй Гуднайт стоит этих усилий?

Чейз не ответил.

Трейн какое-то время не сводил с сына глаз, а потом пробормотал:

— По крайней мере, у нее есть степень магистра.

Они проверили Фэй.

Не совсем неожиданно. Это произошло раньше, чем он мог предположить. Что тоже раздражало.

— Для тебя Фэй не существует, и я познакомлю ее с ма, когда сам решу, — отрезал Чейз.

— Тогда мне жаль расстраивать тебя еще больше, Чейз, поскольку сегодня утром за завтраком я поделился с твоей матерью, что ты кое с кем встречаешься. Подумал, это разумно, после того как узнал, что вчера вечером ты ужинал с ее родителями у Розалинды.

Чейз почувствовал, как на щеке дернулся мускул.

— Дела развиваются быстро, — тихо заметил Трейн.

Чейз выдержал взгляд отца и стиснул зубы.

— Валери даст тебе время. Она не захочет давить. Полагаю, у тебя есть около пятнадцати минут, прежде чем она позвонит и пригласит вас с Фэй на ужин.

Бл*ть.

Бл*ть.

— Она очень взволнована, — продолжил Трейн, но его губы скривились, и у куска дерьма хватило смелости закончить: — Мисти ей никогда особо не нравилась.

С Чейза было довольно.

— Ты отойдешь или мне придется тебя переехать?

— Мы еще не поговорили.

— Никакого разговора не будет. Две секунды. Отойди, или я перееду тебя.

Трейн выдержал взгляд сына.

Затем его голос слегка изменился, и он прошептал:

— Ты же знаешь, мне не по душе то, что с тобой случилось. Ты также должен знать, что я не хотел, чтобы ты видел то, что видел.

— Это произошло. Я это видел. Все твои деньги не смогут этого изменить.

— Тебе нужно позаботиться об Уокерах, — тихо посоветовал Трейн.

— Они сами могут о себе позаботиться. Тай принесет мне твои видео. Я напишу тебе, когда ты сможешь прислать за ними лакея.

Это было еле заметно, но Чейз стоял достаточно близко, чтобы увидеть облегчение, промелькнувшее на лице отца.

Затем Трейн сказал:

— Ньюкомб.

— По правилам.

— Чейз…

Чейз подался вперед так, что их носы почти соприкоснулись.

— По правилам, отец. Отзови своих головорезов. Это дерьмо не исчезнет, пока ты не вытащишь голову из задницы, не обратишь внимание на других и не перестанешь взваливать свои проблемы на чужих.

— Они теряют терпение, — прошептал Трейн.

— Это не ускользнуло от моего внимания, поскольку человек мертв.

Трейн открыл было рот, чтобы заговорить, но когда он это сделал, у Чейза скрутило живот, потому что он должен был заставить замолчать ублюдка.

— Не надо, — прошипел он, и как только это прозвучало, Трейн закрыл рот. — Предупреждаю ради ма. Скажешь мне сейчас какое-нибудь дерьмо, я войду в это здание и доложу об этом. Так что не надо. Не давай понять, что тебе известно об убийстве и взломе. Помоги мне не волновать ма и держи свой гребаный рот на замке.