Чтение онлайн

– Мне надоело, мама, надоело! – я повысила тон и зашла на кухню, – Мне надоела такая жизнь. Вы мне вот тут уже сидите! – начинаю плакать, – Я устала от вас...!

– Ах ты дрянь такая…! – я получила пощечину, – Зачем я тебя вообще рожала! Ты мне всю жизнь загубила! – кричит она.

Моя ладонь прикоснулась к горящей щеке. В проеме показался Дэвид. Я чувствую, как внутри нарастает поток эмоций. Глубоко дышу и ощущаю, как во мне бушуют негативные мысли, желание все высказать.

– Чем от тебя пахнет? Ты пила, Эмили?! – скорее это звучало не как вопрос, а как утверждение.

– Ты думаешь, она любит тебя? – говорю я спокойным голосом с ноткой ненависти.

– Ты слышишь меня?! Ответь на вопрос! Сколько ты выпила?! – я не обращаю внимания.

– Она ждет отца, который скоро выйдет из тюрьмы, – я повернулась к кухонному столу и судорожно открыла нижний ящик, где хранятся все письма, квитанции, счета. Я нашла нужный конверт и развернула клочок бумаги. – Ты для нее игрушка, как предмет пользования, – я ткнула письмо в лицо Дэвида. – Я ненавижу вас! – еле заметно помотала головой, глаза показали невысыхающие слезы.

Наверное, я плачу потому, что боюсь потерять все, что имею сейчас. Я задыхаюсь собственными стонами и начинаю рыдать еще громче. Мне больно. Мои пропитанные болью слезы скатываются со щек, словно лезвие по гладкой коже. Пристрелите меня, прошу.

– Давай…еще сильнее…ну же, давай…! – бормочу я про себя, – Тебе же это нравится…нравится тебе это… – сжимаю зубы.

Я на полу. Нервно скребу ногтями по паркету. Волосы прилипли к влажным щекам. Вздрагиваю, зажмуриваю глаза, когда получаю больной удар ремнем. Я не могу, я просто не выдержу всего этого…хватит! К горлу подходят горячие слезы.

– Если еще раз ты позволишь себе что-то подобное, тебе придется дорого поплатиться! Ты поняла меня?! – я молча кивнула.

Я отползла от него на метр и прильнула к холодной стене, поджав под себя ноги. Его злые и полные гнева глаза переметнулись от меня к лестнице. Он оставил меня, чему я была, несомненно, рада. Я повалилась на один бок и стала откашливаться. Мое тело гудело, словно меня ударили электрошокером. Ноги тряслись, глаза никак не могли сфокусироваться. Я давила локтями себе в живот, запустила руки себе в волосы и сжала кулаки. Я готова закричать. Узнает весь мир, я клянусь…! Быстро пристрелите меня! Немедленно!

– Этого не будет больше. Никогда. Ни за что. Хватит, – судорожно запихиваю вещи в рюкзак, – Меня не будет здесь.

Я облокотилась на голую стену своей комнаты. Медленно вожу глазами из одного угла к другому. Сколько всего я пережила здесь за эти годы. Сколько слез и ругани и слышала, ощущала на себе пронзительные взгляды, терпела боль. Я затаила дыхание, приоткрыла рот. Слезы хлынули из глаз. Я спустилась на колени, обняв рюкзак.

– Черт… – выдохнув, я стала разбирать вещи.

Что меня остановило? Возможно, боязнь остаться действительно никому ненужной. Я боюсь будущего. Смех Эвана был не случайным и не просто так. Я действительно не смогу сделать того, что хотела. Побег сильно скажется на моей жизни. Я даже не могу предположить, в какую именно сторону для меня обернется такой поступок. Вся в слезах и полного опустошения я упала на кровать, руками обвила подушку и уснула, словно ничего не произошло.

– Эмили, собирайся, мы через полчаса уезжаем! – с этих слов начался мой день.

Я открыла глаза и первое, что я увидела, была стена. Серая, побитая с 3-мя дурацкими надписями, сделанные мною, когда моя жизнь кардинально изменилась. Каждое утро я перечитываю строки, и мое сердце обливается кровью. Мне стоило замазать эти слова, стереть их из моей памяти, ибо они напоминают мне о самых ужасных событиях, но в то же время они побуждают меня бороться. Я иду по списку с низу в верх. Последнее, что я написала: «Здравствуй, добро пожаловать в ад» – эта фраза появилась на четвертый день пребывания Дэвида в нашем доме. Когда я первый раз его увидела, я подумала, что все же есть шанс все исправить, но спустя четыре дня мои надежды рухнули в один миг. «Как дальше жить, Эмили?» – тогда я поняла, что значит настоящая боль. Помню, как долгое время не ходила в школу. В тот период моей жизни со мной работали психологи, которых я ненавидела. Я мысленно посылала каждого, если они упоминали моего отца, задавали вопросы, от которых краснели глаза, показывали непонятные мне картинки. Самая первая запись, с которой все началось: «Я ненавижу» – я сделала ее на следующее утро, когда моего отца забрали в полицейский участок. Меня терзали мысли, что все закончилось. Мне было 12. С той поры мои представления о мире и людях поменялось, словно мне открыли глаза и заставили вздохнуть всеми легкими угарный газ и ощутить вкус предательства, он напоминает мне привкус метала, например, лезвие ножа на котором остались следы крови.

– Это чистая одежда, возьми ее с собой. Не забудь зубную щетку. Мы вернемся завтра вечером, поэтому возьми все необходимое, – дверь в мою комнату открылась, мама кинула на кровать постиранные вещи, – Эмили, вставай сейчас же! – ее спокойный голос перешел на неприятный визг.

Она стянула одеяло, и мое тело покрылось мурашками от внезапного холода. Когда она закрыла за собой дверь, я невольно сползла с кровати и напялила повседневную одежду. Я одела темно-синие джинсы, белую майку и накинула черный кардиган. Собрала волосы в неаккуратный пучок, подвела карандашом глаза и стала собирать вещи. Я быстро закинула необходимое в рюкзак и села на кровать, облокотившись спиной на стену. Поджав под себя ноги я повернула голову и посмотрела на свои записи. Я потянула рюкзак за лямку, залезла в маленький карман и нащупала свой школьный пенал. Я вытащила из него канцелярский нож. Сев на колени лицом к стене и чуть наклонив корпус вперед, я начала царапать слова, которые крутились в голове. «Дыши, тебе это необходимо». Я хотела, чтобы эта запись осталась навсегда. Как и в моем сердце, так и на этой стене, хранившая воспоминания.

Я остановилась напротив машины. В отражение стекла я видела себя и… мои трясущиеся руки, волнение на лице и глаза, полные страха. Дэвид что-то укладывал в багажник. Мама только что прошла мимо меня и села на переднее сиденье.

– Эмили, сядь в машину, – она опустила стекло и кинула на меня грозный взор.

Мои ноги будто вросли в землю.Я не шевелюсь, исподлобья наблюдаю на Дэвидом. Он резким движением закрыл багажник и направился к месту водителя. Открыл дверь, но не спешил сесть в салон.

– Садись, – сказал он прежде, чем закрыл за собой дверь.

Машина завелась, а я еще стою на территории своего дома. Они готовы уехать прямо сейчас.

– Эмили, немедленно сядь в машину.

Я еле как проглатываю ком в горле. Поворачиваюсь и иду вдоль дороги, не смотря назад. С каждым шагом я становлюсь дальше от машины, от дома. Я сжимаю кулаки и увеличиваю темп. «Что происходит, что я делаю? Нужно немедленно возвращаться!» -думаю про себя.

– Черт, что она творит? – слышу позади себя голос матери.

Я перехожу на легкий бег. Слышу, как двери автомобиля захлопнулись и ко мне приближаются быстрые шаги. Я бегу, я бегу изо всех сил. Господи, что я делаю?! Я не перестаю слышать биение своего сердца, оно только усиливается. Поворачиваюсь, при этом продолжаю бежать, вижу, как мама стоит у машины, а Дэвид почти догнал меня. Из глаз слезы, ноги стали ватными, а внутри я не нахожу больше сил. Я спотыкаюсь, падаю и тут же меня обвили его руки. Грубыми движениями он поднимает меня с земли, резко дергает за руки. Мои коленки ноют от боли, руки готовы оторваться от туловища, а разум полностью покинуть меня. Моя попытка сбежать не удалась, провалилась вместе с моими надеждами. Боже, я пыталась ускользнуть прямо у них на глазах. Это так глупо. Скорее, это просто крик души. Я думала, что убегу от своих проблем, а оказалось, что я только еще больше их создала. Ярости Дэвида и злости мамы не было предела.