Чтение онлайн

— Мы бедны, да? У Дерева Граждан ничего нет.

— Вы бедно живете. Правда, у вас есть ГРУМ, но вы не умеете им пользоваться… Да, вам же еще принадлежит часть Нароста. Как только отец продаст его, он отдаст вам вашу долю. Разер?

— Да?

— Я думаю, я все-таки выйду замуж за Раффа. Разер повернулся и внимательно посмотрел на нее. Внутри у него словно что-то оборвалось. Раньше он никогда такого не испытывал.

— Может, мне лучше куда-нибудь уйти? — выдавил он.

Девушка упорно прятала от него свои глаза.

— Я уже три года не видела Раффа. Разер, я думаю, будет лучше, если он ничего не узнает про то, что мы…

— Делали детей. Я не буду кричать об этом на каждом углу.

— Хорошо. Но я никогда не стала бы толкать тебя во Флот, просто чтобы избавиться от тебя! Ты не подумай ничего такого! Я даже не знаю, хорошо это или плохо. Я не принадлежу Дереву Граждан, и я-не ты. Не отказывайся от этого предложения только ради того, чтобы остаться со мной.

— У меня и в мыслях не было вступать во Флот.

Разер отвернулся и снова принялся разглядывать небо. Все-таки он был на дежурстве.

Теперь, когда он знал, что следует искать, наблюдать стало очень интересно. Шарики джунглей были повсюду, большей частью они дрейфовали неподалеку от Тьмы, на некоторых из них виднелись буквы. То и дело попадались деревянные кубы или сразу целые скопления кубов, искусно расписанные яркими красками. Через Тьму проходили быстро разносимые ветром полоски пара.

— За три года люди меняются, — произнес он.

— Да, конечно, — ответила Карлот. — Может быть, мы придемся не по вкусу друг другу. Посмотрим. Разер, я просто хочу сказать, если мы сойдемся, я выйду за него. Белми — первый среди концернов лесорубов и самый могущественный из них.

Шлем находился в термитнике вот уже более двадцати часов. Кенди прогнал запись через свой мозг, классифицируя информацию, делая выводы, отмечая кое-что для себя. Когда он все изучил, то снова вернулся к началу.

Постепенно у него начинал складываться образ Адмиралтейства.

Здесь встречалось больше неизвестных растений, нежели новых видов животных. Животные в Сгустке, равно как и в Дымовом Кольце, обладали все той же усовершенствованной трехсторонней симметрией. В глаза бросалось отсутствие уравновешенных приливом растений — нисколько не удивительный факт. Определенный интерес представляли местные здания. Все менее примитивное, чем выскобленные изнутри шарики джунглей, имело форму кубов. Такое впечатление, будто здания эти строили все еще с учетом действия сил гравитации… хотя не совсем — дополнительные структуры, прикрепленные к ним, могли выступать под любым углом, а двери и окна делали в любой из их шести стен. Точь-в-точь детища Эскера.

На некоторых зданиях к одному из углов была приделана большая квадратная доска в форме плавника. Внутри Сгустка постоянно буйствовали ветры. При переключении на инфракрасный свет на экране проступали небольшие вихри-водоворотики, «пылевые дьяволы», только без пыли. Без такого плавника дом бы постоянно швыряло из стороны в сторону и переворачивало, если только он не был прикреплен к какой-нибудь большей структуре.

Но почему здесь работал только один Рынок? Создать еще один не представляло никакой сложности. Дома были разбросаны по всей внешней части Сгустка. Многие из них все время плавали в полном одиночестве. Такая изоляция бессмысленна. Она плохо действовала на людей: они чувствовали себя брошенными на произвол судьбы.

Положение дерева в пространстве то и дело менялось. Камеру, установленную в шлеме, кидало из стороны в сторону. До Кенди доходили лишь обрывочные картины Рынка, но и на них он сумел кое-что разобрать.

Большинство зданий было крепко привязано к огромной раме Рынка. Плохо. Кенди как раз хотел предложить им что-нибудь подобное. Если ему все-таки удастся установить с ними контакт, обязательно надо предложить им что-нибудь, поделиться с ними крупицей своих знаний, которая улучшит их жизнь. Он знал, как создавать процветающую цивилизацию — через какую-то сотню лет Дымовое Кольцо станет новым Государством, но ждать сто лет он не мог.

Электричество? Даже в Сгустке никогда не наступала настоящая ночь. Но как они освещают свои дома?

Он сразу узнал стеклянный бак, снятый, по-видимому, с одной из посевочных ракет «Дисциплины». В инфракрасном свете виднелся какой-то острый шип, выходящий из него: хлорофилл. Они переделали его в гидропонный бак. Стоящий поблизости полушар оказался старой спасательной палаткой, покрытой тонкими деревянными планками, ее прозрачные пластины были открыты настежь.

Все остальное на этой раме сделано из материалов Дымового Кольца, в основном из дерева, но к одной из мачт был привязан шар джунглей.

На здании, плывущем сразу за Рынком, Кенди заметил большое панорамное окно — ветровое стекло, снятое с ГРУМа. Кроме него никакого стекла в округе не наблюдалось. Это потому, что нет песка?

Между зданиями виднелись движущиеся фигурки людей, словно листья на осеннем ветру. Группки детей обязательно сопровождали один или два взрослых человека…

Я должен узнать об этом побольше. Но как заставить их пронести шлем на Рынок?

Бус находился рядом с ракетой, в коробке мирно тлели уголья, неподалеку на часах стояли Дебби и Клэйв. В небе кишела жизнь. Оставалось только надеяться, что Карлот и Разер серьезно отнесутся к своим обязанностям дежурных… Кроме того, у них будет возможность спокойно поговорить.

Немного в стороне дрейфовало судно Флота. Следило, чтобы бревно причалило на безопасном расстоянии от Рынка. От бревна Белми оторвалась ракета и направилась в сторону «Бревноносца».

Теперь всем станет известно о Бусе и его поврежденном дереве.

Он возвращался как нищий.

Конечно, у них есть Нарост и серебряный костюм, спрятанный неподалеку от него. Но лучше бы ничего этого не было. Адмиралтейство вполне могло обвинить его в «сокрытии предметов жизненной важности» — в одном из самых тяжких проступков. Стоило ли так рисковать просто ради того, чтобы иметь возможность переговорить с Джеффером-Ученым? Но выбора у него не оставалось. Он почти дома. Бревно Белми впереди него огибало Рынок. На стволе, со стороны отсутствующей кроны, виднелись следы мачете. Белми уже успел продать часть своей древесины.