Шрифт:
Введение
Однажды на разноголосый диалог полушарий мозга обратил внимание их владелец. Он терпеливо выслушал всё до конца, а потом записал, оставив ячейки памяти свободными… для последующих разговоров.
«– Как получается, выбирая свой путь, мы остаёмся с тем вариантом, который уже отбросили? – рассуждал первый вдумчивый голос.
– В смысле? – переспросил второй, грубый и ироничный.
– Хорош прикидываться, слышал, наверное, и не раз: «Как же так, я ведь не этого хотел?!»
– Чушь! На это никто и внимания не обращает.
– Да?! – удивился первый, – А самокопание? и парадоксальное следствие: «Это точно не мой выбор!»
– ???..
– Молчишь? Тебе не нравится игра в демократию?
– А кому понравится, когда в последний момент лишают права выбора, подсовывают непонятный результат!
– Вот то-то и оно, а когда уже начинаем движение, понимаем, что не туда идём, но продолжаем идти?
– Инерция, хотя, возможно, топтуны, а не часовые…
– В смысле? – удивился первый.
– Стоять не можем на одном месте, – пояснил второй.
– Понятно, поэтому всегда налево и тянет.
– Это ты про жену что ли?
– Нет, это про мужа… Имеем постоянное желание двинуть в сторону, сигануть в кусты почти на каждой путевой развилке.
– А-а, догадываюсь: поменять работу, квартиру, страну! – съязвил второй.
– Не совсем, но параллельно.
– Тогда вспомни известное выражение: все под богом ходим!
– Вот, и штампы тоже. Вывод ужасный: мы уже на чьей-то стороне! – подвёл итог первый.
– О какой стороне речь? – заинтересовался оппонент.
–Об этом узнаем в конце жизни.
– Ты сейчас про какую сторону, людскую, человеческую?
– Нет такой стороны!
– Подожди, как нет? Но мы не животные, не насекомые… и не растения?..
– Мы – «Рабы божьи».
– Ну-у, нагородил! – разочарованно протянул второй. – Зачем тогда нам сознание?
– И я не знаю. Кто-то играет с человеческим мозгом, манипулирует нашим сознанием, причём не в одиночку.
– Ух-ты, завертел! – с ироническим восторгом бросили первому.
– Вот так: у каждого играющего – свой стандарт.
– Это получается, мы кому-то должны составить пару? – стал уточнять второй.
– Ну, да, оставаться с кем-то в одном шаблоне – двойной стандарт их не устраивает, как и нас.
– Двойной стандарт – это когда одно для себя, второе другим?
– А есть ещё что-то?
– Нет, всё правильно, единственное, «для себя» может меняться кардинально в каком-то промежутке времени.
– Так каждая сторона тянет наше сознание к себе, рвёт его на части.
– Согласен: или я под всех, или другие как я.
– Это наша жизнь, бытиё, если хочешь.
– А что они хотят?
– Думаю: каждому нужно, чтобы моё «Я» оставалось на его стороне, – снова повеяло рассудительностью от первого голоса.
И тут же последовала смешанная с сомнением ирония второго:
– А моё?
– Ну и твоё.
– Это так нас задёргают! Борьба-то нешуточная, каждый миг, секунду, час и день – шаг за шагом перетягивают канат.
– И я о том! А где правда-то?
– Правды много, но истина одна, и каждая из сторон утверждает, что она открыта лишь ему. А возможно такое, что она посредине?
– А ты представь: может ли «Я» оставаться твоим не по определению какой-нибудь стороны, а по сути?
– С трудом… – включился в рассуждения второй, оставив иронию.
– А если не противостояние сторон, лишился бы мир света и тьмы, добра и зла, хорошего и плохого…Возможна ли жизнь без них?
– Ты про духовное и материальное?
– И про это, а вообще, возможно ли человеческому «Я» оставаться воистину его? Впитать в себя обе противоположности, расширить сознание до таких границ, способных объять необъятное?
– Не знаю.
– И я не знаю.
Небольшая пауза, и опять начинает вдумчивый голос:
– Живём, хлеб жуём, не обращаем внимания на такие вещи.
– Верно подметил, и мыслим: это – для себя, с червячком – другим.
– Привыкли, кажется, так и надо. Наше мышление основано на двух понятиях: да и нет – и не может воспринимать их вместе и одновременно.
– Всё очень тонко и отвлечённо и в жизни происходит обыденно и неразличимо.
– А вот если кто-то неожиданно попытается нарушить двойной стандарт?
– Того вычеркнут из списка нормальных! – подхватил его почин второй.
– И всё?
– А ты как хотел? Нет человека, – и проблема отсутствует.
– Выходит им необходимо независимое «Я» признать ненормальным и вернуть сознание иноверца в прежнюю область восприятия?
– Выходит, – согласился второй.
– Так кто они? И сколько их?
– Тебя на конкретику потянуло?
– Причём тут конкретика? Только что появившийся на свет младенец не имеет двойных стандартов, мир в его восприятии един.
– С чего ты взял?
– Ну, как же, в первые дни и месяцы существования его сознанием управляет не мозг, что-то другое, за исключением инстинктов естественно.
– Это откуда ты взял? Помнишь младенчество?
– Из личных наблюдений и обыденных представлений.
– Ну, и?.. – затребовал дальнейших пояснений второй.
– Малыш в ознакомительный период воспринимает взрослых по-иному, сортируя на «хороших» и «плохих». На «уси-пуси» его не возьмёшь, раскусит сразу, а вот искренняя улыбка от сердца придётся ему по душе.