Чтение онлайн

– Отпусти, – сказала она.

– Да ты что, Ли, они же… – начал было возмущенно Змей.

Но грудастая предводительница не дала ему договорить.

– Я сказала, пускай убираются отсюда! Вы и так наворотили здесь горы трупов. И что толку? Тебе, что, крови мало? – со злостью глядя на помощника, сказала Ли и уже спокойнее добавила: – Тем более что среди них ни одного белого. Все они свободны.

– Как скажешь, босс! – недовольно пробурчал Змей.

Он был не согласен с решением начальницы, оставлять свидетелей было не в их правилах, он не понимал, почему это она вдруг проявила такую мягкотелость.

Но у Ли были свои планы, она интуитивно чувствовала, что не все потеряно, эти люди еще могут быть полезны, когда немного придут в себя. Не может вот так, в одночасье, бесследно пропасть многолетняя работа института. Где-то что-то есть, где-то что-то должно остаться, и она обязательно это выяснит.

Окинув взглядом все еще дымящиеся развалины, Ли крикнула:

– Змей! Собирай людей, уходим!

Действительно пора было уходить, с минуты на минуту должна была прибыть полиция, а встреча с ней не входила в планы бандитов.

Трупы погибших и раненые были уже погружены в машины, и буквально через несколько минут бандиты растворились в джунглях.

На территории разрушенного института осталась лишь горстка уцелевших сотрудников. Когда они поняли, что опасность миновала, что они остались живы, хотя многие уже мысленно возносили предсмертные молитвы, женщины наконец дали волю слезам, мужчины угрюмо молчали.

Южная Калифорния. Сан-Диего. Империал Бич

На правой стороне прямой, как стрела, дороги промелькнула табличка «Рамона – 2 мили», Алекс посмотрел на бензиновый счетчик: стрелка приближалась к нулю.

– Слушай, Эл, а не пора ли тебе порулить? Ты всю дорогу провалялась на заднем сиденье.

– Какого черта, Алекс? Я предлагала лететь самолетом. Ты сам начал изображать из себя путешественника. «Через всю Америку, это уже отдых». Вот и отдыхай. Кто тебе мешает?

– Да ладно тебе, Эл. Неужели не понравилось? И осталось-то миль двадцать, не больше. Заправимся в Рамоне, там и пересядешь. Могу я хоть немного расслабиться? – скосил улыбающиеся глаза на подругу Алекс.

– Опять заправимся! Ну и машину ты выбрал, ни одной заправки не пропустили! Ладно уж, пересяду. Только, – она приподняла крышку холодильника, стоящего между передними сиденьями, – расслабляться тебе нечем, пиво кончилось.

– Я же говорю, в Рамоне заправимся.

Это был их совместный отпуск, своеобразная компенсация от нового начальства Алекса за удачно проведенную операцию в Ираке, в которой участвовала и Элеонор Хемптон. Хотя операция была проведена удачно, последствия ее были катастрофические для высшего руководства ЦРУ и особенно самой Элеонор, она до сих пор еще полностью не оправилась. Временами замирала, становилась грустной, какой-то отсутствующей. Алекс в эти моменты старался ее не тревожить, прекрасно понимая состояние Элеонор.

Дело в том, что при проведении этой операции погибли ее родители. Они непосредственно не были задействованы в акции, но стали разменной монетой в грязной комбинации, которую чуть было не воплотил в жизнь ее дядя Джордж Хемптон, принадлежавший к высшему руководству ЦРУ и бывший в то время непосредственным начальником Алекса.

С самого начала операции, даже еще в момент ее подготовки, Хемптон совершил несколько ошибок, в результате которых планам его не суждено было сбыться, а сам он погиб от своей же ракеты в порту Басры. Главной его ошибкой была недооценка аналитических способностей Алекса, да и своей племянницы Элеонор тоже. Планы Хемптона были настолько грандиозны, что он рискнул пожертвовать семьей родного брата. Элеонор должна была убить Алекса там, в Ираке, и погибнуть сама, но вместо этого она влюбилась в него, доверилась ему, и они вместе разрушили человеконенавистнический план ее дяди.

Алекс также не устоял перед чарами Элеонор, хотя и долго не хотел признаваться даже себе в этом. Но случилось то, что случилось, и теперь они ехали в Сан-Диего в двухнедельный отпуск. Их ждало уединенное бунгало на песчаном пляже Империал Бич, четырнадцать дней ничем не сдерживаемого безделья и четырнадцать жарких ночей, сплошь заполненных, как они оба надеялись, любовными утехами.

Элеонор пришлось уйти с оперативной работы, а получить отпуск для нее не составило особого труда, Алексу же пришлось долго уговаривать новое начальство, но он своего добился, как впрочем, и всегда.

Наконец показались предместья Рамоны, и серебристый запыленный «Линкольн Навигатор» свернул на заправку.

– Полный бак, – сказал Алекс подошедшему пареньку в униформе и сунул ему кредитную карточку.

– Алекс, я тоже иду. Подожди меня, – сказала Элеонор, открывая широкую дверь джипа.

– А тебе-то зачем?

– Догадайся, напряги свои умственные способности, суперагент. Куда может хотеть человек после долгой дороги, я ведь не могу этого делать прямо за машиной, как некоторые.

– Почему? – дурашливо удивился Алекс.

– Потому что у меня нет такой штуки, как у тебя, – улыбаясь, ответила она.

– Какой штуки? – продолжал корчить из себя идиота Алекс. – А-а, понял! Да, отличная вещь! Не представляю, как вы без нее обходитесь?

– А кто тебе сказал, что мы обходимся без нее? Но, представь, как бы ты ко мне относился, если бы она у меня была?

– Да, вопрос!

– Причем дурацкий. Ладно, хватит молоть чепуху, – рассмеялась Элеонор и направилась к двери с надписью «Ladies». Он помахал ей рукой и вошел в другую дверь.

На Империал Бич они прибыли около полудня. Бунгало оказалось небольшим уютным домиком, но стоящим не в таком уж уединенном месте, как обещали Алексу. Элеонор их временное жилище понравилось, она поцеловала его в щеку и сказала:

– Слава богу, что ты не заказал огромный коттедж наподобие тех, что мы видели на Кони Айленде. Спасибо, милый.

– Ну я же знаю, что ты не любишь больших домов, – отозвался довольный Алекс. Он и сам не любил этих огромных вычурных домов со множеством холлов, лестниц, переходов. Наверное, это красиво и престижно, но как в них жить?