Двойник
Шрифт:
Но в кабинете, как оказалось, был и сам босс. Он лежал у забрызганной кровью стены, неловко подвернув под себя руку, и это был уже второй труп, увиденный Сергеем за последний час. Вот теперь он твердо был уверен в том, что убийство на даче связано с ним самим. Вокруг него происходили события, которым он не мог дать объяснения. Он вышел из кабинета, ничего не взяв, и спустился на первый этаж, стараясь ступать нешумно, хотя понимал, что вряд ли в доме есть еще кто-то, кроме него и мертвого босса.
Отъехав от особняка пару кварталов, Сергей остановил машину и из телефона-автомата позвонил родителям. Трубку сняла мать.
– Это я, ма, – сказал Сергей. – Дядя Виталик не звонил?
– Нет. А почему он должен…
– Нет, он ничего не должен, конечно. Тут такое дело, ма…
Мозг у Сергея работал, как часы. Точность во всем, он сейчас не имел права ошибиться ни в одном слове.
– Надо, чтобы вы с отцом уехали.
– Куда?
– К родственникам. К бабе Глаше хотя бы.
– Зачем?
– Надо!
– Что случилось-то?
А мозг уже услужливо подсказывал ответ, который стопроцентно будет принят матерью.
– Ма! Ну вот фирма моя… Там у меня проблемы возникли…
– Я так и знала! – заплакала мать. – Я знала, что Урал этот твой – никакая не командировка…
– Не надо, – попросил Сергей.
– Знала! – упрямо повторила мать. – И бизнес этот твой… Пропади он пропадом! Не было у тебя с этим счастья, я говорила, что тебе надо просто наняться к кому-либо…
– Ма! Позже поговорим…
– Ты приедешь?
И снова мозг подсказывал ответ.
– Я человека пришлю за вами. Прямо сейчас ему позвоню – и он через час за вами приедет. А вы с отцом уже наготове должны быть – с чемоданчиком. Он вас заберет и отвезет к бабе Глаше.
– А ты?
– А я на днях подъеду. У меня билет на послезавтра. Послезавтра я прилетаю – и сразу же к вам.
– Ой, что же это делается! – снова заплакала мать, вспомнив о своих страхах.
– Все! Мам! Собирайся! А я тому человеку звоню!
– Как его хоть звать? – всполошилась мать.
– Андрей, – ответил Сергей первое, что пришло ему на ум.
ГЛАВА 30
Через час он приехал в квартиру своих родителей. Поднимался по лестнице и отчаянно трусил. Ему представлялось, что мать разоблачит его сразу, как только откроет входную дверь. А поскольку у него чужое лицо, то сразу инфаркт и полная катастрофа. Нажал кнопку звонка, а сердце в груди колотилось и прыгало, как взбесившийся пинг-понговый мячик. Мать открыла дверь, взглянула невнимательно и затараторила виновато:
– Ой, вы за нами! А мы еще нет! Не собрались! Мы быстро! Мы прямо в две секунды!
И убежала в комнату. Обошлось. Сергей в комнату не прошел, остался в спасительном сумраке прихожей – поостерегся.
– Вы проходите! – крикнула ему мать.
Но Сергей только показал жестом: вы не волнуйтесь, мол, собирайтесь и поехали. Не решался говорить, потому что в этом был риск.
Отец принес чемодан. Вежливо поздоровался с Сергеем:
– Здравствуйте!
Сергей растерянно кивнул в ответ.
– Вы на машине? – спросила мать.
Да что же это они разговорчивые такие?! Сергей снова кивнул, а лоб уже покрывался испариной. Ведь так кивать и не говорить ни слова – тоже подозрительно. Чтобы упредить возможные дальнейшие расспросы, он подхватил чемодан и направился к двери, и так получалось, что сборы окончены и они уезжают.
– На дорожку присесть! – засуетилась мать.
Но Сергей уже вышел на лестничную площадку. Родители последовали за ним.
В машине он посадит их на заднее сиденье и всю дорогу будет молчать. Он за рулем, ему отвлекаться не положено, так что его нежелание общаться не будет выглядеть подозрительным. Привезет к бабе Глаше, а дальше… А дальше будет видно. Главное, что они будут уже не здесь. А позже он найдет способ им все объяснить. Подготовит сначала…
Он шел впереди и не видел родителей. А мать смотрела ему в спину и вдруг споткнулась, но не упала, ухватилась рукой за перила. Только и сказала потрясенно, глядя в спину Сергею:
– Сереженька! Что они с тобой сделали?!
И тогда он швырнул чемодан и бросился к матери. Подхватил, обнял, прижал к себе крепко. Выдохнул:
– Я все тебе потом расскажу! Позже! Ты же видишь! Я живой! Нормально все, ма!