Чтение онлайн

— А я хорошо тебя выучил, — вымученно, криво улыбнулся он Елене. — Ни царапины не получила…

— Отлично выучил. После сочтемся, — отрезала женщина и скомандовала, указывая направление. — На север! Там, за воротами, должны ждать…

— Знаю, — перебил Кадфаль. — Мы встретились. Они порывались бежать за вами, но я остановил, отправил с телегой дальше. Тут от меня больше пользы, чем от убогих.

Он дернул плечом, поправив безвольное тело Насильника. Пробормотал что-то насчет дурной традиции встречаться на бунтах и пожарах. Елена окинула площадь диким, страшным взглядом, буквально вбирая в себя образ королевской столицы, действительно обвалившейся в ад. Пайт-Сокхайлхей стал поход на муравейник, кипящий своего рода антижизнью. Здесь воедино смешались погромы, грабеж, насилие. Горожане, преступники, наемники, дружины — все превратились в Толпу, которая опьяняла сама себя безудержной жестокостью и никак не могла насытиться кровопролитием. Становилось жутко от одной лишь мысли, во что превратится эта вакханалия еще через пару часов.

— За мной, — сказала Елена, перекладывая меч в левую руку. — Ступайте за мной. Мы выйдем отсюда живыми. Я обещаю.

И они пошли вперед, сквозь огонь, кровопролитие, сквозь кромешный ужас и огненную тьму. Потому что такова была их судьба, созданная выбором и поступками.

__________________________

В другой, доброй вселенной, где по этой истории сделали бы сериал, прорыв из резиденции был бы показан сугубо через долгий крупный план лица Артиго, за которым смутно воюют размытые фигуры-тени. Капли крови, замершее лицо бледного парня и так далее.

Под соответствующую музыку:

https://www.youtube.com/watch?v=qkyfrRnvHZ0

Но мы не в доброй вселенной, так что можете просто представить :-)

Несколько дней спустя…

Графы чувствовали себя неуютно, и на то были все причины. Годами семейства Карнавон и Эйме-Дорбо бились насмерть, используя богатейший арсенал интриг, заговоров и убийств, а теперь… собрались за одним столом, без охраны и верных миньонов. Старые привычки изживать непросто, так что уверенности аристократам не прибавляло даже личное поручительство маркизы Вартенслебен. Тем более, что Биэль со свойственными ей безукоризненной вежливостью и тактом возила господ физиономиями по их же собственной луже.

— Подведем итог. Заговор провален. Мальчишка опять сбежал. Благородное общество расколото. Сплошные убытки и никакого профита.

Маркиза обвела долгим взглядом троицу, разместившуюся по сторонам квадратного стола. Закончила с едким сарказмом:

— Я ничего не упустила?

Эйме-Дорбо переглянулись, беззвучно шевеля старческими челюстями, в которых почти не осталось зубов. Карнавон посмотрела в окно, где под утренним ветром шумел садик. Дальше виднелась стена из красного кирпича, утыканная бронзовыми остриями, а за стеной зеленел парк северного берега. Впрочем, зелень уже изрядно подернулась оттенками желтого и коричневого — осень приближалась.

Обсуждать важные вопросы в Пайте никому не хотелось, город по-прежнему вонял гарью и жженой плотью, по улицам разъезжали двухколесные тележки божедомов. Мертвецкие бараки переполнились, над ними день и ночь висел тяжелый смрад гниения, а также плач отчаявшихся людей, что искали родных идрузей.

— Видимо, ничего, — подвела итог маркиза. — Через пять дней в столицу прибудет Его Величество. Что же мы ему предъявим?..

Вся троица дружно вскинулась, глаза засверкали болезненным интересом и недоверием.

— Император?.. — начала и не закончила Карнавон. Голос у нее был низковат и хрипловат для дамы благородного сословия, но это придавало даже некий шарм суровой женщине.

— Изволит почтить своим присутствием этот славный град, — продолжила мысль Вартенслебен. — Ради всеобщего блага и прекращения раздоров.

— Магия? — покачала головой графиня Дорбо. — Без магии не поспеть так быстро.

— Слишком много магии, — ее супруг наоборот, мелко закивал, что выглядело почти как старческая трясучка.

— Его крайне интересует все, что здесь произошло, — не дала сбить себя маркиза. — Кроме того, наш повелитель намерен осудить недостойное положение дел и короноваться по стародавним обычаям.

— Но… вопрос веры? — не удержалась одноглазая.

— Ибо негоже править великой державой всех людей, не будучи помазанным и нареченным достодолжно, — Биэль сначала как бы не услышала возглас Карнавон, однако затем обратила милостивое внимание. — Уверяю, вопрос веры больше не преграда.

— Интересно, — буркнул граф, скорее, чтобы обозначить свое присутствие и не отдавать полностью инициативу заклятой сопернице семьи.

— И это возвращает нас к прежнему вопросу, — гнула свое Биэль. — Что же мы предъявим императору? Помимо развалин, трупов и фиаско по всем направлениям?

— Не надо перекладывать на нас всю вину, — прошамкала старушка Эйме.

— Если уж делить ответственность, то на всех, — продолжил за ней супруг, отчетливо выделяя слово «всех».

Три графа молча и красноречиво уставились на высокородную гостью.

— Господа, — мягко и поощрительно улыбнулась Биэль. — Извольте не стесняться. Здесь нет свидетелей… ну, во всяком случае, я на это надеюсь.

Троица как по команде состроила злобные физиономии — ремарка герцогской дочери граничила с оскорблением.

— И мы можем высказать друг другу все, что следует и что считаем нужным, — как ни в чем не бывало, продолжила маркиза. — А также решить, есть ли возможность исправить ваш провал. Чтобы не возникло недопонимания, особо подчеркну — ваш.

— Это звучит крайне невежливо, — поджал губы Эйме.-Дорбо.

— Крайне, — поддакнула супруга.

— Ваша Светлость, — Карнавон обратилась вроде бы как следует, но с такой интонацией, за которую, скажем, брат Кай тут же начал бы вытаскивать кинжал. — Не стоит валить все на нас. Общей вины здесь поровну. По меньшей мере.

Эйме-Дорбо в унисон кивнули, вся троица переглянулась, будто пораженная тем, что в кои то веки сошлись на чем-то.

— Кажется, я чувствую намек на предателя, которого привезла с собой? — едва заметно приподняла бровь маркиза.

— Именно, — опять же в унисон отозвались пожилые графы. Карнавон лишь прищурила целый глаз, сверля взглядом Биэль. Впрочем, с тем же успехом она могла бы прожигать очами хрусталь.

— Что ж, — вернула неприятный, тяжелый взгляд маркиза. — Коль у нас пошла такая откровенность, напомню, что вы гарантировали мне знание, управляемость и выбор умелых исполнителей. Грубое, прямолинейное убийство Артиго было исключительно крайним средством на тот случай, если вы наложите в портки.