Чтение онлайн

– Да.

Виктор хлопнул ладошкой по столу.

– Ну что ты заладила! Что у тебя слов больше нет? Расскажи о чем-нибудь. Ну, давай.

– О чем?

– Ну я не знаю... Что ты любишь?

– Людей люблю.

– Так! А каких людей?

– Всех людей люблю.

– Отлично! А за что ты их любишь?

– Не знаю...

– Гм... ну ладно. А меня ты тоже любишь?

– Вас тоже люблю!

– Сильно любишь?

– Сильно люблю.

– А за что ты меня любишь?

– Не знаю.

Несколько минут Виктор смотрел на Девушку, а она смотрела на него. Потом он отвернулся, закрыл устало глаза.

– Ладно, иди. Я спать хочу.

Девушка бесшумно поднялась. Открыла замок, вышла на площадку. Заработал лифт, кабинка пошла по этажам; вот она остановилась, разошлись-сомкнулись двери, и лифт поехал вниз. Виктор потянулся к настольной лампе и нажал на выключатель. Комната погрузилась во тьму. Он лежал поверх одеяла и смотрел в потолок. И только тишина кругом. И полный покой.

Было чувство, будто он чего-то недопонял. Эта женщина... Они так странно разговаривали, что Виктор и сам теперь не мог вспомнить - о чем же таком они говорили? Запомнилась лишь напряженная фигура, серьезное лицо, да плотно сомкнутые колени. Сидит и молчит о чем-то своем. И он тоже молчит, будто боится нарушить её глубокую думу. Виктор знал одно: он должен еще раз повидать ее. Неужели он не сможет разобраться с этой женщиной и ее сексуальной проблемой? Она больна, это очевидно. И ей нужна помощь. Просто, она чего-то не учла в этой жизни.

– Я знала, что вы придете,- с улыбкой произнесла женщина, увидев его.Заходите.

Виктор буркнул что-то самому малопонятное и вошел.

– Раздевайтесь. Я как раз молоко приготовила. Будем пить молоко с хлебом. Знаете, раньше люди каждый день ели молоко и хлеб. Утром, в обед и вечером тоже.

– Скажете тоже. Что ж они, голодом сидели?

– Зачем, голодом? В молоке были все необходимые для организма микроэлементы и бактерии. Поэтому и не болели.

Виктор с удивлением слушал и пытался представить - смог бы он насытиться одним молоком, или не смог бы.

– Вы странный!- сказала она вдруг, как-то по особенному глянув на него.

– Странный? Но почему? Я обычный. Как все.

– Вы постоянно о чем-нибудь думаете. Что бы я ни сказала, вы сразу начинаете думать.

– Да?- расстроился Виктор.- А я и не замечал.

– Вы мне сразу понравились... когда я увидела вас, там. У вас был такой серьезный вид, словно вы решали мировую проблему.

Понравился... это как?.. Виктор нахмурил брови, но тут же спохватился. Действительно: что бы она ни сказала, он сразу начинает думать. Надо избавляться от этой привычки,- решил он.- Зачем думать, когда все должно быть и так ясно?

Они расположились возле журнального столика из черного полупрозрачного стекла. На столике стоял расписанный яркими цветами поднос, а на нём глиняный кувшин с молоком,- миска с крупными, словно разодранными ломтями хлеба, и два высоких стакана из голубого стекла. Женщина взяла кувшин и, придерживая его снизу рукой, наполнила стаканы до краев.

– Пейте. Берите хлеб.

Стараясь ни о чем не думать, Виктор поднял стакан с молоком, ощутив холод в пальцах. Женщина откусила кусочек хлеба, несколько крошек упало ей на колени, застряло в складках платья. Но она не обратила на это внимания. Отхлебнула из стакана.

– Пейте! Не бойтесь ничего.

– Да я и не боюсь,- ответил Виктор. Укусил хлеб и глотнул из стакана. Сосредоточенно, словно решая сложную задачу, жевали они в тишине хлеб и запивали молоком. Друг на друга не смотрели, как будто ничего такого особенного не происходит. Вот он, и вот она. Сидят, пьют молоко. Ну что такого?

– Ещё?- Она поставила стакан на поднос и вопросительно взглянула на него.

– Нет, спасибо.- Виктор допил молоко и поставил свой стакан рядом. Они откинулись одновременно на высокие спинки, положили руки на полированные подлокотники...

– Вот...- сказала она и грустно улыбнулась.

– Да,- ответил он, но улыбнуться не сумел. Хотел, да не получилось. Почему не может он чувствовать себя так же легко и свободно? А ведь это ей должно быть сейчас неуютно или даже страшно!

– Может, вы мяса хотите?- посмотрела она на него, приподняв брови.

– Мяса?.. Нет, не хочу.- Он покачал головой.- Я это... всё никак не могу разобраться...- Опустил глаза.- Вот вы... такая... нормальная... Так?.. И я нормальный... Но что-то такое у нас получилось, чего я никак не пойму. Вы учились, знаете много, а я что, простой работяга. Я многого не знаю, но вы то всё знаете? Верно? Так что...- Он замолчал, заблудившись в мыслях, не умея выразить свои чувства.

Женщина сидела не шелохнувшись, на лице ее читалось напряженное внимание.

– Вы хотите получить объяснение моего поступка?- подсказала.

– Да. То есть нет!- заторопился он.- Не так! Не объяснение, а вообще. Я многого, видать, не понимаю, а вы понимаете, вы в академии учились. Вы такая... такая уверенная и... красивая.

– Красивая?- удивленно переспросила она.

– Ну, не то что бы сильно. Не как роботы, конечно, но почти. Я потому вас и перепутал тогда.

Женщина несколько секунд пристально смотрела на него, и вдруг рассмеялась.

– Почему вы смеетесь? Я сказал что-нибудь смешное?

– Нет... Извините. Вы так сказали...

– Что?

– Про робота. Что я почти как робот!- Она снова засмеялась, закрываясь рукой. И Виктор тоже улыбнулся. И, осознав это, постарался сохранить улыбку на лице, запомнить ее. Надо же! Он почти уже смеется!

– Давайте я еще вам молока налью,- перестав смеяться и поднимаясь, сказала женщина.- Как вас зовут?

Он машинально поднялся.

– Виктор.

– А меня Мирослава.- Она протянула ему руку.