Чтение онлайн

– Черт, - проскрежетал Тагилов.
– На волосок были... На полволоска...

– Пронесло...

– А в сортире тебя не пронесло?!
– взревел генерал.

– Да уж чуть было... И сейчас едва живой, сердце колотится... А ну как этот начальник хренов запрос направит о прохождении доклада?

– Правильно, правильно, - с тоской простонал Тагилов.
– А не он, так другой, и не сегодня, так завтра... Шила в мешке не утаишь... Вот что, Сергей. Немедленно вызови ко мне Ганеева, Амелина, Широкова. Если спят дома - привези, если где угодно по службе - выдергивай. Понял? Срочно!

– Есть, товарищ генерал! Сюда их везти?

– С ума сошел?! На четвертую дачу... Машину мне.

"Четвертая дача", строго говоря, никакой дачей не являлась. Это было кодовое обозначение одной из конспиративных квартир МВД СССР, находящейся в личном ведении генерала Тагилова. Именно туда прибыли два часа спустя заместитель министра обороны Булганина генерал-лейтенант Ганеев, генерал-майор авиации Амелин, генерал Широков. Ни одно из этих высокопоставленных лиц не подчинялось Тагилову официально, тем не менее они незамедлительно выполнили его распоряжение.

После краткого взволнованного сообщения Тагилов подвел итог.

– Товарищи, ситуация складывается непростая. Мы запустили механизм столь сложный, что он в какой-то части не мог не дать сбой. То, что произошло сегодня - первый звонок. Медлить больше нельзя. Берия чрезвычайно опасен. Если он разоблачит нас, нам конец. Не знаю, что он сделает со "Сторожкой" - возможно, сам осуществит наш план - но что он сделает с нами, вполне понятно.

– Булгагин, Маленков и Молотов на нашей стороне, - сказал Ганеев. Хрущев и Микоян колеблются, но думаю, они тоже будут с нами. Мы напираем на позицию Берия по германскому вопросу. Никому не нравится, что Берия видит Германию единой...

– С другой стороны, - подхватил Амелин, - их подстегивает реальная угроза захвата Лаврентием власти. Арест Лаврентия...

– Никаких арестов, - категорично перебил Тагилов.
– Мы должны покончить с ним раз и навсегда. Только он всерьез угрожает нам. Хрущева, Маленкова и прочую шушару можно не принимать в расчет. Пусть творят, что хотят, за их спинами мы можем действовать совершенно свобдно.

– Значит, никаких арестов, - пробормотал Широков.

– Никаких, - подтвердил Тагилов.
– Операция должна быть проведена сегодня.

... Через много лет после совещания на "четвертой даче", уже на закате горбачевской перестройки, в советской прессе появились странные публикации об аресте Берия, как две капли воды похожие на версии, запущенные партийной верхушкой в пятьдесят третьем. Отличие состояло лишь в том, что автор ссылался на Георгия Константиновича Жукова, от которого якобы и услышал некогда данный рассказ. Правда, сам Георгий Константинович никаких воспоминаний об этом не оставил и своего участия в аресте не признавал, но кого интересуют такие мелочи?

Вот что буквально писал (от имени Жукова) автор этих публикаций.

... "В зале находились Маленков, Молотов, Микоян, другие члены Президиума. Берия не было. Первым заговорил Маленков - о том, что Берия хочет захватить власть, что мне поручается вместе со своими товарищами арестовать его. Потом стал говорить Хрущев. Микоян подавал лишь реплики. Говорили об угрозе, которую создает Берия, пытаясь захватить власть в свои руки.

– Сможешь выполнить эту рискованную операцию?

– Смогу, - отвечаю я.

Знали, что у меня к Берия давняя неприязнь, перешедшая во вражду. У нас ещё при Сталине не раз были стычки. Достаточно сказать, что Абакумов и Берия хотели в свое время меня арестовать. Уже подбирали ключи... Кстати, мне Сталин прямо однажды сказал, что они хотели меня арестовать. Берия нашептывал Сталину, но последний ему ответил: "Не верю. Мужественный полководец, патриот - и предатель. Не верю. Кончайте с этой грязной затеей." Поймите после этого, что я охотно взялся его арестовать. За дело.

Решено было так. Личная охрана членов Президиума находилась в Кремле, недалеко от кабинета, где собирались члены Президиума. Арестовать личную охрану самого Берия поручили Серову. А мне нужно было арестовать Берия.

Маленков сказал, как это будет сделано. Заседание Совета Министров будет отменено, министры отпущены по домам. Вместо этого он откроет заседание Президиума.

Я вместе с Москаленко, Неделиным, Батицким и адъютантом Москаленко должен сидеть в отдельной комнате и ждать, пока раздадутся два звонка из зала заседаний в эту комнату.

Меня предупредили, что Берия физически сильный, знает приемы джиу-джитсу.

– Ничего, справлюсь, нам силы тоже не занимать...

... Идем в зал. Берия сидит за столом в центре. Мои генералы обходят стол, как бы намереваясь сесть у стены. Я подхожу к Берия сзади, командую:

– Встать! Вы арестованы.

Не успел Берия встать, как я заломил ему руки..."

Цитировать дальше бессмысленно, потому что содержание этого и подобных текстов не имеет ничего общего с истиной. Кажется, сочинители даже не слишком заботились о правдоподобии. Иначе как объяснить возникновение нелепо-мелодраматической сцены рукопашной схватки Жукова и Берия в духе боевиков с Ван-Даммом? Не было этого, как не было и самого ареста, и последующего закрытого суда, и расстрела 23 декабря 1953 года.

На самом деле все произошло проще и страшнее.

26 июня 1953 года, вскоре после совещания на "четвертой даче", к особняку Берия на Малой Никитской подъехали два бронетранспортера. Машины беспрепятственно проникли во двор, ибо охрана (черт знает почему, как писал Булгаков в "Мастере и Маргарите") отсутствовала. Из бронетранспортеров оперативно выгрузилась спецгруппа - пятнадцать превосходно обученных убийц, персональная гвардия Тагилова. Никакого сопротивления, разумеется, Берия оказать не мог и не оказал. Убийцам даже не понадобилось входить в дом Лаврения Павловича, работавшего в кабинете, застрелили через окно. Труп вынесли на носилках, покрытых брезентом...