Чтение онлайн

Жестом показывая, чтобы учителя молчали, оборотень обратился к парню сам.

— Вас что-то не устраивает, молодой человек, во мне или в организации «Служба»? — Голубые глаза встретились с серыми.

— Пока только в вас, — спокойно ответил Дантэ, — Во-первых, вы согласились прибыть сюда, во-вторых, вы пытались взломать мой тайник, и в-третьих, вы считаете себя вправе сидеть в кресле хозяина дома.

— Наглый щенок, — беззлобно проговорил оборотень, вставая, и отошёл в сторону, чему-то довольно улыбаясь, жестом показывая на кресло, — Прошу, присаживайтесь. Нам всем и впрямь нужно поговорить. И мне кажется, что наше будущее сотрудничество будет полезно для всех, и в особенности вам Дантэ Дион… или Айшерэ?

— Не приписывайте мне такое «громкое» имя, Кериан, или лучше обращаться к вам Келирон Ри Анирэтион? — парировал парень. Взгляды вновь скрестились, но теперь оборотень был недоволен тем, что парень знает его настоящее имя и называет его при посторонних, а это значит, рассчитывать на то, чтобы давить своим авторитетом, не получится. Придётся искать другие рычаги, чтобы заполучить парня в Службу. Такой самородок должен находиться как можно ближе и быть на виду.

— Туше, щенок. Но я бы просил, никогда не говорить и не упоминать моё имя. Я не знаю, откуда вам оно известно, но прошу забыть и не вспоминать.

— Я подумаю над вашей просьбой, — и уже не обращая внимания на порыкивания и недовольный взгляд оборотня, Дантэ посмотрел на своих учителей. — Господа, теперь, когда здесь собрались все, кто хочет получить ответы, то вы можете задавать вопросы, на некоторые я отвечу. И желательно прекратить поиски других источников, они могут быть не так преподнесены.

Странно, но вот сейчас, при взгляде на парня, который сидел в своём кресле и смотрел на них, все растерялись и не знали с чего начать.

Намире казалось, что перед ним сидит не тот тихий парнишка, что живет здесь, к которому он привык за какие-то десять лет. Как будто с Дантэ слетел налёт скромности и невзрачности. Теперь перед ними сидел тот, кто может, как поощрить мягкой улыбкой, так и заставить нижайше пресмыкаться.

«Вот что делает с человеком настоящее имя и понимание, что всё сейчас зависит лишь от собственного решения» — пронеслось в мыслях Кериана. Он-то и решил первым начать вопросы.

— Мне бы хотелось узнать, как получилось, что вы слились с Хранителем?

— Всё очень просто, я и он сошлись во всём, а огонь завершил наше слияние.

Коротко, но кто сказал, что будет так легко узнать подробности, хотя попытаться ещё раз надо.

— Как и где вы встретились с ним? «Как» — я знаю: Хранители не покидают своей планеты, если к ним не прибыть и не совершить ритуал призыва. И даже если его провести, это не гарантирует полного слияния, лишь Охрану.

Дантэ молчал, но думал, как преподнести этим господам частичную правду, чтобы не рассказать всё. Что-то пока не хотелось говорить о прошлом, хотя сегодня они увидели часть той правды.

Проснувшись полчаса назад, он не рассчитывал на то, что его дом будет «громким», что в его дом придёт представитель Службы и что все эти мужчины будут искать тайны его прошлой жизни.

Он, конечно же, когда-то думал найти того, кто займётся этим, то есть разоблачением Айшерэ, Моэра и Ррадеско, но точно не рассчитывал на Службу.

Вспомнилось, как для интереса Моэр показывал досье на сотрудников Службы, хвастаясь, что он и многие из их компании, заслужили внимания со стороны Службы и что они, бывало, выполняют работу для такой мощной и сильной организации. А то, что дроу собирал досье, так это его банальная прихоть и инстинкт, который шептал, что рано или поздно всё это послужит билетом в лучшую жизнь.

Моэр выбирал не просто обычных сотрудников, а самых сильных, лучших, держащих власть. В немалый список входили и дипломаты, и начальники тайной службы, и приближённые к правительству, и многие другие. Среди имён был и этот оборотень, и благодаря возможностям своего мозга, Дантэ пришлось лишь немного напрячь память, чтобы его вспомнить.

— Я отвечу так, как мне этого хочется, но не рассчитывайте, что вся правда будет вам доступна. По крайней мере, я пока не готов к большой откровенности. — Дантэ решился ответить на некоторые вопросы, но так, чтобы не раскрываться полностью, чтобы не стать подопытным, только теперь у других учёных и под присмотром Службы. — Начну чуть издалека. Так, может быть, вам будет проще меня понять.

Парень скрестил руки в замок и, дождавшись, когда его учителя и Кериан будут готовы слушать, начал свой рассказ, надеясь, что им хватит той информации, что он предложит.

— Я был рождён в этом доме, примерно девятнадцать с половиной лет назад. Мои родители и я были счастливы здесь, вот почему, десять лет назад, я и Катрин вновь сюда прибыли. Год был для нас счастливым, пока нас не нашли агенты Службы, относящиеся к военной ветви организации. Я точно не знаю, что наговорил им тогда Ландэ Айшерэ, но после того, как «дедуля» забрал тело своего сына, невестку и внука, произошёл перелом в счастливой семье, и в самую плохую сторону.

Все трое учёных сделали всё возможное, чтобы остаться чистенькими в глазах общественности, и охотно помогали Службе, когда те подкидывали им задания. Вот только поместье для многих превратилось в персональный ад. И в этом аду я жил, видел, слышал, ощущал. Но так же знал, что мне и тем, кто попал в руки этим троим, не было выхода наружу.

Ррадеско — молчаливый, холодный, всегда ищущий что-то во всём и везде. Моэр — маньяк, садист, сумасшедший учёный, который видел всё в «сладком» спектре, ищущий наслаждение в том, что он делает. И Айшерэ — учёный с комплексом бога, мечтающий быть Демиургом, и для достижения своих целей, он свободно пожертвовал и сыном, и внуком.

Примерно за год до того, как была сделана эта запись, в мою комнату пришли Айшерэ и Моэр. Не прекращая свой разговор, эти… они активировали один артефакт, который с тупой болью нанёс мне на голову руны. Затем они ушли, лишь Моэр под конец посмотрел на меня, как на вожделенный приз…

Дантэ нервно сглотнул, чтобы сдержать свои эмоции и продолжить рассказ.

— Повторюсь, эта запись, что вы видели, была сделана через год после того, как на мне появились эти руны. Может быть, это способствовало тому, что мы легко сошлись с Хранителем, а может быть, только то, что в тот момент мы с Хранителем были рядом и он почувствовал родство.