Два в одном

Ему хотелось сбежать отсюда. Вырваться прочь за пределы городской застройки, устремиться вдаль. К спасению. Хорошо еще, что имелся автомобиль. Добротный черный японский седан, который, вздымая в воздух тучи пыли, мчался по проселочным улочкам.

В этом захудалом городишке больше нечего делать. Дмитрий намеревался не просто сбежать. Для него здесь буквально закончилась прошлая жизнь. Не то чтобы серая и скучная, но теперь все должно, обязано начаться с чистого листа.

Старый Дмитрий Ильин умер и остался в городишке, от которого в принципе мало что осталось. Провинциальный городок никто не заметит, даже если на него случайно упадет снаряд с бомбардировщика.

Автоматическая коробка резво отщелкивала передачи после очередного поворота. Частный сектор – это целый лабиринт для автомобилиста. Стоит только пропустить проезд – ни развернуться, ни нормальную дорогу быстро найти.

А сейчас это важно – город полон обезумевших людей. Можно только попытаться представить себе их лица: пустые глаза, никакого выражения осмысленности. Но при этом до жути шустрые, точно они всю жизнь только и делали, что бегали стометровки.

Конечно, насчет «полон», он может и погорячился. За последние дни населения городка очень сильно уменьшилось. Вряд ли в нем найдется хотя бы пара тысяч таких «людей». Но и одного достаточно, чтобы лишить жизни нормального взрослого парня.

Вот почему Дмитрий бежал. Он остался один. Один и без оружия. Нужна была помощь. Но, как выяснилось, помощь нужна не только для того, чтобы вернуться в город – но и для того, чтобы выбраться.

В городок вела только одна дорога. Небольшая, в две полосы. Еще вчера здесь кипела жизнь. И Дмитрий помнил об этом – он сам отдавал приказы рабочим, которые спеша, без проекта и десятков других подготовительных работ, городили стену. Вот уже показалась и техника: сваезабивные машины, огромные тралы, которые доставляли железобетон.

Да и саму стену уже начинали делать – десятки метров плит и опор серым полотном закрывали некогда живописный вид. Только вот рабочие, которых массово согнали чуть ли не со всех частных строек региона, сейчас имели самый недружелюбный настрой.

Ильин дал по тормозам так, что чуть не ударился лбом о стекло. Ремень безопасности он предпочел не пристегивать. Антиблокировочная система сработала на ура и автомобиль почти бесшумно остановился.

– Да что с вами со всеми такое? – пробормотал парень.

Стоит отметить, что он был далеко неглуп. Он получил пристойное образование и для своих двадцати с небольшим лет уже не один год работал под руководством одного из крупных промышленников региона – Константина Романова. Тут были кое-какие тонкости, разумеется.

Ведь толковый парень зачем-то проходил специальную подготовку в военных лагерях. А после того, как одно из основных зданий в областном центре перестроили под нужды огромной корпорации Романова, он заполучил там кабинет на верхнем этаже. Случилось это меньше года назад.

Когда осела пыль, Дмитрий посмотрел вперед. Может, ему показалось? Рабочие вели себя вполне обычно: махали руками, собирались в отдельные кучки. Может, с ними все в порядке?

Выходить из машины он не решился. Плавно нажав на педаль газа, двинулся вперед, внимательно высматривая на десятки людей. Все было мирно. Вот один из них нагнулся и поднял с земли молоток. До рабочих оставалось меньше ста метров – все отлично видно.

Коробка с легким жужжанием воткнула вторую передачу. Рабочие переходили узкую дорогу – все разные стороны, но тот, что держал в руке молоток, направился к одиноко стоящему работяге. Он положил ему руку на плечо, дождался, когда тот развернется, а потом с размаху саданул молотком по лицу.

– Да твою ж мать! – вырвалось у Ильина, когда ударенный даже не упал.

Со скулы свешивался здоровенный шмат кожи и кровь текла уже по самому подбородку. Другие люди не вмешивались в конфликт и вели себя так, словно ничего не происходит.

Несмотря на травму, которая должна вызвать по меньшей мере болевой шок, а то и вовсе потерю сознания, незадачливая жертва выдернула молоток из рук тупо стоящего противника и, ловко перехватив, засадила острие в череп по самую рукоятку.

Этого было достаточно, чтобы рабочий мешком рухнул на землю, а Дмитрий осознал, что оставаться здесь – совсем не лучшая идея. Он вдавил газ в пол и седан, стремительно набирая скорость, понесся вперед, сбивая тех, кто не успел отскочить в сторону.

Многие оборачивались на шум, агрессивно реагируя при этом. Махали руками, рычали, корчили страшные рожи. Парень за рулем даже не смотрел на все эти ужасы, сосредоточившись на том, чтобы проскочить между бульдозером и грузовиком.

У него почти получилось. Автомобиль лишь слегка цепанул ковш. Этого хватило, чтобы транспорт занесло, скинув с асфальтового покрытия на обочину. Дальше все пошло по инерции.

Автомобиль развернуло, несмотря на попытки заблокировать колеса, потом задняя часть завалилась в кювет, днище село на щебень и машина перекатилась на крышу. Хрустнул металл лонжеронов, лобовое стекло покрылось сеткой мелких трещин.

К месту аварии уже бежали люди. Как кровожадные дикари, они намеревались посмотреть, что за жертва им попалась. Дикими зверями они набрасывались на стальной корпус, цеплялись за колеса и пытались всеми способами проникнуть внутрь салона. Только безрезультатно.

Дмитрий лежал в очень неудобной позе. Да еще и при перевороте автомобиля он умудрился сильно приложиться виском. Боль пульсировала в голове. Его мутило, а в глазах разве что только не двоилось.

Он уперся ладонью в крышу, чтобы приподняться, но тут же ударился затылком о руль. Снаружи ревели десятки человек, которые не желали ему ничего хорошего. Кто-то пинал стекло в двери. Хорошо так пинал – тяжелым строительным ботинком с металлическим носком.

После второго удара стекло начало трещать, а с третьим развалилось в мелкую крошку, засыпав салон покореженного автомобиля острыми осколками. Дмитрий инстинктивно попятился назад и тут же рассек ладонь о десяток таких стеклянных крошек.

Он зашипел и поднес ладонь к лицу, всего на секунду, чтобы оценить повреждения. Кожа вся покрылась каплями крови, но та не струилась, что и показалось ему странным. В следующую секунду через разбитое окно цепкой хваткой его схватили за запястье и с силой дернули наружу.