Два миллиона (сборник)
Шрифт:
– Григорич, вы тут за Джоном поглядывайте. Русскому языку его научите.
– Не волнуйся, внучок, в обиду не дадим! – крикнул дед и позвал Джона: – Жора, пошли самогонку пить!
Джон уже понимал слово «самогонка» и поэтому, услышав слова Григорича, сильно скривился.
«Ничего, я не долго», – подумал Тони.
Глава 10
Тони дежурил у городского отделения милиции уже три дня, а Соскачева все не появлялась. Он угощал пивом дежурных офицеров и удивлялся тому, что те спокойного его употребляют на службе. Янки свел с ними знакомство, и милиционеры разрешили ему сидеть в небольшом тамбуре напротив дежурки и караулить Екатерину. За время, проведенное на посту, Тони сильно продвинулся в своих знаниях о незримой стороне милицейской работы. Теперь стойкий страх перед служителями закона стал составной частью его натуры, что приблизило его к облику настоящего российского гражданина.
Екатерина Викторовна появилась неожиданно. Тони, достигший таких высот в знании русского языка, что мог решать кроссворды, сидел на своем посту и скрашивал этим занятием свои скучные часы ожидания. Женщина прошелестела юбкой мимо него, не узнав.
Тони, крадучись как лис, проследовал за ней. Возле двери Брыкина он замер и превратился в слух.
Там, в кабинете, шел серьезный разговор. Тона были повышенные, благодаря чему американец имел возможность улавливать суть беседы.
– Почему это я должна с вами делиться?! – кричала Соскачева.
– Но ведь я нашел вашего мужа!
– Его задержали?
– На каком основании? Но за ним следят.
– Где он?
– В Сочи.
– Сочи большое. Где конкретно?
– Нам необходимо заключить с вами небольшой договорчик.
– Какой еще «договорчик»?! Вы – лицо при исполнении.
– Ясненько… Значит, делиться не хотите? Может, с рэкетом желаете познакомиться?
– Но… но, вы же – милиционер! При чем здесь рэкет?!
– Все при том же! Так что, договоримся?
– Нет! Я его сама найду, – сказала в заключении Катя, видимо полагая, что первый, кого она встретит, приехав в Сочи, будет ее сбежавший муж.
– Как знаете, как знаете…
В кабинете послышался звук двигающихся стульев и Тони отскочил от двери в сторону и, надо сказать, вовремя. Дверь с грохотом распахнулась и из кабинета вылетела вся красная, как свекла, Екатерина. Энтони хотел уже было припустить за ней, но дверь повторно открылась, и в коридор вышел уже переодетый в гражданскую одежду Брыкин.
«Сочи, Сочи… Надо быть там раньше ее. Да и этот мент, наверное, виды имеет», – подумал Тони, бесшумно идя сзади.
Вся троица, следуя друг за другом, как и следовало ожидать, встретилась на автовокзале. Глупо было играть в шпионов и, столкнувшись лоб в лоб, они вынуждены были как-то обозначить свои взаимоотношения.
– Чего увязались, гады?! – взревела Екатерина.
– Вы не имеете никаких прав на деньги, которые нашей компании должен Соскачев, – не громко, но твердо произнес Тони.
– Может, мы сможем договориться? – озираясь на собирающуюся вокруг них толпу любопытных, сказал Брыкин.
– О чем договариваться? Он – мой муж. И все, что принадлежит ему, принадлежит и мне. Ясно? А с этим долгом мифическим еще разобраться надо!
– Как это «мифическим»?! У меня и все документы с собой! – изумился Тони.
– Какие документы?! Ты че, паря?! – рявкнул, забывшись, милиционер.
– Не в Америке своей долбанутой, чай! – неожиданно пришла на помощь следователю Соскачева.
– Вы… вы… вы за это ответите! – зашипел Тони.
Толпа вокруг них собралась совсем уж неприличная, и надо было расходиться.
«Сам его найду!» – гневно подумал Энтони и устремился к стоянке такси.
– В Сочи! – крикнул он, падая на сидение автомобиля.
Носатый кавказец с интересом посмотрел на потенциального пассажира и спросил:
– А ти знаешь, дарагой, сколько это стоит будэт?
– Не имеет значения!
– Для тэбю нэ ымеет, а дла мэны – ымеет!
– Хорошо, сколько вы хотит?
– Двэсты баксов!
«Не дорого», – подумал снабженный командировочными Тони и сказал:
– Триста, если будешь быстро ехать.
– Харашо, дарагой! Так бистро ты ещо нэ когда нэ ездыл!
Екатерина и, увязавшийся за ней, Брыкин разрезая толпу, как ледокол, прорвались к автобусным кассам. Там их ожидал неприятный сюрприз – транспорта на Сочи не было. В районе Горячего Ключа террористы захватили автобус с пассажирами, и весь район был оцеплен.
– Куда есть билеты?! – крикнула в окошко кассы Екатерина.
– В Анапу, в Новороссийск.
– Это по направлению к Сочи?
– Не совсем. Немного в сторону. Но в Новороссийске вы можете сесть на «Комету» и добраться до Сочи, – ответила кассирша.
– Какие там «Кометы»?! Они уже лет пять, как не ходят. Продали за границу «на иголки»! – недовольно пробурчал рыжий дядька, стоящий рядом с Екатериной.
– Хорошо. Давайте до Новороссийска, – сказала Соскачева и подумала: «Там на месте сориентируюсь».
Брыкин избрал другой путь к достижению Сочи. Он остановил микроавтобус, предъявил удостоверение и грозным голосом приказал ехать в Сочи.
Станичник, хозяин машины, вез на базар кур в клетках. Он попытался отбиться от сотрудника правопорядка, мотивируя тем, что куры могут подохнуть, но Брыкин был непреклонен. Проклиная судьбу, фермер направил свой автомобиль к городу-курорту.
Гонка началась. На кону был Соскачев и умыкнутые им деньги. Серебряные и бронзовые медали не предусматривались, значим был лишь первый результат.
Глава 11
Ранним утром Петр Никанорович Попугайкин сидел за массивным дубовым столом в большой комнате московской квартиры и с увлечением перекладывал марки. Отсутствие зятя и дочки мало заботило его и воспринималось скорее как благо. Деньги, выданные ему американцами, он уже пристроил, о чем свидетельствовали пять новых кляссеров и несколько пухлых конвертов с марками.
В дверь, бесцеремонно нарушая покой пенсионера, позвонили. Причитая, как бабка, он поплелся в прихожую. Не успела входная дверь полностью открыться, как по подъезду понеслась его обычная ругань.