Чтение онлайн

Я положил перед ним камеру. Лишь теперь он оторвался от своей игрушки, нахмурился ещё сильнее. Пусть только попробует бежать, ногу сломаю. Или нос. Куда попаду. В моём положении разброс может быть сильным.

– День добрый. Это не ваше случайно? – поздоровался я сквозь зубы.

– Вы пьяны, уважаемый. Оставьте меня в покое, – голос сектанта звучал так мелодично, словно он собирался проповедовать бредни про всеспасение и прочую чушь.

– Ваше или нет?

Я наклонился к нему ближе. Чтобы он нюхал мой перегар, чтобы кривился и отстранялся, чтобы в конце концов зажал нос. Он пойман с поличным и никуда не денется. И в глазах его уже метался страх.

– Это же серийная модель. Таких тысячи по городу, и будь у меня одна из них, я бы не смог её отличить.

– Но эта твоя. Правда?

– Что же вы привязались? Мне неприятно ваше общество. Вы слишком много себе позволяете, даже не понимая, что делаете.

– А знаешь, где я её нашёл?

– Не знаю и знать не хочу. И мы с вами на «ты» не переходили.

– Я переходил. А теперь слушай. Я нашёл эту камеру возле тела маленькой девочки. Брошенной в подвале мёртвой маленькой девочки. Понимаешь? Но вот в чём проблема. В камере нет карты памяти. А почему, знаешь? Она в твоём кармане.

– Вы несёте пьяный бред. Это невозможно слушать. И ваш этот амбре. Езжайте домой, выспитесь. Сами же потом себя ругать будете, – сектант повысил голос.

Упорный попался. Такому хочешь, не хочешь, а поверишь.

– Значит, не будешь говорить по-хорошему, – заключил я.

– Что бы вы там не решили, я призываю вас одуматься.

Когда слова работать не хотят, в ход идут другие средства. Я выпрямился. В зале, кроме нас, никого нет, значит, и мешать не будут. Бить его глупо. Потом ещё жалобу напишет. А вот пригрозить можно.

Я потянулся к кобуре. Пусто. Твою мать! Марина вытащила пистолет. То-то она руками размахивала, пока я её ноги держал.

– Не это ищешь?

Пить я больше на работе не буду. Зарекаюсь. Нафиг мне нужны такие проблемы? Смотреть в дуло своего же пистолета.

Марина, не застегнув на блузке верхних пуговиц, стояла возле двери подсобки. Руки неловко держали оружие.

– Опусти его! – твёрдо приказал я. Но она не послушалась.

– Я же говорил, шли бы вы своей дорогой, – сектант вернул себе блаженное спокойствие, забрал камеру со стола и сунул в карман.

Он считал себя победителем. Вполне заслуженно, глупо спорить. Но я пока жив, а живучесть – моя лучшая черта.

– Ты дверь закрыл? – спросила Марина сектанта.

– Да.

– Вот и хорошо. А теперь ты. Вытаскивай всё своё оружие и клади на стол. Только без резких движений!

Я выложил нож и кастет. Мог бы попытаться напасть, но поймать пулю будет легче лёгкого, а рисковать просто так не сильно хотелось. Лучше посмотреть, как будут развиваться события дальше и подождать более удачный момент.

– Он звонил какой-то Вике, попросил водителя сюда приехать, – сообщил сектант.

– Вот как? Давай-ка телефон. Медленно. Не то отстрелю твоего мохнатого друга.

А это уже было обидно. Стоило над ней так потеть, чтобы потом шуточки выслушивать.

Я вытащил телефон двумя пальцами и положил на стол.

– Напиши этой Вике, что поездка отменяется. Нам же не нужны непрошеные гости? – обратилась Марина к сектанту.

– Секунду. Тут экран глючит. Поменять бы, – он посмотрел на меня и добавил: – Хотя вам уже поздно об этом думать.

«Ничего не поздно!», – ответил я про себя.

Вика в жизни не поверит, что я такую важную команду смской отправил. Она девочка умная. Ещё и пальцев подтянет на всякий случай. Надо только дожить до этого.

– Готово. Вот. И ответила сразу.

– Что ответила?

– Говорит: «Ок, шеф».

– Это какое-то кодовое послание? – Марина нервничала.

– Нет. Мы всегда так общаемся, – спокойно соврал я.

– А почему она не спросила, всё ли в порядке?

– Мне-то откуда знать? Она новенькая. Многое не понимает.

– Новенькая? Где?

– В полиции. Где ж ещё.

– Что, простите? – переспросил сектант.

– Ты же, вроде, не глухой был.

– Сестра, мне кажется, у нас проблема.

– А что ж ты пьёшь в рабочее время? – возмутилась вдруг Марина.

– Серьёзно? Тебя вдруг заволновал моральный аспект? Это с пистолетом-то в руке? – усмехнулся я.

– А ну, заткнулся.

Мы остались в тишине. Я ждал их решения, а они не могли подобрать слов, чтобы сказать хоть что-то. Убить простого человека – это совсем не то же, что убить полицейского. Как-то я слышал от одного бакалейщика, что капля лимонного сока может придать вкус целой бочке воды. Если в этой бочке не окажется обычной капли воды, изменений даже не заметишь. Но если убрать лимонный сок, вкус поменяется. Можно назвать это профессиональным самомнением, но себя я ценил высоко. А мои коллеги вряд ли станут спорить.

– Так. Ладно. Что будем делать? – Марина прервала затянувшееся молчание.

– Я думаю, ты и сама знаешь, – с пугающей беспечностью произнёс сектант. – Мы должны избавить его от уз бренной плоти. Выбора он нам не оставил.

– Что, прямо здесь? – удивилась Марина.

– Нет-нет. Лучше на складе. Пойду разложу целлофан.

Какие аккуратные. Боятся огурцы кровью забрызгать. Потом есть их будет неприятно.

– Я понимаю, что ты велела заткнуться и все дела, – начал я, когда мы остались с Мариной наедине, – но мне как-никак помирать скоро. Поговорить охота.

– Слишком ты разговорчивый. Лучше молчи.

Она была слаба. Чтобы оставаться колючими, смелыми, таким людям нужна опора, иначе они теряются. Не знают, что делать, и в лучшем случае не делают ничего. А в худшем – совершают ошибки на пустом месте. Хоть с риском, но это приоткрывало форточку на свободу. Если правильно подобрать слова, можно и заболтать.

– А умирать, кстати, больно, – вновь заговорил я.

– Откуда тебе знать? Ваш брат только убивать умеет.

– Наш брат много чего умеет. Например, с привидениями разговаривать.