Чтение онлайн

– Не забудьте, что через часок ваша очередь забавляться со Шпили. Не продуйте ему своего «краба» с фуражки.

Русти не ответил ничего.

В приборном отсеке все так же, как до обеда, маячил белый затылок Финнегана и подмигивал с экрана осточертевший всем Шпилли.

– Послушайте, боцман, – крикнул Питер не оборачиваясь, – Русти он уже узнавал по шагам. – Вы, говорят, обожаете «Блэк-джек». Не подмените ли меня? У меня эта игра разжигает нездоровый азарт, – он вздохнул. – Еще мать ругала за это пристрастие. Раньше – мать, теперь – брат.

– Потерпите немного, – сочувственно посоветовал ему Русти, – мне надо покормить и выгулять нашего пленника. И побеседовать кое с кем.

Боров встретил его, не поднимаясь с лежанки, – кислой улыбкой и неточно посланной в глаз косточкой от маслины. Русти утерся и запустил в Борова пакетом с причитающимся тому харчем, метя по лбу.

– Вставай, бандюга! – скомандовал он. – Пора на горшок!

На горшке Боров провел немало времени в кают-компании успел закончиться обед, и мимо боцмана проследовала принципиально вегетарианская Генриетта, которой услужливый Лемье скармливал в награду за принятые страдания неведомо откуда взявшееся яблоко, а затем док Сандерс, что-то оживленно обсуждавший с Федеральным Следователем. В каюту этого последнего и направился Русти, сдав Борова под наблюдение занявшего свой пост в радиорубке Флаэрти – для отбывания принудительных работ по установлению связи с внешним миром.

– Я ждал вас, боцман, – Кай кивнул на кресло у стола, а сам присел на противоперегрузочную лежанку. – Вы и куска в рот не взяли за обедом. Да и за завтраком кисло выглядели. Не обнаружили ли вы на кухне пустой пузырек из-под крысиного яда?

– Кое-что похуже, господин Следователь...

Русти обескураженно опустился на предложенное ему место и протянул Каю вчерашнюю распечатку – порядком помявшуюся в его кармане.

– Я не знаток технических терминов... – Кай почесал левую половину своего носа, потом правую. – Но, насколько я понимаю, последнее донесение бортового компьютера, перед тем как милейший Шпилли лишил народ удовольствия общаться с этим прибором, содержит сводку данных о состоянии систем и механизмов «Леди Игрек». На первый взгляд – ничего угрожающего. Нет – вот, выделено шрифтом. В связи с выработкой ресурса некоего э-э элемента бортового м-м конвертера антиплазмы... Это то, что в просторечии называют реактором подпитки – да? Так вот, вскоре этот конвертер будет отключен. Насколько я понимаю, – попробовал пошутить он, – компьютер нам сообщает что за неуплату отключает электричество... Это серьезно?

– Это очень серьезно. Я не пилот. К сожалению. Но судовое хозяйство знать обязан. В реакторе выгорает сегмент отражающей оболочки. Их ставят новые в каждый рейс, но капитан Джон-Ахмед Чикидара просто придурок какой-то. Отправился в дорогу с изношенным отражателем силовой установки. Естественно, автомат его отключит. И нам – крышка. Аккумуляторы протянут еще несколько десятков часов, и мы останемся без единого ампера во всех главных сетях... И заранее предупреждаю ваш вопрос, сэр: в комплекте ЗИПа сектора отражателей с собой никто не возит... А регенератор кислорода на «Леди» – электролизный. Есть аварийный комплект химпатронов, но это – еще на сутки, не больше.

– А снять блокировку с реактора невозможно? – осведомился Каи, понимая, что предлагает полную глупость

– Это точно то же самое яйцо, сэр. Только в профиль. Я в своей жизни видел отражатели, которые выгорали раньше срока гарантии. Но чтобы позже – такого еще не бывало.

– И в таком случае...

– Самое лучшее тогда будет, если реактор рванет. Отмучаемся, считайте, мгновенно. Но он, зараза, скорее всего просто сдохнет. А следом и мы – вы уже поняли от чего. Может, еще облучимся для разнообразия.

– Таким образом... – Кай почесал правую ноздрю.

– Таким образом, я с вашего, господин Следователь, разрешения иду в слесарную кладовку, беру оттуда зубило и начинаю вышибать господину Бишопу зубы по одному. До тех пор, пока радио не заработает на передачу. Поверьте, этому свиному рылу скоро надоест дурачиться. А вы бы тем временем взялись хорошенько за вашего старого знакомого – что обожает щеголять в черных перчатках. Если вчера, когда он сказал, что знает выход, но боится, что выход этот чересчур радикальный, он имел в виду предложить нам всем выпить по чашечке кофе с мышьяком и закусить все это цианидом, то – милости просим, пусть начинает первым. Но мне кажется, он не настолько идиот, чтобы шутить этак вот...

– Думаю, что Бишопу будет достаточно просто уяснить себе ситуацию. Только сделать это следует конфиденциально. Паника нам ни к чему. А относительно господина Маддера – вы правы. Длительная разработка тут неуместна. Я беру его на себя.

Кай встал.

– Как только я закончу с Маддером, ведите Бишопа ко мне. Мы с ним мило побеседуем втроем.

Они вышли в коридор и, коротко кивнув друг другу, разошлись в разные стороны. Перед каютой Маддера Кай остановился и нащупал в кармане брелок – серебряную пулю здоровенного калибра – память об одном смешном деле. Плюнул через левое плечо и костяшками пальцев постучал в дверь.

– Нам давно уже стоило обсудить между собой кое-что.

Колдун выразил свое согласие, коротким жестом указав Федеральному Следователю на сиденье напротив. Сложил кончики пальцев прямо перед собой и через них вперился взглядом в переносицу Кая.

– Вы ведь следуете отнюдь не на Нимейю... – не столько спросил, сколько констатировал Кай. – Ради вас даже программа Броска была модифицирована. И расстаться мы с вами должны были где-то примерно там – на траверсе Брошенной.

– Если бы «Констеллейшн» не погнался за сигналом бедствия, мы расстались бы с вами через несколько часов после того, как закончился первый Бросок, – согласился Маддер.

– Вас должен был забрать «Тюльпан-8». Это рядовой орбитер. Если не считать Брошенной, то больше ему лететь было некуда.

– Вы правы. Я должен был руководить операцией по... м-м... По эвакуации с планеты некоего оборудования... Затем нас должен был забрать... с условленного места встречи нас должен был забрать рейсовый «дальнобойный» корабль...

Маддер нервно поправил какую-то из разложенных на столе бумаг.

– Простите, что я затрагиваю сферу высшей секретности... – Кай старался поточнее подбирать слова, – но... но у меня сложилось впечатление, что... что заданию, которое предстояло выполнить вам, в определенных кругах придавалось не меньшее значение, чем собственно Миссии Спасения, курировать которую по линии Федерального Управления приходится вашему покорному слуге.

Маддер молчал. Но молчанием означил согласие со сказанным.